что цены на сигареты в штате все росли и росли – десять долларов за пачку она не могла себе позволить. Поначалу она несколько раз просила сигареты у пассажиров, но кто-то нажаловался начальству. Теперь Сэм оставалось одно: стоять спиной к мокрой белой стене парома, вдыхать табачный дым и смотреть на воду.
И тут на поверхность воды что-то всплыло. Нет, не что-то: кто-то. Живое, движущееся существо. На палубе закричали.
2
– Мы такое сегодня вечером видели с парома, ты просто не представляешь, – сказала она Элене. Сестра стояла у раковины и мыла накопившуюся за день посуду. Было уже поздно, смена у Элены закончилась много часов назад, но она всегда дожидалась младшую сестру. Элена принесла из гольф-клуба остатки чили кон карне, и сейчас у Сэм в тарелке было это самое чили, приправленное тертым сыром и зеленым луком. Мама спала у себя. – Попробуй отгадать!
Лес у дома был темный и тихий. Он весь зарос черным боярышником и дугласовой пихтой. С краю кухонного окна виднелся желтый свет: на участке ближайших соседей, Ларсенов, стояли прожектора, изысканно подсвечивающие их ландшафтный дизайн. Ларсены всегда чрезмерно вежливо здоровались, когда встречали сестер в городе. Дэнни, их младший сын, в последний школьный год пригласил Элену пойти с ним на бал выпускников, но его мать не допустила такого безобразия.
– Покойника, – предположила Элена.
– О господи. – Сэм положила вилку. – Разве я стала бы шутить и загадывать загадки, если б мы на труп наткнулись?
– Не знаю. Ты иногда заводишься по очень странным поводам. – Элена отодвинула мокрым запястьем пряди волос со щеки. – Ну, кита.
– Китов мы все время видим. Угадывай дальше.
– Морского льва.
Сэм закатила глаза. Она сидела у сестры за спиной, Элена не могла ее видеть, но что-то явно почувствовала – наверное, движение, – так что продолжила отгадывать:
– Русалку.
– Ты так никогда не отгадаешь. Медведя!
– Не может быть.
– Огромного медведя! Он плыл по каналу.
Сэм видела его собственными глазами – мокрую шерсть на выступающей из воды громаде спины, линию шеи, вытянутый нос и маленькие круглые уши. На фоне серебристой воды и тускнеющей голубизны неба зверь казался темным пятном, но последние лучи солнца высветили его, позволив отчетливо разглядеть всю пугающую невероятность этой картины. Туристы восторженно перекрикивались, издавая восклицания по-английски, по-испански, по-китайски. Один пассажир что-то бросил в воду в направлении медведя, другой его отругал. Паром с пыхтением двинулся дальше, но несколько долгих странных минут корабль и зверь плыли рядом, вместе двигались вперед, покидая материк и уходя в ночь. Капитан даже объявил про медведя по громкой связи, чтобы пассажиры, сидящие внутри, могли выйти посмотреть сами, увидеть поднятую голову зверя, мокрые плечи, расходящиеся от тела мелкие волны. Медведь упрямо работал лапами, не поворачиваясь в их сторону.
Элена вытирала тарелки и складывала их в шкафчик.
– А где именно плыл? До нас он может добраться?
– Между Шоу и Лопес. – Вопрос Сэм удивил. – А что, ты боишься?
– Это медведей-то?
– Страшных медведей?
– А ты будто не боишься.
– Ну уж нет. – Чего боялась Сэм? Боялась так и засохнуть тут, мечтая о возможностях, которых ей не видать, и вся скукоживаясь изнутри оттого, что будет становиться все беднее, что жизнь станет давить на нее еще сильнее и все дальше отодвигать ее от остального мира. По сравнению с этими страхами быть съеденной медведем, пожалуй, даже приятно.
Элена повернулась обратно к раковине.
– Ты храбрая девочка.
– А как у тебя день прошел?
– Неплохо. Без диких зверей. Если не считать Берта Гринвуда, который явился в полдень уже пьяным.
– Ну, тут, наверное, ничего необычного.
– Но он скорее на кита похож, чем на медведя, – сказала Элена. Руки у нее были под струей воды, голова склонена, шея вытянута так, что у основания выступили позвонки.
– Давай я кастрюли помою, – предложила Сэм.
Элена покачала головой:
– Да не надо. Лучше рассказывай.
Сэм не знала, что еще рассказать. Кроме нескольких памятных минут на воде, когда она смотрела на плывущего медведя, за день ничего нового не произошло. В остальном сплошная рутина: равнодушные пассажиры, жидкий кофе, стопки бумажных стаканчиков, покачивающиеся, когда паром набирал скорость. Разве что…
– Бен предложил мне пойти с ним в поход. С палатками.
Элена оглянулась через плечо. Под глазами у нее были темные круги, но в этот момент все равно казалось, что она сияет радостью. Будто услышала что-то веселое.
– В поход?
Господи, позорище какое.
– На остров Оркас, в четверг.
– А куда, в парк Моран?
– В… не знаю, я не спросила.
Элена еле заметно усмехнулась и снова повернулась к раковине.
– Сходи обязательно.
– Фу, не буду, – отозвалась Сэм.
– Почему фу?
– Не собираюсь я ночевать с ним. Лежать в палатке, смотреть на звезды или что он там придумал.
– Почему бы и нет. – Сестра стояла к ней спиной, но Сэм слышала смех в ее голосе, чувствовала улыбку. – Ты ему нравишься. Это так мило. Он хочет, чтобы вы с ним уютно устроились рядышком в спальниках и жарили на костре маршмеллоу.
– Не смейся надо мной.
Элена снова повернулась. На лице у нее читалась абсолютная искренность.
– Я и не смеюсь. – Пятна под глазами стали пурпурными. Сэм промолчала, но сестру она простила немедленно и от всей души, и Элена это знала. – Я бы не стала над тобой смеяться, – сказала она и вернулась к посуде.
– Ну, в общем, я отказалась, – продолжила Сэм. – Дурацкая идея. Наверняка одному из нас в пятницу придется работать.
– И что, разве нельзя добраться паромом на Оркас?
Сэм не знала, можно ли им с Беном начинать рабочую смену из другого порта, но сказала:
– Нет, нельзя. И вообще, я тебе тут нужна ночью.
– Да я справлюсь. – Элена оттирала дно кастрюли, вся скособочившись от напряжения. – Ты все равно к маме не встаешь.
– Встаю.
Мыльная вода выплеснулась в раковину. Элена снова включила кран, ополоснула кастрюлю и поставила на полку.
Вот она, любовь: сидеть поздно вечером на кухне вдвоем. Связь на всю жизнь, когда не нужно объяснять, что ты имеешь в виду, когда можно беситься друг на друга и при этом понимать друг друга настолько, что ссориться вслух уже необязательно.
– Ну надо же, – Сэм изумленно покачала головой, хотя сестра на нее не смотрела. – Ты еще и за кемпинг теперь. До чего бессмысленная трата времени.
Элена ополаскивала пустую раковину.
– Ну да, ну да, твое драгоценное время.
– Мне не нужны свидания с Беном, забыла, что ли? Мы не собираемся здесь заводить романы или что-то в таком духе. – Сэм повторяла правила, сформулированные
