дается и нам, недостойным, по Божией любви и милосердию.
Сам Христос есть живое воплощение и ясное выражение этой любви.
Апостол Павел, вспоминая историю своего обращения, приписывает его единственно всесильной благодати Божией. Он говорит, что благодать эта открылась в нем обильно; хотя грех его был велик, но любовь Божия превзошла его и покрыла его преизбытком благодати Своей. Ап. Павел этого никогда не забывал. Сознание этого было основою его великого смирения.
И вера вселилась в его сердце вместо неверия: не только общее, бессознательное чувство упования на Бога, но живая, твердая вера в живого Спасителя, Господа нашего Иисуса Христа.
И вместе с этой пламенной верой возгорелась любовь к живому Спасителю. Будем же и мы неотступно молить Господа об этих дарах, и открывшаяся в нас благодать да наполнит все наше существо. Она изменит для нас все, смягчит гнетущую нас скорбь и даст нам новые силы.
3 апреля
«Сам Он претерпел, быв искушен» (Евр. 2:18)
Мучает ли нас искушение, тревожат ли сомнения, пойдем с ними прямо к Тому, Кто, «быв искушен, может и искушаемым помочь».
Пойдем со всеми гнетущими нас мыслями, которых мы стыдимся и которые ненавидим, – теми мыслями, которые мы не могли бы высказать никому, – и выскажем их Тому Единому, Кто может помочь, потому что и Он претерпел искушение.
С глубоким чувством сокрушения, в сознании своего греха, пойдем к Иисусу, Который «пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию» (Мф. 9:13). Не будем медлить, не будем откладывать ни на минуту, пойдем сейчас, изольем всю душу нашу пред Ним, выплачем пред Ним все наши слезы, возлюбим Его много, чтобы многое нам было прощено (Лк. 7:47).
Тогда все сомнения наши исчезнут, мы победим искушение, и «Господь нас исполнит и преисполнит любовию друг к другу и ко всем, чтобы утвердить сердца наши непорочными во святыни пред Богом и Отцем нашим в пришествие Господа нашего Иисуса Христа, со всеми святыми Его» (1Фес. 3:12–13).
4 апреля
«Живущий под кровом Всевышнего, под сенью Всемогущего покоится, говорит Господу: «прибежище мое и защита моя, Бог мой, на Которого я уповаю!» (Пс.90:1–2)
Милосердый Господь принимает с любовью всякого приходящего к Нему. Одни, как нищие, останавливаются у порога Его дома и стараются наполнить корзину свою только крохами, и их Он не отпускает с пустыми руками. Другие довольствуются положением слуг; они живут в Его доме, стараются исполнять Его волю, имеют с Ним сношение, но, исполнив назначенный им труд, не отдыхают внутри жилища Его, а переходят к своим делам.
Есть, наконец, и дети Божии; эти всегда пребывают с Ним, они живут в Его присутствии, всегда у Него дома, знают сердце Его, и им Он говорит: «Сын Мой, ты всегда со Мною, и все Мое – твое» (Лк. 15:31).
Пусть каждый спросит у себя, кто он – проситель, слуга или сын. Слова псалма написаны человеком, который «пребывает» с Господом. Нашел в Боге покой, удовлетворение души и родной кров. Лишь тот, кто ищет, – найдет этот кров, эту благодать, о которой всякий может сказать: «Она будет моею, я взыщу усердно, пока не найду ее». Но нерадивое сердце этого никогда не достигнет. Господь призывает всех нас к Себе, как детей Своих, Он предлагает нам кров Свой и под сенью Своей дает успокоение. Поспешим же укрыться в этом верном пристанище от злого веяния соблазна, от бури сомнения, от греха, от искушения, и, пребывая в Нем, мы найдем мир и покой душам нашим.
5 апреля
«Каждый из нас должен угождать ближнему, во благо, к назиданию» (Рим. 15:2)
Обязанность угождать нашему ближнему прямо истекает из великого учения о любви христианской; но о чем должны мы стараться и к чему стремиться, угождая ему? Любовь наша, конечно, не должна выражаться в потворстве всякой прихоти или в бессмысленной похвале, дающей пищу самомнению. Во всех наших словах и действиях и в отношениях наших с ближними мы всегда должны иметь в виду исключительно то, что может служить им во благо, к назиданию.
В земной жизни Спасителя мы видим живой пример этой любви, соединенной с твердостью. Спаситель всем желал добра, от Него веяло благостью и кротостью. Однако Он никогда не уклонялся от правды, справедливо и прямо обличал зло. Смысл Его слов всегда был ясен, и окружающие Его знали, что ни малейший оттенок зла не ускользнет от Него. Подражая этой всеобъемлющей любви Христовой, мы научимся угождать нашему ближнему не во вред ему, а на пользу. Смирением пусть дышит каждое наше слово и каждый поступок, и если придется сделать необходимое замечание, пусть оно будет сказано в духе кротости, смягчающем все то, что могло бы причинить боль. Будем остерегаться каким-нибудь необдуманным словом оттолкнуть от себя того, кому мы хотим помочь.
Назидать – значит созидать, и такова цель истинной любви.
Соприкасаясь нашей жизнью с жизнью ближних наших, будем помнить, что Господь посылает нас быть благословением всюду, куда бы мы ни пошли, и всюду, в лице ближнего, мы должны исполнить что-либо для Самого Господа. Поэтому мы должны постоянно искать случая делать добро и всегда быть готовыми отказаться от нашей воли в пользу ближнего. Не забудем, что то же Св. Писание, которое учит нас угождать, говорит нам, чтобы мы не были «человекоугодники, но как рабы Христовы, исполняя волю Божию от души» (Еф. 6:6). Воля Божия должна управлять нашим служением людям, тогда только оно будет им истинно во благо.
6 апреля
«Пойте Господу, живущему на Сионе, возвещайте между народами дела Его» (Пс. 9:12)
На стене старинного замка – так гласит предание – висел старый, запыленный, сломанный инструмент. Употребление его никому не было известно и, несмотря на все старания, никто не мог извлечь из него ни единого звука! Однажды странник зашел в ворота замка и, увидав висящий на стене предмет, снял его со стены, стал бережно стирать с него пыль и нежною рукою поправлять порванные струны. И так долго безгласные, струны зазвучали вновь, под его рукой полились восхитительные звуки, проникающие до глубины души. То был хозяин замка, вернувшийся домой после долгого отсутствия.
Каждому понятен тайный смысл этой легенды: душа человеческая подобна этой арфе. Она разбита, запылена, безмолвна, пока до нее не дотронется рука Создателя.
Молчат ли струны вашей души? Заглохло ли всякое хваление, исчезла ли
