прощения, говорит, что ее одурманило желание быть замеченной, чтобы не разочаровать родителей. Не могу поверить: фея просит прощения у ведьмы, которая прилюдно расправилась с ней? «Не может быть. Это просто невозможно».
Феи так не поступают. Я это точно знаю; здесь что-то не то. Я прерываю ее болтовню шквалом резких вопросов.
– Ты это все снимаешь? Зачем ты пришла? Кто тебя послал?
Я оглядываюсь. Кроме Идгара и Оливии, которые смотрят на нас с беспокойством, здесь никого нет.
– Никто, Сиа. Вернее… кое-кто образумил меня. Дерек весь день терпеливо пытался объяснить мне ситуацию с твоей точки зрения, а потом он сам убрал статью со стены. Так что я…
Я больше ее не слушаю. Как в тумане выскакиваю из комнаты, бегу к лестнице. Сбиваю по дороге двух или трех стажеров, выбегаю из здания.
Я вижу, что Дерек уже отъезжает на своем мотоцикле. Не раздумывая, я бросаюсь перед ним, вынуждая его резко затормозить. Я никак не могу отдышаться, согнувшись пополам.
Он поднимает визор на шлеме, и я вижу его глаза. Он смотрит на меня с укором.
– Жить надоело? – Его голос, как всегда, резкий и раздраженный.
– Почему ты снял со стены статью? Почему убедил фею извиниться?
Это должны были быть простые вопросы, но в моем голосе слышится обвинение. Я все еще в шоке, что принц защитил ведьму таким замысловатым способом. Это неслыханно, я никак не могу прийти в себя.
– Я собирался уезжать. Пропустишь?
Я открываю рот, но сначала не могу вымолвить ни слова от растерянности. Порыв ветра взъерошивает мои волосы. Дождь начинает стучать по асфальту.
– Ты собирался уезжать? Что за чертов ответ? Ты так просто не отвертишься. Ты относишься ко мне как к катастрофе, всячески избегаешь, весь день притворяешься, будто тебе на меня наплевать, ведешь себя как ледяной принц. Это понятно, я же ведьма. Но потом выясняется, что ты это все ради меня сделал. Мне нужно знать почему. Мои проклятия не могут объяснить, что произошло.
Некоторое время он внимательно на меня смотрит. Я все ему вывалила, все мои запутанные мысли. Моя одежда уже вся насквозь мокрая.
– Укройся от дождя.
Он опускает визор, пряча под ним глаза. Вот и все. Он оставляет меня с миллионом вопросов. Прежде чем уехать, он шепчет:
– Ведьма-гурман.
Те самые слова. У меня появляется странное чувство. Это невозможно. Я вытаскиваю из кармана голубой стикер, и по моей спине пробегает дрожь. Идеальный почерк принадлежит ледяному принцу, а не Оливии. А значит, принц впервые идет наперекор правилам сказок.
Возможно… он меня не ненавидит.
Глава 8
Это расскажите внукам. Историю об осужденном, чью надежду раздавил смертельный приговор. Люди осудили его и разорвали его сердце жестоким решением.
То, что люди считают искоренением неисправимого зла, на самом деле становится проявлением самых безжалостных и диких человеческих инстинктов.
Толпа ликует при виде отрубленной головы и вдыхает воздух, пропитанный кровью.
Но в конце концов правосудие настигнет и тех, кого приговор обошел.
Это расскажите внукам. Историю о сломанном осужденном, которого приговорили к смерти.
Приговоренный к смерти
Сиа
Наше видео о зоопарке победило в конкурсе. Идгар тайком снял меня, когда я стояла перед клеткой со львом, а потом разговаривала с Оливией. Он соединил эти съемки вместе с общими планами зоопарка, чтобы показать контраст между радостью посетителей и грустью животных, запертых в клетках. Из этого получился оригинальный, хорошо сделанный сюжет, получивший одобрение главных редакторов. Идгар довольно улыбается. Я подхожу к нему, прихватив с собой стул.
– Почему ты меня не предупредил? – шиплю я сквозь зубы.
– Потому что ты бы не позволила использовать твое изображение и твои неожиданно добрые слова.
Я не успеваю огрызнуться, как Фредерик начинает говорить. Он доволен: возможно, впервые у него такая опытная и настойчивая команда.
– Вы начали исправляться, продолжайте в том же духе. Но вам нужен руководитель команды, без этого никак.
Оливия качает головой, она никогда не выдержит такого давления. Идгар отказывается даже подумать над этим предложением.
Фредерик показывает на меня и Дерека.
– Один из двух кротов. У вас на одного участника меньше, чем у других команд, и поэтому у вас может быть начальник, который помогает кроту и при этом координирует всю работу, – добавляет Фредерик.
Я знаю, кто идеальный кандидат, человек, который сможет держать все под контролем и, может быть, даже сам при этом немного оттает.
Я поднимаю руку.
– Голосую за Дерека Хилла.
Оливия и Идгар тут же поднимают руки вслед за мной. Они поддержали бы кого угодно, лишь бы не выбрали их самих. Дерек, сидящий в своем углу у окна, прожигает меня взглядом.
– Отлично… значит, все согласны.
Он не отвечает, а просто тяжело вздыхает. С тех пор, как я узнала, что «ведьма-гурман» – его идея, я не перестаю подначивать его.
– В качестве поощрения за блестящий репортаж мы решили поручить вам важную миссию…
Фредерик смотрит на нас с улыбкой на лице.
– Вы возьмете интервью о крупной сделке «Санчес груп» у них в офисе. Мы знаем, что вы нас не разочаруете и воспользуетесь этой возможностью, чтобы вас заметили.
Санчесы – семья предпринимателей, которая часто мелькает в газетах и по телевизору. Кажется, нет ниши, в которую они бы еще не запустили свои щупальца.
Фредерик продолжает:
– Нужно одеться соответствующе, поскольку после интервью будет торжественный прием в их ресторане. Конечно, вы не единственные, кто хочет с ними встретиться, у вас будет от силы двадцать минут, чтобы получить максимум информации.
Оливия делает пометки в блокноте, тревожно постукивая ногой по полу. У меня настроение совсем противоположное: я жажду блистать и производить впечатление. Как только Фредерик выходит из комнаты, я перестаю сдерживать кипящий энтузиазм.
– Это великолепная возможность, мы должны использовать ее по максимуму. Интервью привлечет к нам много внимания. Это отличный способ попасть в финальный отбор.
Оливия не может сдержать пессимизм:
– Если не облажаемся…
– Вы что, не рады?
По всей видимости, не особо. Дерек опять натянул на лицо маску безразличия. Понять не могу, как у него получается так легко прятать любые эмоции.
Я подхожу к нему.
– Пожалуйста, ледяной принц, оденься элегантно.
– Прекрати на меня так смотреть.
Я слегка улыбаюсь.
– Как так?
Кладу руку ему на плечо.
Он отшатывается.
– Как будто хочешь меня съесть.
Я весело улыбаюсь.
– Ну, я кого попало не ем… ты же знаешь, что я «ведьма-гурман».
Ребята заинтригованно наблюдают за нами. Дерек пропускает мою шпильку мимо ушей, встает
