Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 56
Мысли в голове крутились самые тягостные. Действительно ли я все это время верил, что сумею доставить собак в безопасное место? Сейчас это выглядело совершенно нереальным. Тем более, в такой короткий срок.
До меня внезапно дошло, что я слишком сильно скучал по дому… и возможно, именно поэтому стал заботиться о собаках. Это создавало иллюзию нормальности. В свои без малого сорок лет я все еще нуждался в утешении, хотя раньше мне казалось, что я мог без этого обходиться.
Был ли у этих псов хоть какой-то шанс оказаться в безопасности? Я подарил им ложную надежду, и пусть даже они об этом не знали – легче от этого не становилось. Если придется выкинуть их с базы обратно в мир, полный звериной жестокости, это разобьет сердце и мне, и им. Отчаяние грызло изнутри. Никакого хитрого плана в голову не приходило. Скорее всего, нам предстояло расстаться. И эта мысль причиняла мне боль.
Проблема в том, что я все время жил на подхвате, в ожидании то письма, то телефонного разговора. Реальный мир двигался быстрее, чем мой собственный крохотный мирок.
«А что, если Лиза за это время выдумала какой-то план?» – вдруг подумалось мне.
Или сон пойдет на пользу – и утром что-нибудь само придет в голову.
Я пошел к собакам, их надо было покормить, несмотря на поздний час. Потом меня ждало ночное дежурство. Нет, о сне по-прежнему оставалось только мечтать.
– Вид отсюда сногсшибательный, – сказал я, делая глубокий вдох.
На холме было свежо, прохладный ветерок пробирался под воротник рубашки.
– Точно, неплохой, – улыбнулся Джим, один из морпехов группы огневой поддержки, занимавшей холм. – А когда трассирующие снаряды над головой – еще лучше!
Безоблачное небо было ярко-синим, и от этого еще разительнее становился контраст с запекшейся желто-бурой пустыней, простиравшейся к югу, и горчичными обводами гор на западе, востоке и на севере.
Вдалеке с южной стороны, в дрожащей горячем мареве едва различались фигурки людей, трудящихся в поле. Я не представлял, сколько времени и усилий понадобится им, чтобы вспахать землю деревянным плугом – здесь до сих пор не было никаких более совершенных орудий труда.
Еще пару секунд я наслаждался видом. Чем-то это напоминало ощущение после утомительного подъема на горный пик в Альпах, когда наградой тебе становится панорама, от которой захватывает дух.
Затем я обернулся на две стоявшие неподалеку клетки, где РПГ, Джена и Наузад наслаждались прохладой и восхитительным видом с холма.
РПГ и Джене досталась большая клетка, они сидели, вытянувшись по струнке, а Наузад с довольным видом развалился во второй. Все трое терпеливо ожидали нового этапа своего путешествия, и даже я не знал, как оно все обернется.
Много всего произошло за последние пару дней. У меня наконец появилось подобие плана.
На побывку в Англию я уезжал 6 декабря. И по мере того, как ноябрь подходил к концу, я нервничал все сильнее. Паника подступала к горлу. Я перебирал в голове все возможные сценарии. Что, если не получится доставить собак в безопасное место? Что, если никто не сможет присмотреть за ними в мое отсутствие?
Я не мог отдать такой приказ никому из ребят. Помимо всего прочего, эта задача становилась сложнее день ото дня.
Джена превратилась в настоящую маленькую мегеру, гонявшую Наузада и РПГ и в хвост, и в гриву. Когда кто-то шел мимо, она тявкала, не замолкая, чтобы на нее обратили внимание. То, как она округлилась, было заметно невооруженным глазом, и мы с Дэйвом не сомневались, что спасение пришло слишком поздно. Она, очевидно, была беременна.
Но Джена хотя бы подпускала к себе чужих. Если к вольеру подходил кто-то из парней, они с РПГ вместе бежали к калитке в надежде на ласку и лакомства. А вот Наузад по-прежнему рычал и лаял на незнакомцев и доверял только мне одному.
Время было на вес золота, но я старался ежедневно уделять каждой собаке хоть по паре минут. Связь между нами крепла, и я не знал, как смогу ее разорвать.
Мы с Лизой говорили еще несколько раз после ее письма и отчаянно пытались придумать, как доставить псов в приют. Я очень надеялся, что смогу договориться с кем-то из местных водителей, которые гоняли за товаром на стареньких грузовиках из города в город. Пару раз я видел их на южной дороге. Но мы ни разу не выходили патрулировать жилые кварталы, так что не было никакой возможности заключить сделку.
Местный водитель исключался, а значит, оставалась Пэм или кто-то из сотрудников ее приюта. Конечно, если они пришлют машину за собаками, это обойдется в целое состояние, но другого выхода я не видел. Лиза была в этом со мной согласна. Мы сошлись на том, что она переведет деньги в Афганистан, как только собак заберут.
Мне это очень не нравилось. Я был вынужден повесить на Лизу всю эту мороку, при том что в Афганистане было очень плохо со связью. Да еще и разница во времени! Я названивал ей после письма едва ли не каждый день, и она всякий раз устало сообщала, что никаких новостей пока нет. В тщетной попытке сберечь положенное мне телефонное время, я торопливо бросал, что люблю ее, и клал трубку. Но минуты все равно утекали сквозь пальцы.
К счастью, в лице Дэйва у меня нашелся сообщник. Он поделился со мной телефонной карточкой и по тому, как он стоял рядом и курил сигареты одну за другой, я видел, что он переживает не меньше моего. Когда я качал головой и передавал ему слова Лизы. Ему нечем было меня утешить.
И тут, как будто нам было мало проблем – внезапно моя спасательная операция привлекла внимание Кэпм Бастиона.
Поскольку наши ребята, отправляясь на побывку, не могли миновать центральный лагерь, довольно быстро расползлись слухи, что из Наузада каких-то бродячих псов собираются перевозить в приют. Разумеется, все тут же решили, что будет задействован военный вертолет, и начальство сочло своим долгом вмешаться.
Босс, судя по всему, поимел беседу с Кэмп Бастионом, где ему напомнили о строгой политике в отношении животных. Дальше ему ничего не оставалось, кроме как передать это мне. Как-то вечером он отвел меня в сторону после совещания.
– Сержант Фартинг, меня попросили напомнить вам, что диких животных категорически запрещается оставлять на базе в качестве талисманов, – сказал он. – Поэтому здесь не будет никаких собак. Надеюсь, мне не нужно уточнять, что транспортировка животных в Великобританию с использованием военной авиации также запрещена ввиду потенциальной угрозы для здоровья людей.
Все это он говорил таким ровным тоном, с ничего не выражающим лицом, что я никак не мог определить, всерьез он это или нет.
– Так точно, сэр, – сказал я с глубоким вздохом. Я все еще опасался, не прикажет ли он избавиться от собак немедленно. Но надо же было хоть что-то сказать. – Просто для ясности: я никогда и не собирался их делать талисманами подразделения. Или транспортировать в Великобританию.
Это была чистая правда. Ничего подобного мне и в голову не приходило. Черт возьми, мне и с местным приютом хватало хлопот. И дома уже было два пса – куда нам больше?
Кэп слушал меня спокойно, поэтому я продолжил:
– Я просто стараюсь чем-то полезным заняться в свободное время, вот и все, босс.
Он наконец улыбнулся, и от сердца у меня отлегло.
– Так я и думал, – сказал он. Официальная часть была позади, и теперь он явно расслабился. – Так что там нового? Говорят, собак уже три?
– Все отлично, босс. Да, их уже трое. Новенькая, похоже, беременна… а то нам мало было проблем. В общем, их как можно скорее надо куда-то девать отсюда. – Я широко улыбнулся.
Кэп насмешливо покачал головой:
– Ладно. Только не вздумай их на меня бросать.
– Да вы что, босс? Как можно?! – Я всеми силами изобразил ужас при одной этой мысли и развернулся, чтобы уйти.
Пока я шел по двору базы, я думал о том, что теперь все упирается в Лизу: сможет она с кем-то договориться или нет. Если раньше в глубине души я еще питал надежду, что в самом крайнем случае можно будет попросить вертолетчиков, – теперь это стало бы прямым нарушением приказа. Конечно, это было досадно: ведь вертушка доставила бы собак в Кандагар за каких-то сорок пять минут, и проблема была бы решена. Но теперь… теперь у нас было ни единого шанса.
Справедливости ради должен признать, в этой политике была своя логика. Ясное дело, мы не затем прибыли в Афганистан, чтобы заниматься спасением бродячих псов. И если сейчас начальство закроет на это глаза, возникнет прецедент, который неизвестно во что разрастется потом.
Но мне-то от этого было не легче. К счастью, кэп – по крайней мере, неофициально – был на моей стороне. Не представляю, как бы я себя чувствовал, прикажи он мне убрать собак с базы прямо сейчас.
Было 27 ноября, до моего отъезда оставалось четыре дня, и тут план Лизы наконец сработал. Она потратила уйму времени на переговоры с Кошаном, смотрителем местного приюта, который, к счастью, говорил по-английски. Лиза уговаривала его прислать машину за собаками. Дорога должна была занять три дня.
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 56
