соседями стены и достал из внутреннего кармана мобильный телефон.
— Как завершите с майором, пусть мне доставят копию отчета.
— Разумеется, — кивнув мне, принялся он быстренько отдавать команды в трубку.
А там и по коридору раздались быстрые шаги — в общем-то, почти без паузы. Ясное дело, мистер Ньюсом пришел на встречу не один — команда поддержи, эвакуации и штурма находилась все это время на этаже.
В квартирке, правда, произошла заминка — одевать ли спящих бедолаг. В итоге на них набросали сверху их же одежду, спеленали в одеяло и уволокли– те от таких маневров начали просыпаться и что-то бормотать. Вот это будет интересное побуждение, а не всякая пошлятина.
— Если вы не против, я хотел бы присутствовать на допросе, — произнес Кэрол. — Ситуация крайне скверная, измена в рядах…
— Разумеется.
И некоторое время после наблюдал закрытую за ним дверь. Звуки в коридоре — азартные от группы и властные от Ньюсома — тоже быстро стихли.
«Недожал? Или нормально?» — Удерживался я от того, чтобы начать кусать себе губы. — «Достаточно ли было наглости?».
— Ты смотри, сбежал счастливый, — тихо буркнул Томми, до того сидевший тихонечко.
— Счастливый? Разве? — Нахмурился я.
В памяти были стиснутые губы и озадаченное лицо гостя.
— Ну конечно! Да он даже торговаться не пытался! Все остальное ерунда, видимость!
— Мне кажется, я был достаточно убедителен. Им ведь конец, ты же понимаешь?
— Генри! — С укором произнес итальянец. — Даже если мне приставят нож к горлу, я и то буду торговаться! В конце концов, это для меня смерть — это конец, а вот для убийцы — только начало проблем. Орудие преступления, тело, огласка, свидетели — и ради чего? Даже если ему нужно все, я непременно выторговал бы себе штаны и ботинки. А этот — согласился, не думая. А мог бы заметить, что эдак вам придется поглотить и меня, и своих друзей вашим страшным Реликтом.
— Когда в ванной возвышения другой человек, можно выбрать, поглощать его или нет.
— Не знал. Не поглощал людей. — Запнулся Томми. — Но, согласитесь, вместо города — голые пещеры, это не совсем то, чего бы вы хотели.
— Томми, а какая у него альтернатива? В чем его «ботинки со штанами»?
— Он бы мог выторговать что-то себе лично: дальние филиалы, проекты в долине, товары в пути — все то, что вам самому не особо интересно! Но он не спорил ни секунды.
— С умными людьми такое случается.
— С умными и хитрыми — особенно часто! Я к тому, что… — Пожевал он губами. — Вам ведь еще решать проблему с сорок пятым президентом. Если вы не справитесь, то и торговаться будет незачем. А если справитесь… Мавр сделал свое дело, мавр может уходить. Мавр — это не матерное слово, Генри! Это из Шекспира. Шекспир — тоже не матерное слово. Всего-то означает, что…
— Да я читал, — перебил я, поморщившись. — Томми, так уж получилось, что я несколько лет отработал в ремонтной мастерской. До твоего житейского опыта мне далеко, но и месяца не проходило, когда нам пытались не заплатить после завершения работы. То проблема показалась им не слишком большой, то не так много времени все это и заняло, то и вовсе денег у них нет.
— И что потом?..
— Деньги находились, Томми. У малых проблем есть отличное свойство — их легко заменить крупными.
— Хороший был город, — вздохнул он. — Вы, хотя бы, третий уровень не трогайте первое время — отлично ведь готовят!
— Да не стану я никого убивать. Как-будто нельзя сделать людям грустно как-то иначе.
— У меня после смерти проблемы с фантазией, — криво улыбнувшись, развел тот руками. — Интересно, как?
— Зато у меня после смерти с фантазией отлично. — Сосредоточился я вновь на столе, а именно — на фарфоровых тарелках с легким узором по канту и еде в них.
Еще не все перепробовано, а тут разговорами сбивают. Стынет же.
— Генри… А тебя правда убивали… Убили? — Сбился старик, пытаясь подобрать правильное время.
— Было такое, — ответил я между двумя ложками аппетитного супчика.
— И как там… После смерти?..
— Ну, свет в темноте был. — Припомнил я. — Наверху, круглый такой, яркий. Я вверх полез, сверху — то ли гурии, то ли нимфы. Подумал, в рай попал… Ну и действовал по обстановке — я-то голый, и они вроде не против. А потом оказалось, что это бункер с реагентами высокого уровня, а девчонки на дежурстве, эти самые реагенты сторожат… Только и в шахте теперь пусто — я-то все сожрал, пока оживал. Тайные запасы целого Ордена, между прочим, сам знаешь, какого. Неловко получилось.
— И что, просто так опустили?
— Я сказал, что мне надо срочно спасать мир.
— Поверили?
— Да они там все в Ордене на этом повернуты!
— Мне тоже как-то поутру предлагали мир спасти. — Тихонько поделился тот. — Я все думал, что это за поза такая.
— Коленно-локтевая, Томми. И не факт, что ты сзади.
— Вот и я сказал, что подумаю…
— Мудрый ты человек. Я вот сразу заявил, что в этом деле без меня — с тех пор думают, что согласился, просто скромничаю.
— А счет за реагенты не выставили?
— Да пока как-то не догнали, — поежился я невольно. — Тут, в городе, Агнес с Марлой у Ордена начальники. Они же мое тело в шахту с реагентами и закинули, так что зла я от них не жду. А вот что их начальство решит — тут спорно. Агнес считает, что за двух Реликтов мне — да и им — все простят.
— У вас же один… Надо второго искать?..
— Не, это я двух уже убил. А третий пусть живет. — Мельком глянул я на браслет.
— Так это были вы… — Блеснули непонятной эмоцией глаза Томми, а потом тот расхохотался.
От всей души, громко — я и предположить не мог, что в невысоком старичке так много звука.
— П-простите… Простите, великодушно, — унявшись и все еще держась за живот, извинился он. — Я просто представил довольную лыбу этого Ньюсома. Просто… Ну он ведь в самом деле думает, что сможет вас обмануть, сможет вывернуться! Он ведь
