она вздрогнула всем телом от пронзившего ее испуга.
– Пат, что-то не так?
– Ничего. Просто делайте как я.
Златозуб медленно продвигался прямо в их сторону.
Батлер не стал резко дергать свою партнершу и расталкивать толпу, стремясь прочь от него. Именно этого движения и ждал Златозуб. Именно это высматривали все настороженно наблюдавшие вражеские глаза – любые признаки паники. Батлер же вел Люсию прямо на Златозуба.
«Мы не сможем выйти через эту вторую дверь. Сам бы я, вероятно, попытался, но не с Люсией. Костоломы Златозуба моментально преодолеют это расстояние и перехватят нас. Надо чем-то отвлечь этих остолопов. Надо…»
Батлер, не в такт кружа свою партнершу, склонился к уху мужчины в черной маске.
– Копы, – пробормотал он, едва заметно кивнув головой на мужчин, столпившихся в первом дверном проеме. – Лучше бы слинять.
Ничего не произошло. Черная маска просто смерила его взглядом и проплыла мимо. Батлер и не ждал, что танцор сразу же устремится ко второй двери. Но семя было посеяно в месте, полном сомнительных типов с натянутыми нервами. Слово разойдется, вызовет движение и рябь на воде.
– Копы, – бросил Батлер другому танцору, снова кивнув на первую дверь. – Лучше бы слинять.
Златозуб был теперь в десяти футах от них.
Оркестр зазвенел цимбалами. Четыре музыканта перешли к популярной песне, напряженный ритм и макабрическое звучание которой били по нервам и обостряли чувства. Пианист, склонившись поближе к микрофону, запел с проникновенной мягкостью:
– Сквозь дым и пламя за тобой я приду…
Дрожь прошла по замаскированным танцорам, ощутившим новую волну интимности. Один мужчина со своей партнершей, девушкой лет шестнадцати, натолкнулись на них, пролетая мимо и не сознавая того – губы их сливались в поцелуе. Однако шепоток и шорох: «Копы, надо линять» – расползался, словно змеи, шуршащие под ногами.
– Здесь… довольно тепло, – пробормотала Люсия. – Вам не кажется, что нам лучше уйти?
– Мы и уходим, – заверил Батлер. – Копы. Лучше бы слинять.
– Пат, что такое происходит?
– Примерно через минуту я проделаю чертовски странное танцевальное па, – зашептал он. – Вы последуете за мной, даже если мне придется тащить вас за волосы?
– Да! – так же шепотом ответила Люсия. Он ощутил ее дыхание. – Да, да, да! – Они теперь находились рядом со Златозубом, прямо у него за спиной.
– Если ты жива, тебя я найду…
Охваченный бесконечной радостью, в этом мутном алом свете Батлер от души пнул Златозуба по лодыжке, а в следующий миг они с Люсией, уклонившись, скрылись за двумя другими парами танцоров, когда свет изменил оттенок.
Вопль боли и ярости невольно вырвался у Златозуба и завибрировал, вызвав эффект, похожий на прикосновение бормашины к зубу. В тот же миг Батлер проскользнул рядом с очередным мужчиной в черной маске.
– Копы, – буркнул он, кивая все в ту же сторону. – Лучше слинять.
И что-то вдруг щелкнуло, словно лопнула скрипичная струна.
Черная маска, кто бы под ней ни скрывался, замерла, выпустив руки своей партнерши. Мужчина что-то шепнул девушке. Затем резко крутанулся на месте и рванулся ко второй двери так стремительно и плавно, что успел преодолеть приличное расстояние, прежде чем кто-то заметил его маневр.
Златозуб, подняв руку над толпой, бешено замахал, указывая на него. Среди наблюдателей у первой двери произошло что-то вроде беззвучного взрыва. Не привлекая к себе внимания, но проворно, они двинулись вдоль стены, мимо небольшой эстрады для оркестра, в сторону второй двери…
– Сейчас! – приказал Батлер.
Люди Златозуба не станут хватать бегущего мужчину в черной маске прямо на танцплощадке, рискуя спровоцировать возмущение. Они схватят его где-нибудь на середине лестницы… и обнаружат, что схватили не того.
Значит, секунд двадцать первый дверной проем останется без охраны.
Глава двенадцатая
Не совсем без охраны.
Златозуб, редко попадавший впросак или упускавший что-то, в тот же миг начал локтями пробивать себе дорогу обратно к первой двери – на всякий случай.
Батлер, подталкивая Люсию перед собой и, словно щитом, прикрывая ее правой рукой от возможных столкновений с другими посетителями, следовал за Златозубом стремительным безумным зигзагом. Позади них раздавались проклятия.
– Пат, что вы делаете? – воскликнула теперь уже напуганная Люсия.
– Мы уходим отсюда. Точно так, как вы сами предложили.
– Но моя одежда! Моя сумочка!
– Это была не норковая накидка?
– Нет. Старое пальто. Но у меня в сумочке… в сумочке ключ. От настоящего приключения.
– Настоящего приключения?
– Вы обещали мне, – в глазах Люсии читалась мольба, – что после клуба разделите со мной настоящее приключение.
– Прекрасно, но забудьте о ключе. И тише, прошу!
Златозуб, добравшийся до первой двери, резко развернулся на месте. Его маленькие глазки горели азартом. Двумя пальцами правой руки он трогал сложенную опасную бритву в левом рукаве.
Батлер с Люсией (первый моментально перешел на нормальный шаг) танцевали, двигаясь в сторону Златозуба, огибая его сбоку, и Батлер негромко, но страстно лопотал при этом по-французски.
– …et je t’adore[10], – подытожил он, нарочно споткнувшись о ногу Люсии. Люсия невольно вскрикнула. Батлер оттолкнул ее от себя и, отступив назад, слегка задел Златозуба.
– Mademoiselle, – проблеял он, рассыпаясь в извинениях, – je vous demande pardon! Mille pardons, je vous en prie[11]. – С тем же униженным и кротким видом он обернулся к Златозубу. – Et vous, monsieur, sale chameau et fils de putain…[12]
Левой рукой благородным галльским жестом, он сдернул с себя маску. Кулаком правой со всего размаху заехал Златозубу в челюсть.
Где-то у них за спиной завизжала женщина.
Было ли это вызвано его действиями или – что вероятнее – дикой давкой у противоположной двери, Батлер не понял. Он был слишком занят другим.
Лезвие бритвы, вытянувшись, словно змея, легло в руку Златозуба за миг до удара Батлера. Златозуб, отступив на шаг на узкой лестничной площадке, зацепился каблуком за верхнюю ступеньку. Он начал падать спиной вперед, на окровавленном лице отразилось бесконечное изумление, после чего он уже покатился вниз по ступенькам, словно деревянная кукла.
Испанец, продававший билеты, вскочил было за своим столом, но внезапно решил, что происходящее совершенно его не волнует. И уселся на место.
– Подоткните юбку, – велел Батлер Люсии, – а потом бегите за мной во всю мочь. Если им хватило ума выставить людей перед дверью на улицу…
Им не хватило.
Перешагнув через Златозуба, который пока что лежал, оглушенный, у подножия лестницы, они рванулись к уличной двери. Она оказалась незапертой, как было заведено в этом клубе. Снаружи Дин-стрит была подернута подобием холодного тумана, и ни звука не доносилось со стороны другого входа за бильярдной.
Они бросили свои
