class="p1">Мириам следом за ним вошла в спальню. Он сел на постель и уставился на свои руки. Кевин попытался стянуть золотое кольцо, но палец так распух, что снять кольцо можно было, только отрезав мизинец.
— Кевин, что ты говоришь? Ты же видел, в каком она состоянии.
— Они все лгут. Они знают, что она кое-что мне сказала. Сиделка им рассказала.
Мириам покачала головой.
— Ты странно ведешь себя, Кевин. И это меня пугает.
— Неудивительно. — Кевин поднялся и сбросил халат. — Не думаю, что ты поймешь мои слова. Мириам. У меня есть кое-какие мысли, и я проверю их завтра. А пока давай просто спать.
— Отличная идея, — обрадовалась она и быстро погасила свет.
На следующее утро Кевин позвонил в офис и сказал Диане, что не придет.
— Нужно денек отдохнуть, — пояснил он.
— Прекрасно понимаю. Мистера Милтона сегодня тоже не будет. Как ужасно то, что случилось с женой мистера Сколфилда!
— Вы уже слышали?
— Да, нам позвонил мистер Маккарти. Впрочем, может быть, это к лучшему. В больнице ей помогут.
— Разумеется, помогут, — сказал Кевин, полагая, что Диана не поймет его сарказма.
Он надел пальто, но Мириам не спросила, куда он идет, а сам он рассказывать не стал. Впрочем, ее это совершенно не интересовало. Он уже выходил, когда Мириам позвонили Норма и Джин, и они втроем стали строить планы развлечений.
— Ведь вчера случилась такая неприятность, — услышал он слова Мириам.
— Вижу, сочувствие вас так и переполняет, — едко заметил Кевин, когда она повесила трубку.
— Но мы же ничего не можем сделать, Кев. Бельвью — не то место, куда приходят навещать больных. Не думаю, что имеет смысл посылать ей цветы или конфеты.
— Никакого смысла. — Кевин заметил на левой икре Мириам еще один синяк. — У тебя новый синяк…
— Что? — Она опустила глаза и хохотнула. — А, да…
— Тебя это не беспокоит? Говорю тебе, это может быть признаком болезни…
Она посмотрела на него и улыбнулась.
— Кевин, не делай из мухи слона. Это пустяки. Такое случалось и раньше, особенно перед критическими днями.
— У тебя эти дни? — быстро спросил он.
— Заканчиваются. — Глаза Мириам проказливо блеснули, но Кевин не улыбнулся в ответ.
— Я позвоню тебе позже, — сказал он и вышел.
На лифте он спустился в гараж, сел в свою машину и выехал. Он собирался поговорить с Беверли Морган.
Стоял морозный зимний день. На темно-синем небе облака застыли, словно примерзли. Доругой Кевин обдумывал события последних нескольких месяцев и все то, что так его беспокоило. Он понимал, что сознательно не обращал на это внимания, но сейчас хотел быть честным с собой.
Откуда Джон Милтон так много узнал о нем и Мириам еще до их знакомства? Откуда он столько знал о деле Лоис Уилсон? Почему все так идеально безупречно? В шикарной бесплатной квартире обнаружился даже спинет и многое из того, что Мириам всегда хотела. Было ли это простой удачей или чем-то иным? Может быть, у него начинается паранойя? Или Мириам права? Может быть, он чересчур остро реагирует на обычный бред сумасшедшей и подавленной женщины? Наверное, он просто слишком много работал. Конечно, всему есть логическое объяснение. Беверли Морган не поддалась на его намеки, потому что он показался ей очень молодым. Но в таком случае она и сейчас не будет с ним разговаривать.
Кевин остановился перед маленьким домиком в Миддлтауне. Свет в доме не горел, и шторы были задернуты. Маленький десятилетний чернокожий мальчик с подозрением смотрел на него с крыльца своего дома. Кевин вышел из машины и подошел к двери дома сестры Беверли Морган. Он постучал и стал ждать. Стук эхом отдался в доме, но никто не открыл. Он постучал еще раз, потом попытался заглянуть в окно.
— Их нет, — сказал мальчик. — Их увезла «Скорая помощь».
— «Скорая»? — Кевин быстро обернулся к мальчику. Тот, напуганный его резким движением, отступил. — Что случилось с миссис Морган?
— Она напилась и упала с лестницы, — сказал мальчик и принялся катать металлическую машинку по ободранным перилам.
— Понимаю. Значит, ее повезли в больницу?
— Да. И моя мама тоже с ними поехала. Она повезла Шерил.
— А в какую больницу они поехали?
Мальчик пожал плечами.
— Наверное, здесь только одна больница, — вслух подумал Кевин.
Он бросился к машине и поехал прочь. На первом перекрестке он увидел указатель на мемориальную больницу Хортона и направился туда как можно быстрее.
Добродушная пожилая женщина в розовой форме, сидевшая на стойке информации, ничего не знала о Беверли Морган.
— Возможно, она еще в приемном покое, — предложила она единственно возможный вариант, объяснила, как туда дойти, и Кевин побежал по длинным, широким переходам.
Количество людей его поразило. Большой город или маленький — приемные покои больниц везде одинаковы. Сестры сновали между смотровыми. Замученный интерн изучал историю болезни, а медсестра перечисляла симптомы очередного пациента. На Кевина никто не обращал внимания. Он заметил двух чернокожих женщин, стоявших возле одной из смотровых, и направился к ним.
— Извините…
Они с подозрением уставились на него.
— Беверли Морган здесь?
— Понятное дело… А вы кто такой?
— Я Кевин Тейлор, адвокат. Я защищал Стэнли Ротберга.
— Ну и чего же вы хотите от моей сестры сейчас? Она же все сказала в суде, разве нет?
— С ней все в порядке? — спросил Кевин с улыбкой.
— Она выживет, — хмыкнула сестра. — Но ей придется забыть о своих привычках, если она хочет и дальше жить в моем доме.
— Уверен. — Кевин кивнул и посмотрел на другую женщину, которая смотрела на него, как на полного идиота. — Как вы думаете, я смогу с ней поговорить пару минут?
— Мы уже целую вечность ждем, когда ее переведут в палату, так что полагаю, сможете, — ответила сестра Беверли. — Впрочем, она еще не протрезвела.
Кевин не стал ждать и направился прямо в смотровую.
Беверли Морган лежала на каталке, накрытая тонким белым одеялом. Голова у нее была забинтована, справа на бинтах проступила кровь. Она смотрела в потолок. Сестра и соседка вошли следом за ним и остановились в дверях. Кевин медленно подошел к Беверли.
— Беверли? Как вы себя чувствуете?
Беверли моргнула, но головы не повернула.
— Я — Кевин Тейлор. Мне нужно с вами поговорить, хотя процесс уже закончился. Беверли?
Женщина слегка повернула голову.
— Она слишком пьяна, мистер. Она вас не слышит. Она вряд ли понимает, где находится. Полетела с лестницы кубарем. Я
