Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 237
– Вот и делай после этого людя́м доброе дело. Правильно наш смотрящий говорил: «Не делай добра – не получишь зла». Ну, тады прощевай, тетка! – Левша поднялся и, напевая под нос «письмецо в конверте погоди, не рви», лениво направился на выход. Однако задержался возле одной из фотографий. – Твоя девка? Та самая? Хороша! – Одобрение прозвучало недобро, даже зловеще. – Ты, тетка, следи за ней лучше. Щас время такое – по улицам всякие ходют. Опять же соседи…
…Калугина бросилась к двери, неслушающимися пальцами щелкнула замком. Замок был из разряда тех, о котором незваный гость высказался: «Кому надо – того не остановит». Людмилу Петровну буквально колотило от страха. Вперившись потерянным взглядом в брошенный на пол конверт, она какое-то время раздумывала, колеблясь. Но затем опустилась на корточки, вынула две половинки разорванного листа, сложила вместе и близоруко вчиталась.
Изученный текст добил ее окончательно: на смену страху пришла самая настоящая паника. Не с первого раза справившись со шпингалетом рамы, Калугина дернула на себя створку окна и, перевесившись, глянула вниз. Гость «оттуда» успел добрести до детской площадки и теперь, притормозив, закуривал.
– Мужчина, подождите!
Левша повернул голову и зыркнул на женщину делано вопросительно. Так, словно бы заранее знал: не даст ему хозяйка уйти несолоно хлебавши. Обязательно захочет расспросить, узнать подробности из первых рук.
– Подождите, я сейчас спущусь!
Как была, в домашнем халате и тапочках на босу ногу, Людмила Петровна выскочила из подъезда и бросилась к затормозившему гонцу…
– …Чего сказать забыла, тетка?
– Скажите, а разве Маркелов… Он что… скоро освобождается?
– За бесплатными справками обращайтесь в Информационный центр ГУВД.
– Вот, пожалуйста, возьмите, – Калугина протянула тысячную купюру.
– Дней через десять здесь будет. Если на радостях не забухает, конечно, – кивнул Левша, пряча деньги. – Так что можете начинать готовиться к встрече.
Людмила Петровна посмотрела растерянно:
– Но ведь он… Он должен был сидеть еще минимум три года?!
– На УДО выходит. За примерное поведение и активное пассивное участие в жизни коллектива петушатника.
– Какого петушатника? – не поняла Калугина.
– Того самого! – заржал Левша. – А как ты хотела, тетка? С той статьей, которую вы ему по-соседски обеспечили, у него других вариантов не было. Уж такое он вам за эти годы спасибо готовил!.. Я потому тебе и балаболю: за девкой приглядывай. Да и сама стерегись-опасайся. Потому как, – гонец окинул женщину блудливым взглядом: стара была тетка и, на его вкус, страшна как смерть. Но для недавно откинувшегося сидельца и такая – королевна. – Потому как зуб большой у Маркелыча на твое семейство имеется. И не только зуб… Ну всё, прощевай. За бабки спасибо. Встану на ноги – верну. – Левша выплюнул сигарету и отправился восвояси.
Пройдя с десяток метров, он вдруг обернулся и, улыбнувшись желтыми зубами, хохотнул:
– А я ведь тебе говорил, тетка! Письмецо в концерте погоди, не рви…
* * *
Любой оператор сотовой связи во всем мире, а Россия с некоторых пор вполне официально является составной его частью[25], подчиняется правилам, установленным СОРМом – системой оперативно-розыскных мероприятий. Именно СОРМ предусматривает, что любая интересующая силовые ведомства информация перекачивается с компьютеров сотовой связи в компьютеры специальных технических служб этих ведомств. Как именно устроен сам процесс перекачки – нам знать нужды нет. Здоровее будем. Иное дело, что с некоторых пор даже сами сотрудники правоохранительных органов не могут, руководствуясь одним лишь своим усмотрением, явиться в свои технические подразделения и «зачерпнуть» информацию. Потому как на всё отныне есть соответствующая процедура. Со временем она менялась и усложнялась, формально всё больше и больше защищая наши с вами права и интересы. Процедура эта упирается в надлежаще оформленное постановление суда, получить которое можно лишь путем многочисленных согласований и подписаний. А это всегда, минимум, хлопотно, максимум – нереально. Однако любой иной алгоритм является незаконным, и полученные подобным способом результаты в дальнейшем не принимаются ни следствием, ни судом. Но вот в качестве «информации для размышления» вполне себе сойдет и так, без подписе́й. Главное, иметь возможность присосаться к живительному источнику, беспрекословно штампующему интересующие тебя биллинги.
В этом смысле Мешечко свезло необычайно, так как неформальный (это важно!) доступ к подобному источнику у него был. Был в лице старшего оперуполномоченного УСТМ, капитана милиции Гены Певзнера. В кабинет к которому Мешок двадцать минут назад и зарулил. И от которого он, со скорбно-виноватым выражением лица, сейчас стоически огребал по полной. Огребал за абсолютно неджентльменское, по мнению Певзнера, поведение. Типа, «правильные пацаны так не поступают».
– …Короче, свинья ты, Мешок! Сам свинья, так еще и мне свинью подложил!
Певзнер, выдохшись, оборвал гневную тираду и принял горделивую позу оскорбленной добродетели.
– Если ты полагаешь, Геночка, что последним сравнением меня обидел, то глубоко ошибаешься, – взялся в ответ рассуждать Мешечко. – Это у вас, у иудеев, свинья – нечистое, вредное животное. А вот в Древнем Египте хрюшки проходили по разряду священных животных. Они являли собой символ ума, отваги, а также достатка и благополучия, поэтому в могилы к фараонам в обязательном порядке клали фигурки свинок, украшенные драгоценными камнями. А свинопасы, так те вообще считались избранными людьми, наделенными тайными сакральными знаниями об окружающим мире.
– Я, Андрюшенька, тоже наделен одним сакральным знанием. Знанием, что если начальство прочухает, что я в частном порядке поимел биллинги соединений господина Домингеса, то меня тоже положат в какую-нибудь могилку. Вот только украшенного отнюдь не драгоценными камнями.
– Брось! Подумаешь, какой-то опер из СКП. Тоже мне, птица высокого помета.
– Во-первых, не просто опер, а сотрудник отдела по расследованию преступлений экономической и коррупционной направленности! – взорвался Певзнер. – А во-вторых, ты представляешь себе его уровень, если, к примеру, вчера на трубку этому простому, как ты выражаешься, оперу звонили с телефона, установленного в Москве, в аппарате Совфеда?!
В глазах у Мешечко блеснули искорки нездорового азарта:
– А чего ж ты молчал до сих пор? Слушай, дружище, а нельзя ли попробовать установить поконкретнее: в чьем именно кабинете аппарат сей установлен?
– Бли-и-и-ин! – в отчаянии схватился за голову Певзнер. – Я ему про Фому, а он мне за Ерему! Пойми, Мешок ты с дурнопахнущим содержимым. Меня в данной ситуации бесит даже не то, что этот перец твой в СКП подвизается. Хрен-то с ними. Действительно, невелика заслуга. Но я ненавижу, когда меня используют втемную, понимаешь?!! Ты что, не мог мне сразу сказать «ху есть ху»? Чтобы, прежде чем совать пальцы в розетку, я хотя бы в общих чертах представлял примерный уровень напряжения в сети?!!!
– Ну извини. Вот здесь ты абсолютно, стопроцентно прав, крыть нечем, – под давлением неоспоримого вынужден был признать Андрей. – Сам не знаю, как так получилось. Бес попутал. Но клятвенно заверяю: я уже встал ногами на путь исправления. Причем обеими ногами.
– Маму твою бес попутал! – огрызнулся Певзнер. – Всё! Уйди с глаз!
– Ухожу, – примирительно сказал Мешечко и в самом деле направился к двери. – Но, Геночка, солнце мое, ты ведь мне к послезавтрашнему сделаешь, правда?
– Уйди, я сказал!!!!
– Понял. Меня уже нет.
Мешечко с достоинством ретировался, будучи полностью удовлетворен состоявшейся беседой. Теперь, когда он в общих чертах ввел Генку в курс дела, Андрей был уверен, что Певзнер расшибется, но сделает. И сделает именно к «послезавтрашнему». Ну а то что «милые бранятся», так это «чтоб не вешаться»…
Парголово,
11 августа 2009 года,
вторник, 20:50 мск
В супружеской спальне горел мягкий приглушенный свет. Беззвучно работал телевизор, настроенный на канал «Анимал Планет», и немая картинка делала сюжет про вкрадчиво крадущихся по саванне львов еще более вкрадчивым. Анечка лежала на полуразобранной постели, левой рукой легонько покачивая детскую кроватку, и, в соответствии с изображением, напевала засыпающему сынишке песню про львенка и черепаху. В этой умиротворенной обстановке сигнал мобильника прозвучал по-хамски оглушающе. Анечка сердито бросилась к телефону, коря себя за то, что перед укладыванием малыша забыла переключить трубку на вибровызов:
Ознакомительная версия. Доступно 36 страниц из 237
