Элену. Про их детство. Каждый раз, когда Бен приходил, Сэм рассказывала ему больше, чем собиралась. Она говорила про давние прогулки с сестрой в лесу, про ясное ночное небо, про летнюю морошку, а он без конца ее поддразнивал, но при этом слушал, продолжал слушать, и ей было приятно. Больше Сэм не с кем было поделиться воспоминаниями: Элена и так уже все это знала.
Они обсуждали не только прошлое. Бен знал, что ее мать лежит дома больная, хотя подробностей Сэм не уточняла. И еще он знал, что сестры скоро собираются уехать.
В тех редких случаях, когда их смены заканчивались одновременно, он звал ее пообедать или поужинать. Во Фрайди – Харбор, в Анакортес. Сэм всегда отказывалась. Вместе они ели только то, что подавали в столовой: фасованные сэндвичи, начос с резиновым сыром. Потом эта еда комом ворочалась у нее в животе, когда Бен прижимался к ней. Вот этим они вместе и занимались. Большего она и не хотела.
Паром с гудением двигался вперед. Тучи собирались вместе, расходились и снова собирались. Бен пошел на автомобильную палубу. Сэм за своим прилавком раскладывала по цвету пакеты с подсластителем: светло – желтый, розовый, голубой. Туристы жаловались на морскую болезнь. Волны плескались о борта парома. Малыши бегали по залу без присмотра, а потом за спиной у Сэм раздались шлепок и детский визг. Люди покупали кофе, чай, лимонад, комбучу. Покупали печенье, чаудер, сдобные рогалики, красные яблоки, мятые бананы в кожуре. Набирали пригоршнями одноразовые упаковки сахара. Сэм снова раскладывала пакетики по цвету. Приходилось ловить удовольствие там, где можно. Скоро этот период ее жизни закончится.
День за днем Сэм плавала по тому же маршруту – Анакортес, Оркас, Лопес, Шоу – и представляла себе, как Элена идет по тропе через лес. О медведе Сэм старалась не думать. Было слишком страшно воображать, как его лапы давят ветки, как из влажных ноздрей вырывается дыхание, а из пасти торчат желтые клыки, – а вот образ сестры утешал. Элена гуляет и счастлива. Хоть ненадолго свободна от придирок старых дам, обедающих в клубе. Идет с надеждой увидеть восхитительное зрелище. Сэм постаралась принять этот образ, и, как только она на нем сосредоточилась, сразу стало легче.
Поэтому ее потрясло, когда Бен, болтавшийся возле ее прилавка, без четверти девять вечера заявил:
– Твой медведь опять в новостях.
Сэм как раз закрывала кассу. Она крепко сжала похолодевшими руками стопку десятидолларовых банкнот.
– Что случилось?
– Убил каких-то овец вроде.
– О господи, какой ужас. – Она представила себе черномордых ягнят, еще нетвердо стоявших на ногах, которых они с Эленой когда-то кормили травой через забор на ферме Херт-сайд, пока взрослые овцы настороженно следили за ними издали. И вот эти милые зверушки теперь спрятаны в разрытой когтями земле.
Бена, похоже, новости не пугали. Он сидел на одном из привинченных к полу синих стульев из литого пластика. Волосы у него отросли и уже начали задевать уши, а на щеках и подбородке пробилась щетина. Вчера он отработал двойную смену и теперь явно слишком устал, чтобы о чем-то переживать.
– Всем надо есть.
Сэм положила десятки и взялась за пятерки. Ей уже не требовалось уделять внимание подсчету, пальцы действовали самостоятельно.
– Поверить не могу, что он до сих пор на острове. Та женщина говорила, что он уйдет. – Она рассказывала Бену про Мадлен.
– И давно он тут?
– Уже три недели.
– Не так-то и долго, – заметил Бен. Ноги он вытянул так, что носки ботинок торчали вверх. Сэм сложила пятерки. – Скоро уйдет. Но вам с сестрой повезло, разве нет?
Посчитав долларовые бумажки, Сэм записала на бумажке окончательную сумму и убрала листок вместе с деньгами в инкассаторский мешок, а его положила в сейф под прилавком. Столько денег в запертом ящике без толку болтается туда-сюда по каналу.
– В чем повезло?
– Что он вас не заметил, когда вы его увидели. – Бен рывком поднялся на ноги. – Он же опасен, получается. Рвет на кусочки мелких животных. – Он подошел к Сэм сзади, положил руки ей на плечи и впился в кожу пальцами, как когтями. Наклонился к ее уху: – Он мог и вас разорвать.
Сэм похолодела. Она почувствовала ровно то, что описала Элена: как напрягаются мускулы, как ускоряется дыхание. Ощутила под пальцами Бена сразу всю свою хрупкую и неустойчивую жизнь.
18
Ферма, где убили овец, находилась на северном конце острова, возле Рош-Харбор, но Сэм выяснила в интернете, что медведи за день могут проходить огромные расстояния, а в продуктовом услышала разговор о том, что всего в нескольких километрах от их дома был разорен улей. Теперь медведем интересовались не меньше, чем новостями о разводе какой-нибудь почтенной пары или скандалом на ежегодной викторине. Зверь стал поводом для общения почтенных граждан Фрайди-Харбор. Темой для сплетен.
Но, насколько могла понять Сэм, добавить людям было особо нечего. Никто не видел медведя хотя бы вполовину так же близко, как они с Эленой. Никто пока не сумел его как следует сфотографировать. Болтали об отпечатках лап, о кучах дерьма. Говорили о медведе так, будто это экзотическое домашнее животное всего острова. Новый тотем вместо рычащей росомахи, нарисованной на стене старшей школы. Зверь всех пугал, но при этом возбуждал. Все равно как прокатиться в красном кабриолете по холмам Сан-Хуана – приключение, о котором можно бесконечно рассказывать друг другу.
Сэм слышала эти разговоры в медцентре, в аптеке, в хозяйственном магазине. Даже на пароме семья туристов подошла спросить, не знает ли она, где на острове можно увидеть медведей. Честно говоря, она уже и раньше такое слышала – туристы вечно спрашивали всякую чушь, – но теперь вопрос не показался ей простым географическим недопониманием. Все хотели видеть медведя. Хотели дорваться до той магии, о которой говорила Элена.
Сэм же просто ходила на работу и ждала, пока зверь исчезнет. Они с сестрой пережили встречи с ним почти без проблем: немного страха, немного унижения, краткосрочное и странное расхождение во взглядах, но теперь все закончилось. Дом пострадал, но Элена договорилась, чтобы повреждения исправили. Их семья потеряла минимум денег и времени, и Сэм не хотела лишнего риска. Пусть остальные развлекаются разговорами о медведе. Сама она думала только о том, что будет после, в тот день, когда покупатель придет смотреть их участок и там не будет вонять мускусом.
Вся эта ситуация показала, насколько им с Эленой важно вырваться с острова. Сэм хотелось оказаться в месте, где в аптеке обсуждают больше одной темы. Где есть больше одной аптеки. Ей вообще
