за здорово живешь. Вопрос в другом. В Красной Поляне нет врача именно этой специальности, и жители засыпают жалобами областные инстанции. Они надеялись на молодого специалиста и вот сейчас обмануты в своих лучших надеждах.
Вообще говоря, по количеству зайцев широкого профиля медицинский институт поставил своеобразный рекорд, Вот уже год ходит по городскому асфальту безработный венеролог Михаил Каблуков. Он целых двенадцать месяцев аккуратно получал зарплату из города Верхнеуральска, но теперь и слышать не желает об этом населенном пункте. Верхнеуральский горисполком засыпает гр-на Каблукова телеграммами с пламенными призывами одуматься, приехать к месту назначения и получить ордер на двухкомнатную квартиру. Но тщетно! Михаил и не думает покидать насиженное место, хотя здесь нет ни одной вакансии по его специальности. Верхнеуральск он осчастливил единственный раз, когда ездил выяснять запутанные денежные вопросы, В областном отделе здравоохранения долго изучали его авансовый отчет, где наряду с железнодорожными билетами были аккуратно подколоты билеты автобусные, достоинством в пять копеек. Сейчас у Каблукова на мази большое склочное дело. Он пытается по суду изъять из Верхнеуральска свою трудовую книжку и получить деньги за «вынужденный прогул».
Конечно, руководители медицинского института не остаются равнодушными к такому поведению своих выпускников. Они бьют тревогу и слезно упрашивают питомцев не позорить альма-матер. Но акушеры-гинекологи, терапевты, венерологи, без пяти минут хирурги, эпидемиологи и другие беглецы, местонахождение которых впору устанавливать при помощи всесоюзного розыска, лишь иронически улыбаются. Дипломы у них в кармане, и каждый может устраиваться по собственному желанию.
На городском асфальте оседают не только медики. Здесь можно встретить внушительное количество несостоявшихся агрономов, зоотехников, инженеров-лесоустроителей, преподавателей школ и прочих специалистов с высшим и среднетехническим образованием. Они трудятся киоскерами, продавцами магазинов, сатураторщиками, сантехниками, образуют могучие коллективы похоронных бюро, играют в эстрадных оркестрах, принимают макулатуру и порожнюю посуду. А где-то в районных глубинках, небольших городах и рабочих поселках не хватает специалистов, организаторов промышленного и сельскохозяйственного производства, просвещения, здравоохранения, культуры.
Замечали ли вы, как много мам и пап нервно хрустят пальцами возле институтов во время приемных экзаменов? Еще больше их, нервных, издерганных, с пузырьком валокордина наготове, в тревожный момент распределения молодых специалистов. Некоторые родители загодя запасаются справками о плохом состоянии здоровья кряжистых сыновей, пышущих румянцем и молодостью дочерей, о том, что те являются единственной опорой в старости и болезнях. А сколько телефонных звонков и личных визитов в областные инстанции бывает в это время! И каждый упрашивает оставить свое чадо под родительским кровом, не отправлять дальше городской черты.
А наверное, хватит уговаривать каблуковых, беленьких и прочих дезертиров с высшим образованием. У нас существует не только конституционное право на труд, но и конституционная обязанность трудиться. Людей, не выполняющих этой святой обязанности, надо лишать дипломов, взыскивать с них затраченные государством на их обучение тысячи.
Так будет справедливо!
ЗАКОЛДОВАННОЕ МЕСТО
Инфаркт случился с ним в холле гостиницы, когда администратор глухой ночью заявила, что мест не было, нет и не будет.
Выписка из истории болезни
Давайте помечтаем. Представим себе одну из гостиниц, где над входом ярко пламенеет транспарант: «Добро пожаловать! Здесь вам никогда не откажут в приюте!» Еще в дверях продрогшего уставшего путника встречает милая улыбчивая женщина в элегантном фирменном костюме, похожая на стюардессу международной авиалинии. Рядом с ней добродушно мнется швейцар Евсеич, в бороде которого запутался лунный зайчик.
Пока Евсеич распоряжается доставкой вашего багажа прямо в номер, администратор (а милая женщина — это именно она) помогает покончить с формальностями. В заключение она предлагает стакан крепкого индийского чая, поскольку ресторан закрыт. Когда вы уже легли, раздается робкий стук в дверь. Это Евсеич принес второе теплое одеяло.
— Ну и фантазия у тебя, старик! — раздраженно воскликнул мой знакомый, прочитав написанные выше строки. — Мечтание какое-то… Ты сам-то живал ли в гостиницах?
Вот так всегда. Стоит хоть на минуту замечтаться, как суровая реальность окатывает ушатом ледяной воды. И в нехорошем свете видится, например, главная гостиница Нижнеуральска «Кедр», а улыбчивая земная стюардесса и добродушный Евсеич линяют на глазах.
Будем, как говорится, честны перед самими собой. В «Кедре» (да и не только в нем) продрогшего уставшего путника никто не встречает. Больше того, его не видят в упор. Рискнувший перешагнуть порог этого заведения приезжий чувствует себя так, словно он своим настырным видом наносит хозяевам незаслуженную обиду. Ему сто раз сказано, что мест нет, а он все еще надеется на какое-то чудо, надоедая занятым людям.
Давайте попробуем ответить на такие животрепещущие вопросы: в чем истоки негостеприимства администрации и почему в гостиницах не бывает недобора, а всегда перебор?
В один из морозных дней работники милиции, разумеется, в штатском, и журналисты внимательно исследовали стиль работы администратора Н. В. Денежкиной. Нина Васильевна, как всегда, неприступно восседала за стойкой и хмуро поясняла многочисленным клиентам, что ночевать им придется, видимо, на вокзале. Улыбка возникла на ее лице после того, как паспорт протянул некий восточный человек. Неизвестный был мгновенно обласкан, словно он приходится Денежкиной блудным, но любимым сыном. Ему тут же нашелся свободный номер люкс и был предложен стакан крепкого индийского чая.
Чудесное перевоплощение администратора объяснялось весьма прозаически: в паспорт была аккуратно вложена хрустящая ассигнация.
Далее события разворачивались таким образом. Работники милиции в присутствии журналистов обследовали служебный стол Нины Васильевны. В нем лежало несколько кошельков с порядочной суммой денег. Пояснить, сколько в кошельках рублей и откуда они взялись, Денежкина не смогла.
Затем последовали еще более неожиданные открытия. В гостинице оказались свободными места, способные, наверное, вместить не только мающихся в вестибюле приезжих, но и часть населения прилегающего района Нижнеуральска. Недогадливые гости не предложили хмурой Денежкиной взятку и по этой своей недогадливости ночевали на вокзале.
Участники рейда посетили и квартиру Нины Васильевны (с санкции прокурора, конечно). В ходе осмотра в разных местах были найдены ворохом сложенные купюры достоинством в сто, двадцать пять и пять рублей. Сколько их было всего, рассеянная Денежкина не могла вспомнить. В холодильнике, шкафу, шифоньере громоздились мясные консервы, банки с икрой и прочие деликатесы, способные прокормить осажденное войско. Весьма зажиточно живет администратор, получая около ста рублей зарплаты!
Происшествие в «Кедре» если и несколько расстроило администрацию, то отнюдь ее не удивило. В беседе с нашим корреспондентом представитель дирекции меланхолически заметил:
— За Денежкиной и раньше водились кое-какие грешки, когда она работала кассиром. Неудивительно, что после назначения ее на должность администратора случился такой казус.
Улавливаете хромающую логику? Нечестного человека не
