Зина, – в детстве ходила в театральную студию, грезила сценой.
– Прикольно. Я тоже в нашу студию хожу, в гимназии. Но роли мне дают не очень. Я пока не сильно красивая. У нас в роду красота проявляется с возрастом. Так моя бабушка-бабулечка говорит. Но я готовлюсь в театральный.
– А как?
– Стихи учу.
– Круто. А про математику решила, что она не нужна?
Надя со вздохом кивнула.
– Но аттестат-то нужен?
– Ну да…
– Ты очень мешаешь одноклассникам и мне. Постоянно вертишься и болтаешь.
Надя опустила голову.
– Давай договоримся, что телефон на уроках будешь выключать.
– Всегда-всегда! – пообещала Надя.
– А к урокам отнесешься, как к подготовке в театральный.
– Это как?
– А так, – пояснила Зина, – представь ситуацию. Тебе дадут роль, когда надо будет на сцене просидеть на одном месте все действие. И сидеть не просто так, а в образе дамы. Спина прямая, а в руке веер. И всех надо слушать. Внимательно, с интересом. А действие идет сорок минут. Ты ведь не выдержишь.
Надя смотрела удивленным совенком.
– Ну вот завтра на геометрии и начни тренироваться! – предложила Зина.
* * *
Кролик. Зи-Зи, пион души моей! С Днем учителя!
Зина. Кристалл. У Александра Сергеевича – кристалл, а не пион.
Кролик. Ничего не знаю. Ты для меня – цветок и праздник.
Зина. Какой праздник, Кроликов?! Я ребенка хотела ударить! Меня из учителей надо гнать.
Кролик. Кончай убиваться. Была сложная ситуация. Ты справилась. Хочешь, посоветуйся с Успепей Ивановной.
Зина. Ты чего! Это как признаться в профнепригодности.
Кролик. Ерунда, ты – пригодна. Просто всему надо учиться. Думаешь, Успепя не раздавала подзатыльники?!
Зина. Думаю, нет))) Я тут на открытый урок к ней сходила.
Кролик. И как?
Зина. Обалдела. Она как дирижер оркестра. Каждый ученик исполняет отдельную партию. Сильные, слабые – все что-то делают. И все одновременно. А она как-то всех слышит и в нужное время поправляет. И выводит общую тему. Никогда такого не видела. И никогда так не смогу.
Кролик. Подождем лет тридцать!
Зина. Угу. А сколько еще ждать тебя? Стажировка какая-то бесконечная.
Кролик. Через месяц вернусь. Я в своем деле тоже хочу стать дирижером.
* * *
Контрольная в 9 «Б» только началась, когда в класс вошел директор. В костюме-тройке и белоснежной рубашке с золотыми запонками. Одеколон, как всегда, искрил цитрусом. С собой Леонид Петрович привел невысокую фигуристую женщину в джинсовом комбинезоне. Зине показалось, что от нее пахнуло кошками.
– Знакомьтесь, – объявил директор, – госпожа Оливия, ассистентка режиссера, с «Ленфильма».
Оливия заговорила совершенно безэмоционально, низким голосом с хрипотцой:
– Во время каникул в вашей школе будут проходить съемки сериала. Для участия в эпизодах в эту пятницу в актовом зале мы проведем кастинг. Желающим надо принести записку о согласии родителей.
Угомонить детей после этой новости удалось с трудом.
– Зинаида Зиновьевна, вы еще здесь?
Зина подняла голову от тетрадки и моргнула. За окнами уже стемнело. Часы над дверью, возле которой стояла Успепя Ивановна, показывали 17:48.
– Контрольные по алгебре проверяю. Провела на свою голову в один день. Не тащить же домой шесть пачек.
– Давайте помогу!
Зина попыталась отказаться, однако Успепя Ивановна взяла пачку тетрадей девятого «Б» и расположилась за первой партой. Через некоторое время спросила:
– А что, Умаров-младший учится плохо? Его брат у меня идет на медаль.
– Умаров? Четверка в четверти намечается.
– Не может быть. За эту работу – двойка.
Зина почувствовала, что краснеет, будто оценку поставили ей самой. Успепя Ивановна вернулась к тетрадям и больше вопросов не задавала. Примерно через сорок минут она сняла очки и потерла переносицу.
– То ли девятый «Б» очень слабый, то ли вы, милая, плохо учили.
Зина похолодела. Она – плохой учитель.
– Возможно, вы проводили эту контрольную, когда объявили чертов кастинг?
Зина призналась, что да.
– Я свой урок прервать не позволила.
– Как это?
– А так! Учитель на уроке – царь и бог. Сам решает, пускать посторонних или нет.
* * *
Зина. Как я могла директора не пустить?
Кролик. Пока никак. Остальные классы написали хорошо?
Зина. Неплохо.
Кролик. Тогда не страшно.
* * *
По закону подлости, детей из девятого «Б» вызвали на кастинг во время геометрии.
– Кто принес записки от родителей? – спросила проинструктированная Зина.
Две трети класса подняли руки.
– Спускаетесь вместе со мной на второй этаж. И чтоб вас не было слышно по дороге! Остальным – задание на доске.
В холле у актового зала ожидали еще два класса. В дверях стояла Оливия и раздавала указания:
– Десятый «А». Заходим цепочкой. Отдаем мне записки. Встаем в линию перед сценой.
Зина оглядела своих детей.
– Где Введенская?
Ребята пожали плечами.
Надя нашлась в ближайшем туалете на полу, под сломанной сушилкой для рук. Она рыдала в позе васнецовской Алёнушки, и Зине с трудом удалось узнать причину. На лестнице к Надиным волосам прилепили жвачку.
– Кто?
– Не зна-а-аю!
– Вставай! – велела Зина и включила в раковине воду. – Умывайся.
Жвачку прицепили на кончики кудряшек. Можно будет аккуратно срезать, только не сейчас – некогда.
– Послушай, – Зина развернула к себе Надю и наклонилась, чтобы видеть ее глаза, – актерский мир – не только аплодисменты, но и конкуренция. Борись!
Надя захлопала ресницами, собираясь снова заплакать.
– Стоп! – рявкнула Зина. – Подумаешь, жвачка! Сделай вид, что это часть прически. Сыграй такую роль, поняла?
Всхлип. Кивок. Холодные после воды пальчики спрятались в теплой ладони Зины.
Возле актового зала шумел девятый «Б». Увидев Зину, дети бросились жаловаться:
– Нас выгнали!
– Никого не взяли.
Оказалось, что их позвали, выстроили в линию, а через полминуты сказали: «Никто не подходит». Надины пальцы из ладони попытались выскользнуть, но Зина их крепко сжала.
– Ступайте в класс, – велела она ученикам, – задание на доске, вернусь – проверю.
В актовом зале угадывался запах табака, хотя помещение явно проветрили.
– Где мой кофе? – капризным тоном спросил бородатый мужчина в белом кашемировом свитере.
Он сидел в центре зала, возле монитора. Зина догадалась, что это режиссер.
– Доставка опаздывает, – оправдывалась ассистентка.
– Так поторопи. А это кто? Почему без вызова? Что за дисциплина на площадке?!
Ассистентка набросилась на Зину:
– Я вас не вызывала!
– Посмотрите, пожалуйста, девочку.
– Не подходит. Уходите.
– Да не толкайте вы меня!
Зина отодвинула ассистентку и, выйдя с Надей на пространство перед сценой, крикнула режиссеру:
– Это балаган или кастинг? Вы же к детям пришли! В гимназию. Историческое, между прочим, место, а ведете себя…
– Как мы ведем себя, ну?
Режиссер встал и наклонил по-петушиному голову, разглядывая Зину.
– Дети готовились, ждали. А вы как на рынке. Как
