шипящий свист, доносящийся издалека; пронзительный свист, который, казалось, эхом отдавался в его мозгу.
Существо быстро поднялось. Длинными, прыгающими шагами оно бросилось к обочине дороги. Приподнявшись на локте, Брюс Дункан увидел, как странное чудовище исчезло в окружающем лесу.
Глава 20. ИСКРИВЛЕННЫЕ ГУБЫ
Кто-то помог Брюсу Дункану подняться на ноги. Это был тот самый человек, который боролся с существом, когда подъехало купе.
Гарри Винсент с ошеломленным выражением лица сидел на дороге и потирал затылок.
Мужчина, помогавший Дункану, оказался фермером. Его лицо было белым от недавних переживаний.
— Извини, что не смог прийти быстрее, друг, — сказал он. — Вы, джентльмены, помогли мне. Я был почти готов. Я как раз собирался помочь вам, когда тварь убежала. Я хотел ударить его вот этим.
Он показал большой камень в правой руке.
— Давайте поймаем его! — воскликнул Брюс.
Он вскочил на ноги и бросился к машине. Он вернулся с двумя гаечными ключами и рукояткой домкрата. Он передал гаечный ключ фермеру. Гарри, уже пришедший в себя, принял второй. Взмахнув рукояткой домкрата, Брюс начал продираться сквозь заросли, а остальные последовали за ним.
Существо проложило колею через кусты. Они без труда проследили за ней и вышли на тропинку. Бежавшие по ней, удаляясь от дороги, трое мужчин продолжили преследование.
Через несколько сотен ярдов они вышли на поляну. Там стоял небольшой домик — одноэтажное строение, не больше хижины. С грубого крыльца за ними наблюдал мужчина. Он держал в одной руке дробовик и пристально смотрел на приближающуюся группу.
Брюс Дункан остановился перед ним. Мужчина был одет в походную одежду, но не выглядел лесником. Напротив, он выглядел как кто-то из горожан. Его лицо было довольно жестким, и он не выглядел дружелюбным.
— Ну? — спросил мужчина, словно требуя объяснений.
— Вы видели дикого человека? — спросил Винсент, присоединяясь к Брюсу Дункану. — Это лучший способ описать парня, за которым мы охотимся.
— Вы сами выглядите довольно дико, — заметил мужчина хрипловатым голосом. — Вы находитесь на частной территории. Что за идея прийти сюда таким образом?
— Это дикий человек, — сердито объяснил Дункан. — Он пришел сюда. Вы должны были его видеть.
Человек на крыльце выпятил вперед подбородок.
— Вы говорите мне, что я видел? — спросил он многозначительным голосом. — Послушайте, молодой человек. Вы нарушитель. Понятно? Пошли прочь, пока я вас не застрелил.
Он угрожающе поднял дробовик.
Фермер вмешался.
— Забудь про дробовик, парень, — сказал он. — Это не твоя собственность. Я живу здесь. Я знаю.
— Я его арендую, — заявил человек на крыльце.
— У кого? Держу пари, что ты сидишь здесь самовольно. Это собственность Сета Уилкинсона. Сет — мой друг. Живет в Харрисбурге. Если тебе не нужны нарушители, где твое предупреждение?
— Вон на том дереве.
— Это знак Сета Уилкинсона. Не твой. Более того, в этих краях больше не используют дробовик. Если хочешь, чтобы суд присяжных с двенадцатью людьми против тебя прошел быстро, просто пристрели одного из нас. У тебя всего два ствола. Ты не сможешь попасть во всех трех.
Он взмахнул гаечным ключом, делая короткие круги.
— Смотрите! — воскликнул Гарри. — Видите? В окне!
Они повернулись к окну хижины, но ничего не увидели.
— Его нет, — утверждал Гарри. — Это тот человек, который был на дороге. Он там, в доме. Он чуть не убил меня. Я иду за ним.
— Подождите минутку. Мужчина на крыльце заговорил. — Похоже, я ошибся с вами, парни. У меня тут дикий человек, ребята. Но он не дикий человек. Он просто странный. Он доставил вам неприятности?
— Конечно, доставил, — воскликнул фермер. — Он выпрыгнул из кустов и приземлился на меня на дороге. Эти джентльмены приехали на своей машине как раз вовремя, чтобы спасти меня.
— Это уже другое дело. Человек на крыльце отложил дробовик в сторону. — Позвольте мне объяснить, в чем дело. Этот человек у меня полудурок. Он силен, но в обычном смысле этого слова мягкий. Я за него отвечаю. Я знаю, как с ним обращаться, а в обычном состоянии он как ребенок. Я привез его сюда, потому что мы решили, что если его на некоторое время оставить в одиночестве, он исправится.
— Я очень сожалею о случившемся, — спокойно продолжил мужчина. — Я действительно это имею в виду. Я могу пообещать вам, что это больше не повторится. Я был в неведении относительно того, что произошло на самом деле. Это ценный урок для меня.
Мысли Брюса Дункана работали быстро. Рассказ мужчины был хорош и правдоподобен. Было очевидно, что его обезьяноподобный подопечный сбежал случайно. Кроме того, существовало еще больше причин, чем та, которую он объяснил, чтобы заставить его желать держать зверя под контролем.
Дункан знал, что человек-обезьяна по крайней мере однажды использовался в преступных целях. Они с Винсентом нашли искомый ключ к разгадке — то, что связывало настоящее с тем первым событием месячной давности.
Человек на крыльце не мог узнать Дункана. Ведь это был человек-обезьяна, который вошел в его комнату, и Брюс сомневался, что у этого существа хватит ума сказать своему хозяину, кто такой Брюс Дункан.
Брюс взглянул на Гарри. Он понял, что его друг еще не осознал значения их открытия.
Лучшим планом было уйти и вернуться в город. По дороге он мог бы все рассказать Винсенту.
Они были близки к искомой улике. Но кто был тот человек на крыльце? Был ли он просто малозначимым человеком, который держал под контролем обезьяноподобное существо? Или же именно он стоял за чередой преступлений?
Именно это недоумение заставило Брюса Дункана не отрывать взгляда от человека после того, как двое его спутников свернули на тропинку. Незнакомец сердечно попрощался с ними, поблагодарив за то, что они сообщили ему о нападении, совершенном его подопечным.
Помахав на прощание рукой, мужчина дружелюбно рассмеялся. Когда Гарри и фермер отвернулись, его губы сомкнулись.
На его лице появилась странная, необычная улыбка.
С одной стороны его губы как бы выгибались вверх, с другой — поворачивались вниз. Это придавало его рту искаженное выражение — такое, которое зритель не скоро забудет.
Брюс Дункан повернулся и поспешил за своими спутниками. Он с трудом сдерживал свое ликование.
Ведь улыбка выдала личность человека, жившего в хижине. Описать эту улыбку можно было только одним способом. У того, кто ее
