Аристофан - Женщины в народном собрании

А что когда земляк или приятель мой
Даст выкуп за меня?

Неправомочен он
Распоряжаться сверх медимна суммою.[50]

Спастись присягой можно?

Без виляния!

А заявить, что я купец?[51]

Наплачешься!

Так что ж мне делать?

Как велю, со мной идти.

Ведь это же насилье!

Диомедово![52]

Тогда полынь насыпь на ложе брачное,
Четыре связки лоз поставь, и траурной
Повязкой повяжись и погребальные
Кувшины вынь, водицу у дверей налей!

Тогда уж и могильный мне венок купи!

Конечно! Если только доживешь до свеч
И как щепотка пыли не рассыплешься.

Куда его ты тащишь?

Мой! С собой веду.

Бессмыслица! Тебе же не ровесник он.
Ну, как с такою старой ночевать юнцу?
Ты в матери годишься, не в любовницы.
Ведь если будете закону следовать,
Эдипами всю землю переполните.

Завидуешь ты мне, о тварь негодная!
И потому болтаешь! Отомщу тебе!

Спаситель Зевс, красотка, славен подвиг твой!
Цветочек! Ты у ведьмы отняла меня.
За эту милость нынешним же вечером
Могучим, жарким даром отплачу тебе.

Эй-эй-эй-эй! Закон нарушен, ты куда
Его волочишь? Ясно говорит закон,
Что спать сперва со мной он должен.

Горе мне!
Откуда же ты вынырнула, мерзкая,
Той гниды отвратительнее во сто крат?

Иди сюда!

Молю, не отпускай меня!
Ей утащить меня не дай.

Не я, не я,
Закон тебя волочит.

Ты – чудовище!
Пузырь, пузырь ужасный, кровью налитый!

Сюда, малютка! Не болтай! Ко мне иди!

Сперва позволь мне забежать в отхожее
И храбрости набраться, а не то напасть
Меня с тобой настигнет неминучая
От страха.

Не робей. Устроим дома все.

Страшусь, ужасней разнесет, чем хочется.
Двух за себя поставлю поручителей
Надежнейших..

Не надо!

Ты куда, куда
Уходишь с ней?

Не я иду, ведут меня!

Старушка, кто б ты ни была, будь счастлива
За то, что пожалела бедняка!

Геракл!
О братья Диоскуры![53] Корибанты![54] Пан!
Всех чудищ безобразней это чудище.
Да это что ж такое, объяснить прошу,
Мартышка, вся покрытая белилами,
Или карга, которой все пугаются?

Не смей дразнить! Со мной иди.

Иди со мной!

Тебя не отпущу я!

Не отдам и я!

Меня вы разорвете, распроклятые!

Со мною спать он должен: так велит закон.

Ничуть, когда старуха есть уродливей.

Беда, меня вконец вы изувечите!
Скажите, как дожить мне до красавицы?

Твоя забота! А пока исполни долг.

Кого же мне отстукать, чтоб свободным стать?

Кого? Иди со мною!

Та отпустит пусть!

Сюда, ступай со мною!

Если пустит та!

Не отпущу, не думай!

Не отдам и я!

Паромщицы ужасные вы обе!

Что?

Своих пловцов вы в клочья разрываете.

Молчи, иди со мною!

Нет, со мной ступай!

Закон Каннона[55] мне припоминается!
По очереди спать придется с каждою –
Ведь веслами двумя я не могу грести.

Отлично! Только луком подкрепись сперва!

Беда мне, злополучному! К дверям уже
Приволокли меня.

Не уступлю тебя!
Я в дом ворвусь с тобою.

Зевс свидетель мне,
Одна напасть не так страшна, как две беды!

Клянусь Гекатой, хочешь ли, не хочешь ли…

О, трижды жалкий! Я гнилушку старую
И ночь и день обязан прижимать к груди,
И только с ней покончу, должен взяться вновь
За эту Фрину,[56] с челюстью покойницы!
Ну, разве ж не страдалец я, не мученик?
Свидетель Зевс! Мужчина разнесчастнейший,
Сцепиться должен с этими зверюгами!
Но если суждено мне претерпеть конец
У этих шлюх, нарвавшись на подводный риф,
Пусть буду похоронен у протоков их!
Пусть эту над могилой водрузят моей
Живьем, но засмоленную! Литой свинец
Пускай привяжут к щиколоткам мерзостным,
Воздвигнут так, как кружку погребальную!

Народ свободный счастлив, и блаженна я.
Счастливей всех живущих госпожа моя.
Вы, женщины, перед дверьми стоящие,
Соседи все и земляки любезные,
Со всеми вами также я, служаночка.
Душистым маслом смазала я голову.
Но, Зевс великий, слаще и душистее,
Чем это все, кувшин вина фасосского –
Хмель от него подолгу в голове шумит,
А розы отцветают, облетают вмиг.
Вино, о боги, что его прекраснее?
Наполните кувшины! Напролет всю ночь
Пируйте, славьте благовонный дух вина!
Скажите же мне, женщины, хозяин где?
Хозяин где, супруг моей владычицы?