Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
ним, пока он не скрылся из вида, понимая, что Азалия скоро тоже будет вне моей досягаемости. Хакер и ее сестра исчезли. И теперь я увидела, что Такер тоже уходит, качая головой, гнев волнами исходил от него.
– Я и правда изменилась, – крикнула я так громко, что надеюсь, они все меня услышали, услышали на шоссе, на лыжном холме, в штаб-квартире Pictey и от одного проклятого побережья до другого. – Я так сильно изменилась, что никогда не смогу вернуться к началу, – сказала я, и произнеся эти слова, я поняла, что это была правда. – Я брошу все и начну сначала, – плакала я, теперь разговаривая только сама с собой. – Но теперь, – произнесла я мягче, не обращаясь ни к кому, кроме моего собственного разбитого сердца. – Я не могу уйти, не так ли? Теперь я должна вернуться. Теперь это все, что у меня осталось.
Пейдж
Вероятность того, что я попаду в тюрьму за компьютерные преступления, была не так мала, как хотелось бы. Существует несколько прецедентов, которые не будут играть в мою пользу в гражданском суде. Тем не менее, у меня были дела поважнее. У моей сестры было большое преимущество передо мной, так что мне пришлось бежать. К счастью, на мне были надеты именно кроссовки для бега.
Город Копперидж состоит из нескольких больших торговых улиц, которые проходят параллельно друг другу, а затем горы поднимаются прямо с окраины лыжной деревни, и в последний раз мою сестру видели идущей в этом направлении. Взбегая на холм, я вспоминала все, что знала о психических заболеваниях. Уровень самоубийств в Колорадо равен примерно четырнадцати случаям на сто тысяч человек среди молодежи в возрасте Джессики. Шесть человек на тысячу пытаются покончить жизнь самоубийством, причем женщины в полтора раза чаще совершают попытки самоубийства, чем мужчины, но более чем на треть реже умирают при этой попытке. О суицидальных мыслях Джессики свидетельствовали только ее предыдущая попытка самоубийства, уход от друзей и семьи, депрессия, тревога, стыд, гнев и, как ни странно, внезапное улучшение настроения на некоторое время.
Хотя, думаю, сегодня я позаботилась об устранении последнего пункта.
Распространенные способы суицида среди молодых людей включали в себя использование огнестрельного оружия, применение яда и смерть через повешение. В последние годы смертность от потери крови немного снизилась, вероятно, из-за того, что самые популярные сайты с инструкциями о том, как совершить самоубийство, причисляли этот метод к разряду наиболее болезненных. Интересно, что происходит, когда человек пытается вскрыть ранее перерезанные вены, и какой инструмент могла бы найти Джессика, чтобы сделать это? Я удивилась, как я могла вообще упустить ее из виду, хотя бы раз, даже на три минуты.
Пока я бежала и обдумывала образ мыслей Джессики, взвешивала статистику, факторы риска и возможности, мое дыхание становилось все более напряженным. Если отбросить статистику, я очень боялась за нее. Я боялась так сильно, как никогда в жизни. Мне было также страшно, как и в то время, когда я была на месте Джессики, и думала, что одна маленькая неожиданность или разочарование могут заставить меня потерять мой слабый контроль над ситуацией, как тогда, когда однажды, в доме моего дяди через неделю после «несчастного случая», я положила его оружие в сейф, а затем вернулась к нему позже ночью, чтобы проверить, действительно ли он заперт.
Она никак не могла достать оружие на склоне горы, правда? Я удивилась своим мыслям. Не было ли у нее способа повеситься до того, как я доберусь до нее?
Мое дыхание начало меня подводить, а воздух, казалось, стал еще более разреженным. Я глубоко вздохнула, но мое сердце не получило кислорода. Я все еще бежала, но почему-то не задыхалась. Я заставляла себя выдыхать, чтобы вдыхать на отскоке, но было такое ощущение, что воздух вообще не поступает ко мне.
И вот я подбежала к последнему перекрестку перед деревней и попыталась подняться по дороге вдоль горы. Я увидела, как горные байкеры спускались с холма и падали оттуда с ужасающей скоростью. Не было никаких сомнений в том, что без их колодок и шлемов то, что они делали, было бы просто еще одним способом организовать собственную смерть. Могла ли Джессика сделать что-то подобное? Из-за моей лжи и ошибок? Могла ли она броситься со скалы на сиденье велосипеда? Понадобится ли ей вообще велосипед, если она сможет каким-то образом добраться до вершины горы?
Куда, черт возьми, она подевалась?
Но потом я увидела ее. Краем глаза я заметила ее конский хвост, а затем и все остальное. Она стояла примерно в двухстах футах отсюда. Я позвала ее, но в моем голосе было что-то скрипучее, и теперь я поняла, что так долго задерживала дыхание, что не могла говорить. Я так смеялась над Кэррин, которая говорила мне делать глубокие вдохи в каждый сложный момент жизни, но вот я бежала за своей сестрой, которая, возможно, планировала причинить себе вред и находилась в реальной опасности, и по какой-то идиотской причине я сама перестала дышать. За годы, прошедшие после моей собственной попытки самоубийства, я уменьшила громкость стольких чувств, успокоила свой разум от любой потенциально расстраивающей неопределенности, заблокировала возможность причинения боли, отвержения или разбитого сердца, которые когда-либо могли проникнуть в мою жизнь. Но теперь, когда я разбила сердце своей сестры, единственное, что мне могло помочь, – это не слишком сильно переживать и не слишком сильно плакать. А это значит – голодать без кислорода, необходимого каждому человеку для выживания.
Я снова позвала сестру и попыталась опустить диафрагму, попыталась втянуть в легкие хоть какой-то воздух, но, кажется, я не могла вдохнуть, не выдохнув сильнее, быстрее. Джессика замедлилась, но и я тоже. Она стояла в какой-то небольшой очереди, перед ней было, может быть, человека три, они ждали чего-то у небольшого здания. Я не знала, что это было за здание.
Я опустилась на колени. Может быть, если я смогу подышать свежим воздухом… Но сейчас я смогла только упасть. «Падаю», – прошептала мне какая-то часть моего мозга. Падение. В восьми процентах самоубийств, в которых не присутствовало оружие, веревка или таблетки, была потеря крови, и еще кое-что: падение. Мои колени ударились о землю, затем и правое плечо. Фокус моего зрения сузился, так что я потеряла из виду дальние края, а затем все ближе и ближе, и вскоре я смотрела только на одно. На мою сестру. Она была уже первая в очереди. И вот она уже была готова. Она ждала, когда
Ознакомительная версия. Доступно 14 страниц из 92
