слово, Розита, я хочу взглянуть на того мужчину, что на тебе женится. Это же какие должны быть стальные нервы. В Мексике ты таких не найдешь, давай я свожу тебя на свою родину…
– Давай ты сначала свозишь меня за выпивкой, а там посмотрим, не пристрелю ли я тебя за длинный язык.
Глава 11. Рик. Что случается в Тихуане, остается в Тихуане
– М-м-м, эти ребрышки – просто оргазм на кончике языка, – простонала Роза с полным ртом.
Рик расхохотался.
Бар, конечно, выбрала она, но это была не первая их остановка. Предыдущие два заведения чем-то с порога не понравились Вергаре, и она разворачивалась, чтобы продолжить поиски. Рик не жаловался, ведь в конце пути ему обещали алкоголь. В Мексике он пока видел только бары при отелях, в которых останавливался. А единственная выпивка, которую там подавали и название которой он мог выговорить, – какая-то очень разбавленная «Корона».
– Что ты смеешься? – Роза протянула ему свой надкусанный кусок. – Попробуй! – Она облизнула пальцы. Выпили-то всего по одному бокалу маргариты, Роза сама сказала, что перед текилой стоит немного размяться, как перед марафоном. Рику понравились ее метафоры, сейчас он бы с радостью ушел на недельку в алкогольный марафон, ведь последний раз в отпуске был года три назад – и то потому что Перес выгнал.
– Нет, спасибо, – он отмахнулся от еды, – и прошу, говори потише…
– Я могу прокричать это на весь зал, веришь?
– Верю, Роза…
– Эти ребрышки, – прикрикнула она и хлопнула ладонью по столу, мало ведь шума создала, – настоящий оргазм!
Кто-то у бара засмеялся, какая-то компания молодых девушек покосились на Розу с отвращением, как на пьяного бездомного, приставшего к ним на улице.
– Ты чокнутая, – выдохнул со смехом Рик и откинулся на спинку дивана.
– Ага, я знаю. – Роза облизнула пальчики второй руки. – А теперь представь, что в моей семье я самая нормальная.
– Бедный ваш отец, вывозить сразу четверых женщин Вергара.
Только на последнем слове Рик понял, что сказанул лишнего, и теперь уставился на Розу, ожидая, как она отреагирует. Но Роза только улыбнулась каким-то своим воспоминаниям.
– Да, иногда он уезжал из дома даже не по делам, а просто потому, что мы с Бьянкой сводили его с ума.
Рик мог себе это представить. Всего одна Вергара за пару дней чуть не снесла ему крышу своими выходками.
Бар был поделен на три небольших зала. В одном находился бильярдный стол, про который Роза при входе сказала: «Сюда мы заглянем позже, и я тебя раскатаю, сосунок». В другом – несколько столиков, танцпол и сцена, на которой сейчас стояли только музыкальные инструменты. В третьем зале растянулись вдоль стен диванчики, и замерли столики в центре. Вечер воскресенья, но заведение было почти полным, даже мест за столиками на всех не хватало, и многие сидели за баром. Глаз копа по привычке присматривался к подозрительным типам, которые терлись рядом с барменом, иногда подходили к гостям, чаще всего молодым девушкам. К туристам у них был особенный интерес.
– Не пялься так. Ты не на службе, – напомнила Роза вполголоса.
– И что? Я должен игнорировать преступника?
– Да, потому что у тебя нет с собой ни жетона, ни пушки, – вдруг так трезво и разумно заговорила Роза, будто не она только что кричала на ползала. – Я передам своим парням, они присмотрятся к барам на этой улице.
Рик снова откинулся назад и положил руки на спинку дивана. В баре были открыты все окна и дверь нараспашку, два стареньких вентилятора разгоняли застоявшийся воздух, но прохладнее не становилось. Рубашка на спине у Рика уже взмокла, и кожа липла к дивану. Но Роза… Ни следа пота или испарины на лбу, она все так же сияла, особенно теперь, когда алкоголь немного ослабил ее защиту и зажег глаза.
– Конечно, ведь торговля людьми и оружием – это нормально, а вот что-то посерьезнее – уже ай-яй-яй. – Он погрозил ее пальцем.
С лица Розы исчезло сияние, и глаза потухли. Рик сам себя выругал за то, что поднял эту тему.
– Мы никогда не торговали людьми, – отчеканила Роза. Она спешно вытерла руки салфеткой и швырнула белый комок со следами красного соуса на стол между ними. – Никто в моей семье за всю историю картеля Вергара не перевозил незаконно людей против их воли и не торговал ими. – Она ткнула красным ногтем в стол. – Ни в Мексике, ни в Америке, ни где-либо еще. Твое дело против абуэлы было построено на вранье людей Пепе. – Рику показалось, что она собирается уйти, когда Роза потянулась к своей сумочке, которая лежала на стуле во главе стола. Рик рванулся к ней первым.
– Четыре года назад ты говорила так же и обещала мне доказательства. Я их все еще жду. – Он говорил спокойно и ровно, но заставить себя промолчать не смог.
– Потому что за этим доказательством мы гоняемся, бестолочь! – Роза поднялась из-за стола и нависла над ним, но до руки Рика все равно не дотянулась. – И надо было дальше гоняться, вместо того чтобы сидеть тут с тобой. Верни!
– Помнишь, у нас перемирие? – Рик приподнял сумочку, показывая, что не собирается в ней рыться и вернет, как только Роза успокоится.
Роза упала обратно на диван и буравила тяжелым взглядом то Рика, то его руку.
– Перемирие не значит, что ты выйдешь из этого бара живым, если продолжишь так говорить.
Рик медленно положил сумочку на место, будто вел переговоры с террористом.
– Обычно перемирие именно это и означает. Что люди работают вместе и не угрожают друг другу.
– Только мы не работаем вместе. Мы вынужденно пользуемся услугами друг друга. Без тебя я бы не попала к Сезару. Без меня он бы тебе не ответил. Без меня ты бы не попал на склад. Без меня ты бы не узнал про торговый дом. Без меня…
– Да-да, я понял, – Рик запрокинул голову назад, – без тебя я бы так и топтался в аэропорту, немощный и бестолковый. – Он поискал взглядом официантку. – Давай еще выпьем?
К концу первого графина маргариты Роза, кажется, подобрела, и они обсудили и план с торговым домом, и адреса, названные Пальмеро. Роза упомянула, что информацию про зеркала для нее кто-то уже ищет. Значит, все же есть шанс выйти на того, кто продал артефакт Пепе.
– Выходит, он проникает на территорию музея с помощью этих зеркал? – предположил Рик и тихо постучал стаканом по столу. Прежде старинные маски и статуи не служили орудием в руках преступников,
