мы уверовали, что Господь наш по Духу – Бог, а по плоти – человек, хотя неверные и поносят Рождение от Девы, что оно по плоти, а не по божеству. Посему мы говорим, что Бог соединился с плотью и потому от Жены Он создался и родился, будучи един, как научил апостол:
Бог послал Сына Своего, Который родился от жены, подчинился закону, чтобы искупить подзаконных (Гал. 4:4-5). Подобным же образом и Божественный Крест они поносят, подобно эллинам. Мы же поэтому скажем о плоти, что она не отлучена от Бога, ни отделяется в другое Лицо, ибо невозможно
Господу славы (1 Кор. 2:8) быть простым [лишь только] человеком, потому мы боимся называть Господа Сил человеком, имеющим такую же [, как у нас,] природу, и ничего более, но мы в соответствии с апостольским изречением исповедуем, что Распятый есть
Господь славы, и пользуемся Крестом как символом победы над диаволом, и печать наша – Христова сила во спасение. И сораспятие Христу спасительно сверх Закона и праведности по Закону, и оно освящает мир. И потому мы в смерть Его крестимся (ср. Рим. 6:3), потому что смерть Его не была наказанием за грех, ни была равна смерти Адама, но искуплением за грех и от смерти за него.
4. Посему пусть будет ясно изложена проповедь апостольская, как вы и хотели, которая предана нам от святых отцов о Божестве, что у Троицы – одна природа и поэтому одна сущность, о чем и теперь Соборы пишут по-апостольски; и что Слово Божие есть Создатель всего, по подобию Своему сотворил человека в начале (см. Быт. 1:27), [Col. 96] к Своему подобию вновь возводит его, уподобившись Сам Своему творению через Воплощение от Святой Богородицы и Девы Марии и тем, что стал человеком, оставаясь Богом, чтобы явить людей богами, остающимися людьми. Лицо – одно и до Воплощения, и после Воплощения, непостижим только Бог, неотделимый в плоть, нестрадательный в страданиях плоти, победивший смерть и в третий день воскресший, восшедший на небо во славе естественной, а не благодатью, грядущий в Своем божестве явственно, от тела Своего Святого [, взятого] от Марии, сияя славой неизреченной, как и на горе показал ее частично (см. Мф. 17:1-9), научая нас, что Он и прежде и теперь Тот же Самый, а не впоследствии обоженный, как к этому нынешнее богохульство понуждает, ни переставший быть Сыном Человеческим, ни отложивший плоть. Ибо когда Единородный начинает быть Сыном Человеческим, то Он посылает Ангелов Своих, будучи всегда неизменным и никакой перемены не приемлющим в отношении божества, по плоти же приняв наш образ и придав нам Свой образ.
Диалог IV о Святой Троице [440]
[PG. T. 28. COL. 1249]
Диалог святого Афанасия против аполлинариста
1. Православный. Имел ли Христос человеческое тело или нет?
Аполлинарист. Нет.
Православный. Но какое?
Аполлинарист. Божественное.
Православный. По Своей природе или по Домостроительному соединению?
Аполлинарист. По соединению Домостроительства.
Православный. Таким образом, и по природе тело было человеческим, и по Божественному Домостроительству?
Аполлинарист. Да.
Православный. И оно было единосущным с нами?
Аполлинарист. Тело от Марии было единосущное с нами.
Православный. Таким образом, согласны ли вы с нами в этом?
Аполлинарист. Если это так, то да, согласны.
Православный. Посмотрим и насчет души.
Аполлинарист. Давай посмотрим.
Православный. Тело Христово было одушевленным [Col. 1252] или без души?
Аполлинарист. Оно было одушевленным.
Православный. Очевидно, потому, что у Него была душа?
Аполлинарист. Нет.
Православный. Но как было одушевленно то, у чего не было души?
Аполлинарист. Оно было одушевлено Божественным одушевлением.
Православный. Ты сам действительно одушевлен без содействия Бога?
Аполлинарист. Я одушевлен естественно (φυσικῶς).
Православный. Ты одушевлен без силы Божией?
Аполлинарист. Я да, но не так Господь. У человека здесь [на земле] действительно разумная душа (ψυχὴ λογικὴ) соединяется с телом по повелению Бога, [и сие соединение] производит человека, в то время как для Христа не так, но Сам Бог Слово, соединенный с плотью, составил человека-Бога (ἄνθρωπον θεόν).
Православный. Таким образом, ты понимаешь это как Божественное одушевление (θείαν ἐμψυχίαν)?
Аполлинарист. Конечно.
Православный. Вместо души, таким образом, у Христа было Само Слово?
Аполлинарист. Да.
Православный. Однако Кто был в таком случае Тот, Кто говорил: душу Мою никто не отнимает у Меня, но когда Я хочу, Я полагаю ее, и когда хочу, Я принимаю ее (Ин. 10:18), – плоть или Слово?
Аполлинарист. Слово.
Православный. Какую душу Христос имел в виду – ту, которая была у Него, или ту, которой у Него не было?
Аполлинарист. Он имел в виду человеческую жизнь.
Православный. Но разве возможно, чтобы человеческая жизнь была без присутствия души?
Аполлинарист. Конечно [, для Христа это возможно]; ибо Сам Бог на земле явился, и с человеками пожил (Вар. 3:38).
2. Православный. Но как явился Тот, Кто по природе невидим (см. Кол. 1:15)?
Аполлинарист. Явился плотью.
Православный. Стало быть, как плоти свойственно являться, так и душе свойственно жить с телом. Ибо невозможно, чтобы Тот, Кто по природе невидим, мог быть видимым, не будучи соединен с телом, которое может быть видимо; как невозможно и Тому, Кто по природе бесстрастен, страдать и пожить с человеками (Вар. 3:38), если Он не соединен с одушевленным телом, которое может страдать добровольно и жить между людьми. Ведь тело одушевленное с необходимостью имеет и душу, ибо оно одушевлено, хочешь ты этого, или не хочешь.
Аполлинарист. В таком случае разве [простой] человек пострадал за нас (1 Пет. 2:21)?
Православный. Да не будет! Но пострадал Бог: восхотев явиться, Он соединил с Собой тело, которое может явиться и, восхотев, пострадать, соединил с Собой одушевленное тело, которое может страдать добровольно; и и не так что [это тело] прежде существовало, а потом Он соединил его с Собой по добродетели; ни не просто родился от человека Марии; но сначала Ее освятив (см. Лк. 1:35), после этого Бог Слово от Нее приобщился нашего человечества и соединил с Собой согласно Домостроительству одушевленное тело, чтобы быть одному и Тому же – Богом и человеком.
Аполлинарист. Одушевленное тело – человек?
Православный. Я определяю человека не просто как одушевленное тело, но как человеческое тело, которое одушевлено, – его называю человеком.
Аполлинарист. Этот человек разве не Иисус?
Православный. [Да, Иисус – человек, но] соединенный со Словом.
Аполлинарист. Таким образом, Иисус не человек?
Православный. Без Слова я не знаю получившего бытие Самого Того человека, признаю действительно
