и просто успокоиться. «Вы сейчас не в Бостоне», – сказали ей.
Она, несомненно, нажила врагов, когда начала задавать вопросы причастным к делу сотрудникам полиции. Она подозревала, что легкость, с которой ей разрешили уехать и занять эту временную должность в Дублине, была следствием недовольства, несмотря на официальную версию о конфликте с экспертом-свидетелем. Однако полиция должна была ответить за свою работу по делу Дженни.
Терри не хотела брать дело в свои руки.
Ей не оставили выбора. В конце концов они и ее выжили.
Терри не хотела возвращаться в офис и попросила таксиста отвезти ее на Нортумберленд-роуд. Она собиралась предупредить всех в офисе, что будет заниматься бумажной работой дома. Сердце учащенно билось, а мысли роились в голове. Придя домой, Терри прислонилась к кухонным шкафчикам, ожидая, когда закипит чайник. Она старалась вдыхать и выдыхать как можно медленнее и ровнее. Заварив чашку чая и сделав глоток, она заставила себя успокоиться и решила позвонить отцу. Только он ее понимал.
Как только Терри услышала его голос, она дала волю эмоциям. Она излила на него расстройство по поводу Бойда, хода расследования и того факта, что Синнот знал о Дженни. Рассказала о том, каким ужасным образом он упомянул ее имя в разговоре.
– Терри, ты должна это прекратить. Любой хороший детектив навел бы справки о твоем прошлом, а у полиции много контактов в разных странах. Ты сама знаешь, есть те, кто воспользуется этой возможностью. Не позволяй тому факту, что они знают о смерти твоей сестры, изменить свое отношение. Придерживайся фактов и не выходи за рамки своей работы.
Терри была далека от того, чтобы успокоиться:
– Раньше ты не стеснялся говорить своим товарищам, расследовавшим убийство Дженни, что они ее подвели и должны были работать лучше. Но, как только я начала задавать вопросы, ты посоветовал мне не высовываться и оставить все как есть. Ты даже не можешь заставить себя сказать, что Дженни убили.
– Потому что это ничего не меняет, – сказал он голосом, полным печали. – Не каждое дело можно раскрыть, и универсального ответа на все вопросы не существует. Перестань, Терри. Ты наверняка уже убедилась в этом на собственном опыте. Со временем я понял, что ребята делали все возможное с имеющимися у них доказательствами и мое самоуничтожение не могло ее вернуть. И, если ты сейчас все потеряешь, ты тоже ее не вернешь.
Терри замолчала. На заднем плане раздавалось бормотание радио. Наконец отец тихо сказал:
– Я просто волнуюсь за тебя, милая. Ты столько пережила и совсем недавно начала приходить в себя. Не рискуй тем, что у тебя есть.
Не успела Терри завершить разговор с отцом, как ее телефон снова зазвонил – это была Мишель.
– Как дела? – поинтересовалась она.
Терри тяжело села за стол:
– Ну, у меня был паршивый день.
Она рассказала ей все. Мишель, как обычно, была очень отзывчива:
– Что ж, я не удивлена, что Бойд поддерживает Синнота – эти двое неразлучны. Но Фрейзер, на мой взгляд, не зависит от их мнения. Может быть, у них действительно есть что-то на Кливера?
Она заверила Терри, что все, конечно же, не могут знать о Дженни и о том, что произошло в Глазго, когда она пыталась добиться возобновления дела. Мишель слышала обо всем, что происходило в их небольшом сообществе правоохранительных органов от Ниам из отдела гистопатологии, которая была источником всех сплетен в ирландской полиции, и пока она ничего не говорила на эту тему.
Они договорились встретиться в ближайшее время, и, завершив разговор, Терри налила себе бокал прохладного вина. Она вспомнила снисходительные ответы Синнота, его слова о ее «опасениях» и то, как быстро он дал ей понять, что знает о ее прошлом. Осознанно ли он подгонял доказательства под их теорию, даже если это означало осуждение невиновного и позволение настоящему убийце быть на свободе?
Почему Бойд был так раздражен просьбой Рейчел дать интервью?
Терри не собиралась позволять им запугивать себя. Ей уже надоели мужчины, намекавшие, что они знают лучше, а ее чутье ошибочно. Ее рекомендовали на эту должность, и она собиралась сделать все, что в ее силах.
Терри медленно расправила плечи, снимая напряжение. Что такого узнала Рейчел Рис об убийстве Маккарти, что это напугало Бойда?
И как Терри теперь могла залезть к ней в голову?
16
Когда Терри пришла на работу на следующий день, на кухне кипела активность. Группа ее коллег собралась вокруг телевизора в комнате отдыха: Ниам, лаборантка отдела гистопатологии и заядлая сплетница; Винни, прислонившийся к столешнице с капучино в руке и не отрывающий глаз от экрана; Томас, чья копна темных волос была еще более взъерошенной, чем обычно; и миссис Кэри, изящно потягивающая чай из чашки. Лора смотрела в телефон, похоже, не обращая внимания на остальных. Никто не заметил, как Терри проскользнула внутрь. Они были настолько поглощены экраном на правой стене, что пачки печенья на столе остались практически нетронутыми. Заваривая кофе, Терри перевела взгляд с группы на телевизор. На экране сияло улыбающееся лицо Рейчел Рис.
Терри молча стояла, завороженная, как и все остальные. Внизу экрана была надпись: «Убийство Рейчел Рис. Мужчину доставили на допрос». Похоже, Синнот не терял времени даром.
Камера переключилась на обдуваемого ветром репортера, стоящего перед их участком полиции. «Полиция подтвердила, что мужчина был доставлен на допрос по делу об убийстве Рейчел Рис, – сказал он. – Рейчел Рис была отмеченной наградами ведущей подкаста о преступлениях. Она пропала около месяца назад, и ее останки нашли на территории поместья Фармлейх в дублинском Феникс-парке четыре дня назад. Старший инспектор Джон Фрейзер, главный следователь по этому делу, просит всех, кто располагает какой-либо информацией, связаться с полицией».
Когда начался новый новостной сюжет и на экране появился какой-то хорошо одетый банкир, члены команды начали переговариваться. Терри приложила все усилия, чтобы выскользнуть незамеченной, но ее засекли орлиные глаза Ниам, и та практически подбежала к ней:
– Ходят слухи, что Фрэнк Кливер – главный подозреваемый. Этого ублюдка нужно повесить, выпотрошить и четвертовать, а затем отрезать ему пенис!
При упоминании Кливера Лора подняла взгляд.
– Я ничего не говорила, Терри, – тут же оправдалась она.
– Я так и не думала. Полагаю, ты в полной мере осознаешь понятие конфиденциальности, в отличие от некоторых, – она сердито посмотрела на Винни. – Неумение держать язык за зубами и все такое.
После этого она снова обратила свое внимание на лаборантку:
– Господи, Ниам, это слишком даже для тебя. И его еще даже не осудили.
– Ну, если кто-то и виновен, то это он.
– Перестань.
