Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
Понятно, что в этой ситуации было неразумно вкладывать средства в строительный бизнес. Тигран успокаивал: все уляжется, нужно выждать. Тимур не торопился. Первое время он не без удовольствия вел жизнь рантье, много времени проводил на море с детьми, развлекался с Алиной в ночных клубах, сопровождал ее в походах по дорогим бутикам. Через пятнадцать лет семейной жизни он будто бы вновь влюбился в жену, радовался ее радости от нарядов, к которым она, как и любая женщина, оказалась неравнодушна, был счастлив от того, что счастлива она.
Но постепенно новизна приедалась, все чаще Тимур испытывал какое-то внутреннее недовольство собой, будто бы от греховности бездельной жизни. Так, вероятно, чувствует себя профессиональный спортсмен, привыкший к каждодневным изнурительным тренировкам, которые сообщали ему полноту бытия. Ежедневные уроки испанского, которые Тимуру и Алине давал Герман, ставший сотрудником Тиграна, были не делом, так - развлечением. Мальчишки прокалились средиземноморским солнцем, все чаще спрашивали: "Скоро домой?" Тимур не знал, что ответить. Приближалась осень, нужно было решать, в какую школу их отправлять. В испанскую? В английскую? В русскую? Была в Марбелье и русская школа для детей местной элиты.
Понемногу менялось настроение и у Алины. Однажды она сказала:
- У меня постоянно такое чувство, что я оглохла. Все вокруг говорят, размахивают руками, смеются. А я не понимаю, о чем они жестикулируют, чему смеются. Как будто между нами стекло. Стоит мне услышать обрывок русской речи, я готова бежать за этими людьми, как собачонка.
- Это называется ностальгией, - заметил Тимур.
- Не смейся, это очень серьезно. Ты не задумывался, кем станут наши дети? Испанцами? Нет, испанцами они не станут. И перестанут быть русскими. Перестанут быть осетинами. На двух осетинов станет меньше. Они превратятся в вечных чужаков. Мы-то как-нибудь проживем, в нас огромный запас родины, на наш век хватит. А они? Чужаки, изгои. Мы хотим им такой судьбы?
- Ты сама говорила - рай, - напомнил Тимур. - Тебе уже не нравится рай?
- Наверное, рай хорош. Для загробной жизни. Для земной жизни - не знаю. Не бывает вечного праздника. Вечный праздник в конце концов превращается в обычные будни.
- Что ты предлагаешь? Вернуться в Россию?
Алина неуверенно улыбнулась.
- Это решать тебе. Осетинские женщины не дают советов мужчинам.
И вот, вернулись. И что?
Чтобы сидеть в машине на обочине московской кольцевой дороги и ждать, когда приедет чиновник Козлов и заберет пакет с деньгами - гартам?
Странное существо человек. И то ему не так. И это ему не так. А что так?
Козлов подъехал на желтой "Волге" фирмы "Новое московское такси", безуспешно пытавшейся конкурировать на рынке извоза с частниками, захватившими самые выгодные стоянки у вокзалов и не желавшими их уступать, из-за чего возникали настоящие побоища, в которые милиция, получавшая с частников постоянную мзду, старалась не вмешиваться. Из "Волги" Козлов почему-то вышел не сразу, а когда вышел, с безразлично-озабоченным видом прошел мимо "БМВ" Тимура в торговый комплекс. Появился минут через двадцать, на ходу разглядывая малярный валик, упакованный в прозрачный пластик. И только тут, словно бы только что заметив Тимура, подошел к машине.
- Собрались делать ремонт? - полюбопытствовал Тимур, перекладывая пакет с деньгами на колени, чтобы освободить для Козлова переднее сиденье.
- Ремонт? - удивился он. - А, ремонт. Да, собрался. Хвоста не заметили?
- Хвоста?
- Слежки!
- Нет. А могла быть?
- Осторожность никогда не помешает. Ну что за погода, а? Говорят, в Каракасе круглый год температура двадцать два градуса и все цветет. В Венесуэле. Не случалось бывать? Мой знакомый был, до сих пор балдеет.
- В Венесуэле - нет. В Испании жил. Вечное лето только сначала хорошо. А потом начинаешь скучать по снегу. Будете пересчитывать? - спросил Тимур, показывая на пакет с деньгами.
Козлов не ответил.
- Считать, спрашиваю, будете? - повторил Тимур.
Козлов молчал. Тимур с недоумением взглянул на него и поразился. Он даже не представлял, что человек может так измениться за какие-то секунды. Лицо молодого чиновника покрыла смертная бледность, все черты обострились, как у покойника, в глазах застыл ужас.
- Это - ваши? - скорее угадал Тимур по движению губ, чем услышал.
- Ну да, мои, - удивленно подтвердил он. - Двести граммов, как и договаривались. Что с вами?
- Нет - те!
Тимур проследил направление его взгляда и только тут понял, что повергло Козлова в такой ужас. На обочине, метрах в тридцати от "БМВ" Тимура, притормозили два милицейских "форда". Из машин никто не выходил. Время словно остановилось. Воображение рисовало картину, ставшую в последние годы привычной на российском телевидении: вот сейчас распахнутся двери, возникнут ловкие молодые люди в камуфляже и в масках с жуткими прорезями для глаз, направят на "БМВ" короткие десантные автоматы. Но ничего не происходило. Минуты через три на кольцевой появился кортеж из длинного черного лимузина и двух джипов охраны с милицейским сопровождением. "Форды" включили проблесковые маячки, снялись с места, пристроились в хвост колонны и вместе с ней скрылись в потоке машин.
- Какое-то очень большое начальство, - прокомментировал Тимур и вернулся к делу. - Можете не считать, сегодня утром из банка.
Но Козлов отпрянул от пакета, как от гранаты с выдернутой чекой, выскочил из машины и кинулся к желтой "Волге", не разбирая дороги. В панике он даже забыл малярный валик. Тимур лишь пожал плечами. У каждого свои трудности. Давать взятку-гартам противно, а брать опасно. И еще не известно, что хуже. Но коль уж ты взялся за это дело, нельзя быть таким патологически трусливым.
Тимур бросил валик и пакет с деньгами на заднее сиденье и поехал на завод, досадуя, что с этим неприятным делом не удалось покончить и теперь придется придумывать, как его завершить.
В том, что Козлов не патологический трус, а человек с чрезвычайно развитой интуицией, Тимур убедился в тот же день, всего через час, который понадобился ему, чтобы доехать до завода. Перед самыми заводскими воротами дорогу его "БМВ" преградили патрульные "Жигули". Из машины вышли трое в штатском, два молодых, один постарше, лет пятидесяти.
- ГУБЭП, подполковник Свиридов, - представился старший, мельком, как они это умеют, показав служебное удостоверение. - Заглушите двигатель и выйдите из машины.
- Не спешите, - возразил Тимур. - Я не успел рассмотреть ваше удостоверение. Покажите еще раз.
От такой наглости подполковник слегка растерялся, но пожелание Тимура выполнил. Правда, не выпуская корочек из рук.
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 147
