Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 53
Неужели нельзя было отменить свадьбу за час до церемонии? Накануне, за неделю? А если уж назвалась груздем, полезай в кузов, в конце концов, могла бы развестись через пару месяцев, – сердито размышляла Вероника, – нет, Сэм не так проста и безобидна, а потому она просто обязана вывести голубушку на чистую воду.
Для начала Вероника нанесла визит в звукозаписывающую компанию. И там, представившись старой подругой Сэм, проведшей некоторое время за границей, спросила, когда та появится на работе. В ответ, как и ожидалось, ей сообщили о том, что Сэм вышла замуж и уволилась.
– Да что вы! Наконец-то они с Тимом поженились! – радостно воскликнула Вероника. Тимом звали бывшего жениха Сэм.
– Ничего подобного, – поджав губки, заявила девица на ресепшене, с которой беседовала коварная сыщица. – Она выскочила за старого герцога Апон-Тайна, между прочим, ему уже под семьдесят! – Глаза барышни от возмущения происшедшим полезли на лоб. – Зато денег куры не клюют, живет теперь в настоящем дворце.
Девица Саманту явно не одобряла, а точнее, смертельно ей завидовала.
– Надо же. Значит, они с Тимом расстались, – покачала головой Ника.
– Расстались? Да она бросила его прямо на свадебной церемонии! – радостно сообщила девица с экзотическим именем Алабама на бейджике, не упуская возможности наговорить гадостей о «дорогой подруге».
– Надеюсь, он уже оправился от удара и начал с кем-то встречаться? – рассеянно проговорила Ника. Кажется, девица была неплохо осведомлена о делах этой парочки.
– Какое там! Так и сохнет по ней. А что еще хуже, герцог с ним познакомился, и теперь они вроде как дружат втроем.
– Это как? – решила уточнить Вероника.
– Они регулярно встречаются с беднягой и всячески демонстрируют ему свою семейную идиллию, – осуждающе проговорила Алабама, найдя в Веронике сочувствующего слушателя.
– Как жаль… Бедный Тим! Я хотела бы встретиться с ним, как-то поддержать его. Но не представляю, как его найти. К Сэм с этим вопросом обращаться как-то неловко. Да и ее теперешнего телефона я тоже не знаю.
– Да что проще? Он, как и раньше, обедает в пабе за углом. Раньше они там с Сэм встречались во время перерыва, а теперь он там перекусывает один или с приятелями, – пожав плечами, объяснила девица.
На такую удачу Ника даже не рассчитывала. Она распрощалась с барышней и отправилась занимать пост в «Барашке и флаге», так назывался нужный ей паб.
И снова удача улыбнулась Веронике. Пока она сидела за стойкой в ожидании Тима, бармен, молодой симпатичный парень лет двадцати семи – тридцати, разговорился с ней, и оказалось, что он неплохо знает и Тима, и Саманту.
Спустя час Вероника выходила из паба с мрачной самодовольной улыбкой на устах.
Позвонив отчиму, она заскочила в Дарем, притормозила возле площади, и едва Василий прыгнул на заднее сиденье машины, дала по газам.
– Уф. Спасибо, что выручила! – пропыхтел горемычный олигарх, вытирая пот. – Я думал, они меня до смерти заездят!
– Узнал что-нибудь? – сдержанно спросила Ника, сгорая от желания поделиться собственными успехами.
– Нет, – буркнул Василий. – Кроме того, что, узнай местное общество о том, что Виктория была забулдыгой с темным прошлым, они бы ее распяли, а всю эту благотворительную контору похоронили под фанфары. А у тебя что?
– Да так, – притворно спокойным голосом ответила Вероника. – Узнала, что Сэм до сих пор встречается с Тимом с полного благословения Ника. «Просто как друзья». Но девица в студии и бармен рассказали, что парочка частенько обедает вместе, постоянно перезванивается, у них явно есть какие-то общие делишки и секреты. И у Тома за последний год так и не появилось девушки, он даже не пытался с кем-то встречаться! В баре работает весьма симпатичная особа, которая явно не прочь закрутить с ним роман, я ее видела. Симпатичнее Саманты раз в пять, так он на нее даже не глядит!
– Хм. Надо позвонить матери и все ей рассказать. Кстати, ты выяснила, умеет Саманта стрелять?
– Не все сразу! Я же не Гарри Поттер, маховиком времени не располагаю. Сегодня же решу и этот вопрос. А что касается алиби на момент убийства, так Сэм сидела одна-одинешенька в студии и вклеивала газетные вырезки в альбом.
– Это еще зачем?
– Рецензии на выступления группы Ника и его последние композиции. Что-то в этом роде. Никто ее там не видел, а выскользнуть из студии и снова вернуться туда – как нечего делать!
– Где ты это все узнала? – завистливо спросил Василий.
– У Саманты, естественно. Прикинулась дурочкой и все выяснила. Мы же с ней подруги! – самодовольно проговорила Ника.
Василий приуныл, результаты его усилий были гораздо скромнее.
Дозвонившись наконец до Юли, они отчитались о проделанной работе и поспешили в Гарт.
К обеду Василий явился сильно не в духе. Утро прошло просто ужасно. Сегодня за завтраком он свалял такого дурака! Вероятно, сказалось вчерашнее общение с супругой. Говорят, безумие бывает заразительным.
Не увидев утром за столом Стива Янга и не имея возможности получить от него нужной информации, он неожиданно для себя навязался добровольным помощником в устроительстве благотворительного базара. И это только потому, что Адам изъявил желание выручить жену, заменив дезертировавшую в последний момент Саманту. Та, надо сказать, оказалась далеко не дурой.
Когда Саманта, стыдливо опустив глаза, робко отказалась от участия, точеные брови Виктории возмущенно поползли вверх. Это являлось свидетельством крайней степени возмущения. Виктория никогда не повышала голоса, всегда была подчеркнуто корректна, и вообще само ее присутствие действовало на людей облагораживающе. Стоило ей появиться в столовой, как все тут же выпрямляли спины и убирали локти со стола. Вульгарные темы закрывались, голоса становились тихими, а манеры изъясняться – благопристойными.
Все и всегда соглашались с Викторией, потому что она всегда бывала права, хотя и редко высказывала свое мнение. Адам перед супругой благоговел, Джон мать уважал, Саманта перед ней трепетала, Василий побаивался, и лишь Ник воспринимал ее с обычной своей вселенской любовью, как обычного человека. Было в нем что-то героическое. И Василий, наблюдая за ней в это утро, начал уже сомневаться в правдивости предоставленной ему Стивом информации. Меньше всего Виктория походила на бывшую алкоголичку.
Когда Сэм отказалась от участия в благотворительном деле, Адам сжалился над «мачехой», втянувшей голову в худенькие плечики и похожей сейчас на маленького нахохлившегося воробышка, и вызвался занять ее место в строю.
Василий, взглянув на потенциальных преступников, решил, что день, проведенный в обществе супругов, поможет ему сблизиться с ними, а возможно, и втереться в доверие к мягкотелому интеллигентному Адаму. Виктория представлялась Ползунову слишком крепким орешком, такую не расколешь даже под пытками. Наивный Василий полагал, что совместный необременительный труд на благо общества представит ему достаточно возможностей ненавязчиво расспросить Адама о возможном конфликте с Шарлоттой. Может, удастся раздобыть стоящие сведения. Юлька была бы счастлива.
Но из его затеи ничего хорошего не вышло. Виктория, прибыв на место боевых действий, тут же направилась в штаб, окруженная толпой ординарцев. Местные дамы в возрасте от пятидесяти до семидесяти лет, пылающие страстью к благотворительности, с такими же решительными, как у Виктории, лицами, прямыми спинами и неукротимым огнем в глазах, чеканным шагом двигались за своим «фельдмаршалом» получать боевые задания. Рядовых вроде Василия с Адамом тут же подключили к делу. Но ужас заключался в том, что на каждого рядового приходилось человек по пять безжалостных командиров в юбках, с ридикюлями наперевес. Они гоняли своих жертв по будущей ярмарке без всякой жалости, нагружая их непосильными заданиями. Бедный Василий пахал, как раб на галерах, не имея продыху, под бдительным взором пяти злобных старых фурий. Стоило ему перевести дух и оглядеться по сторонам в поисках Адама, как ему тут же совали в руки лопату вкапывать столбы или тяжеленные жерди для каких-то загонов, или два десятка стульев, или еще какую-нибудь поклажу, чтобы не зевал. Сами старые ведьмы прохаживались по павильонам в белых перчатках, с оттопыренными мизинцами и чашечкой чая в руке. Противно шепелявя что-то о высшем благе и неимоверных душевных и физических затратах, которые вряд ли кто-то оценит по достоинству. Пару раз он едва сдержался, чтобы не уронить им на ноги что-нибудь тяжелое.
За время трудов на благо общества Василий в общей сложности перетащил восемнадцать тяжеленных струганых столов, собрал четыре павильона, врыл пять столбов, прищемил себе палец, порезал дважды левую руку, отдавил себе ногу седьмым столом, девятым занозил ладонь, набил столбом шишку на лбу и, наверное, закончил бы день инвалидом. К счастью, часа через четыре к нему заскочила Вероника поделиться новостями и спасла его, вывезя с территории ярмарки свернувшимся калачиком на заднем сиденье своей машины. Какая-то сушеная гарпия уже разыскивала его по всему павильону.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 53
