словами, когда убийца и жертва вошли в комнату, краски там не было, верно?
Декан кивнул.
– Отлично, я продолжу свои рассуждения. Сразу после этого преступник ударил Ли Чжицзе по голове тупым предметом, что привело к его смерти. В этот момент тюбик с зеленой краской откатился к двери студии. Обратите внимание, что в тот момент он был целым, нераздавленным. Закончив картину, убийца покинул студию. Проходя мимо двери, он случайно наступил на тюбик, и из него выдавилась густая зеленая краска. Пока что все вроде идет нормально, верно? Но когда я осмотрел это место, то заметил следы от вытирания на краю пятна выдавленной краски. Это говорит о том, что туда наступили дважды!
Услышав это, я снова чуть было не зааплодировал. Сун Босюн вполне заслуживал того, чтобы быть капитаном группы уголовного розыска муниципального бюро. Исследовав место преступления всего несколько минут, он нашел все нужные улики!
– Безнадежное противоречие! Убийца не может вступить в краску обеими ногами сразу. Это говорит о том, что после того, как убийца ушел, в студию пришел другой человек, который тоже наступил на выдавленную краску, а затем протер свою обувь бумажным полотенцем! – Сун Босюн с гордостью достал пакет для улик, в котором лежало полотенце. – Я нашел его рядом с ведром. На нем остались следы зеленой масляной краски – это свидетельство того, что кто-то вытирал им свою обувь. Ма Хунвэнь и Сюй Линь – однокашники. Вы всё еще будете отрицать свою вину?
В классе воцарилась тишина; всем казалось, что они слышат биение собственного сердца.
– На самом деле я этого не делал… – Голос Ма Хунвэня затих. Он чувствовал, что любое опровержение доводов ветерана-полицейского было бы признанием преступления.
Чэн Цзылян беспомощно посмотрел на него и произнес:
– Как ты мог убить человека? Мальчик мой, это противозаконно!
Сюй Линь прикусила губу и сердито посмотрела на Сун Босюна, не в силах сдержать слезы.
– Прекрасные рассуждения! Капитан Сун, ваши способности явно выросли, – произнес с улыбкой Чэнь Цзюэ и хлопнул в ладоши.
– Вы так добры…
– Но, к сожалению, вы ошиблись.
Слова Чэнь Цзюэ были подобны камню, брошенному в спокойную воду. По комнате снова пробежали волны тревоги и страха.
– Ошибся? Как такое может быть… – Лицо Сун Босюна потемнело.
Я подумал, что поступок Чэнь Цзюэ неуместен. Даже если рассуждения офицера Суна были неверны, не следовало ставить его в неловкое положение перед всеми.
– Противоречивы сами логические доводы…
– Почему? – Сун Босюн все еще не сдавался.
– Я не хочу вдаваться в подробности. Одного момента достаточно, чтобы опровергнуть всю вашу логику.
– Давайте, скажите…
– Ваши рассуждения насчет краски смехотворны. Даже если оставить в стороне вопрос о том, почему у тюбика не было колпачка – я уверен, вы как-то позабыли о том, куда делся колпачок, которого не удалось найти на месте преступления, – позвольте мне рассмотреть ваши рассуждения насчет краски. По словам капитана Суна, после того как Ма Хунвэнь убил жертву, он случайно наступил на тюбик, уходя с места преступления, и зеленая краска выдавилась. Затем, когда в класс вошла Сюй Линь, она наступила на выдавленную зеленую краску, вытерла ее с обуви, отбросила бумажное полотенце и начала рисовать на полу. Все ли верно? – спросил мой друг Сун Босюна.
– Пока что да.
– Это бумажное полотенце нашли рядом с ведром; значит, Сюй Линь бросила его туда. В этом нет ничего плохого, верно?.. Неверно! Серьезная проблема! Гуашь размешивается водой. Убийца плеснул воду рядом с ведром, оставив на полу большое красное пятно. Но полотенце такое белое… Оно очень хорошо впитывает воду; так почему же на нем нет никаких следов красной краски, только зеленой? Это нелогично. Остается только предположить, что полотенце положили туда после того, как красная краска высохла. Значит, ваши рассуждения – пустые слова. Все эти улики – уловка убийцы, чтобы ввести полицию в заблуждение!
Сун Босюн, широко раскрыв глаза, глядел на Чэнь Цзюэ; его тело слегка дрожало. Этот момент был настолько фатальным… Получилось, что он обидел хорошего человека. Капитан поспешно извинился перед Ма Хунвэнем, сказав, что это была его ошибка.
– Проблема с поздним Куином! – воскликнул я в изумлении. – Убийца такой дотошный!
– Какой Куин? – спросила Чэнь Сяоминь, учительница, стоявшая позади меня.
– Проблема Куина – понятие из детективных романов; этот термин был впервые предложен японскими критиками. В романах американского писателя-детектива Эллери Куина часто появляются подобные сцены. Детектив собирает всех подозреваемых и людей, причастных к делу, а затем начинает рассуждать о ходе расследования. Однако в это время обычно появляются новые подсказки, и предыдущие рассуждения становятся неверными. Эта ситуация чаще встречается в более поздних работах Куина, – наскоро объяснил я.
– Не понимаю, для меня это очень сложно… – Чэнь Сяоминь нахмурилась.
– Если совсем вкратце, это выглядит так: детектив не может подтвердить подлинность улики, и это влияет на правильность его рассуждений. Но я не думаю, что с Чэнь Цзюэ возникнет такая проблема. Если в деле есть тонкие противоречия, он сразу же обнаружит проблему, как и сейчас.
– Чэнь Цзюэ?.. А вы – учитель Хань Цзинь, пишущий детективные романы? – Глаза Чэнь Сяоминь расширились. – Я так рада видеть вас здесь!
– Вы… моя читательница?
– Не я, моя мама! Роман «Детективное агентство суперсилы», который вы написали, просто замечательный!
– Но это не моя книга…
– Простите, простите, я неправильно запомнила… Не принимайте это близко к сердцу!
Мы оба были смущены.
3
– В Новом Завете Иоанн Предтеча, или Иоанн Креститель, – сын священника Захарии. Он был призван Святым Духом проповедовать, призывая людей покаяться и принять от него крещение, чтобы грехи каждого могли быть прощены. В то время многие люди следовали за святым Иоанном и исповедовались перед ним в своих грехах. – Чэнь Цзюэ, глубоко погрузившись в диван в гостиной и скрестив руки на груди, рассказывал историю святого Иоанна Крестителя.
Полиция оцепила место происшествия. Сун Босюн ушел опозоренным; перед уходом он попросил сотрудников академии связаться с ним как можно скорее, если у них появится какая-либо новая информация.
– Этот Иоанн убивал людей? – спросил я.
Чэнь Цзюэ, покачав головой, горько улыбнулся:
– Как это могло быть… Иоанн Предтеча использовал разум, чтобы убедить людей, и многие люди даже думали, что он – мессия, Спаситель; как он мог причинить вред людям?
– Так почему же в нашем случае, завершив «кровавую картину», убийца написал рядом с телом имя Иоанна Крестителя?
– Я тоже не совсем понимаю. Возможно, он хотел заменить собой Иоанна, крестив мир другим способом. Ну, Иоанн крестил людей водой, а он – кровью… – Чэнь Цзюэ встал и пошел
