с твоей стороны. Но я в порядке. Спасибо х»
Еще миг она сидела на месте. Потом забрала сумку с пассажирского сиденья, с усталым вздохом выбралась из машины и зашла домой.
***
Внутри было тепло. Слишком тепло, учитывая счета за электричество. Фил раньше обходил комнаты, уменьшая температуру на терморегуляторах, но теперь, похоже, ему все равно. Сэм мимоходом заглянула в гостиную. Он лежал на диване, глядя в экран. Она ненадолго задержалась у прохода, однако Фил, похоже, даже не заметил ее присутствия.
Сэм направилась в кухню и, сняв пальто, бросила его на спинку стула. Тарелка Фила с обеда стояла в раковине – как и кастрюля с присохшими останками спагетти. Она окинула взглядом засохшее пятно томатного соуса на скатерти-клеенке, пустую кружку из-под чая. На бумажке почерком Фила было выведено: «Звонила твоя мать, просила прибраться в четверг».
Сэм стояла посреди маленькой кухни, пытаясь держать себя в руках.
«Нет, – вдруг решила она. – Нет. Я не могу. Хватит».
Женщина развернулась и вернулась в узкий коридор, отчасти надеясь, что Фил ее окликнет. Но тот был полностью поглощен телевизором. Она ловко взобралась по лестнице и, толком не понимая, что делает, нацепила синие брюки, в которых ходила на вторую свадьбу кузины Сандры, и чистый свитер, а потом достала из-под кровати чужие «лабутены».
Натянула их на ноги и поднялась, сразу чувствуя себя выше и увереннее. Глядя в зеркало, она нанесла легкий макияж – темно-розовая помада и тушь, затем отправила себе воздушный поцелуй и задрала подбородок. Теперь сухой шампунь на корни волос, чтобы немного оживить прическу. Поразмыслив, она брызнула духами. Затем спустилась, надела пальто, схватила сумочку, телефон и напечатала:
«Если ты еще на связи, в "Коуч-энд-Хорсиз", через двадцать минут».
Помедлив, добавила: «х»
***
Приехав, Сэм обнаружила, что Джоэл уже в пабе. Он стоял возле стойки спиной к ней и болтал с барменом. Похоже, Джоэл знал всех. Редкий случай, когда они приезжали на встречу, и у него не находится знакомых на месте. Когда Сэм открыла дверь, он вдруг развернулся на сто восемьдесят градусов, словно какой-то внутренний компас сообщил ему о ее приходе.
– Белого вина? – с улыбкой спросил Джоэл.
– Да, пожалуйста.
Сэм нашла место в углу, вдруг застеснявшись, что так вырядилась в паб. Чего она напялила «лабутены»? Они неуместны на фоне поношенных ботинок и кроссовок.
Сэм скрестила ноги под столом, почему-то чувствуя себя как на витрине. Подошел Джоэл с двумя бокалами и осторожно поставил их на стол.
– Хорошо выглядишь. Куда-то собираешься?
– э… нет. Я… мне просто… было нужно взбодриться, – произнесла Сэм и сделала большой глоток вина. – Глупо, наверное.
– Вовсе нет. Хороший ход, – ответил Джоэл.
И улыбнулся. – Смотрю, ты захватила главное оружие.
Сэм посмотрела на туфли и невесело усмехнулась.
– Просто в них… я чувствую себя другой, что ли.
Я бы их каждый день носила, если бы могла, – она по-прежнему смотрела на ноги.
– Это из-за Саймона? – уточнил Джоэл. – Вот же гад…
– Дело не только в Саймоне. Все сразу навалилось, – сказала Сэм. Вот теперь ей стало неловко. – Боже правый. Только пришла – и уже ною. Ты, наверное, счастлив, что предложил встретиться, да?
– Ной на здоровье, малышка, – ответил он. – Для этого я и здесь.
«Для чего именно ты здесь?» – спрашивала она про себя. А потом собралась с мыслями.
– Думаю, я бы просто выпила, – произнесла Сэм, и Джоэл поднял бокал. Они чокнулись и приступили к беседе.
Впервые за очень долгое время Сэм чувствовала, что ее видели и даже слышали. Они говорили, говорили и говорили, перемежая болтовню с подходами к барной стойке. Джоэл рассказывал ей о последнем расставании с бывшей:
– К концу я начал при каждом чихе подозревать, что меня разводят на эмоции, понимаешь?
Сэм кивала, хотя на самом деле не понимала. Она ненавидела эту подружку, хотя в жизни ее не видела, и все-таки сочувствовала. Каково это – получить такого шикарного парня, как Джоэл, и потерять его?
– В смысле, она была приятной женщиной. Но боже, я чувствовал себя измочаленным. Просто убитым. Каждый раз, как видел ее. Было ощущение, будто она придумает худшее объяснение из возможных любому моему поступку. Столько вопросов о том, почему мы с женой разошлись, что я начал думать, словно она выискивает во мне недостатки.
– Знакомое чувство, – сказала Сэм. «Я бы так с тобой не поступила», – всплыла непрошенная мысль, но она поспешно отогнала ее.
– Суть в том, что я-то был с ней честен. Не люблю морочить людям голову. Но когда кто-то упорно видит тебя не тем, кто ты есть, это утомляет, понимаешь? – Джоэл покачал головой, затем улыбнулся. – Еще бы ты не понимала. Ты каждый день так живешь. Не знаю, почему Саймон не видит, насколько ты нужна.
«Только ли Саймон?» – подумала Сэм. И что-то в ней сжалось.
Джоэл такой добрый, уютный и понимающий… Она зачарованно смотрела на его губы, иногда даже толком не слушая, а после третьего бокала он придвинулся ближе. Теперь они сидели бок о бок на скамье, и Сэм чувствовала тепло его плеча, видела сильные, загорелые руки. Речь зашла о ее родителях, и Джоэл рыдал от смеха, когда Сэм рассказывала о своем отце и синих таблеточках.
– Моему такие ни к чему, – сказал он. – Каждый день в два тридцать он показывает на часы и говорит маме, что пришло время «тихого часа». Нас он не смущается, даже если мы сидим все вместе и смотрим телек. – Джоэл фактически сорвался на хихиканье.
– Шутишь! – Сэм была в шоке.
– Не-а. Будь мы с сестрами помоложе, померли бы на месте от смущения. А теперь я думаю: «Пап, если у тебя в твоем возрасте все работает, рад за тебя».
Правда, приятно же думать, что ты будешь так любить кого-то даже в семьдесят с лишним? – Джоэл искоса взглянул на Сэм, и она ощутила, как у нее порозовели щеки.
Они перешли на работу, и Джоэл нахмурился при упоминании Саймона, а потом сжал кулаки, словно иначе не удержится, направится в офис и даст ему по морде. От этой мысли на душе стало тепло. Они говорили о его мерзком характере, о том, как после его прихода на работе воцарилась совсем другая атмосфера. Сэм рассказывала о шариковой ручке с инициалами Саймона и испытывала тихое чувство торжества, когда Джоэл начал хохотать.
– Он сделал гравировку на обычной шариковой ручке?!
Джоэл сказал, что ей нужно научиться защищать себя, нельзя терпеть дурь Саймона, и после еще трех бокалов Сэм обнаружила, что
