сторон, заглянула под столешницу. Без результата.
Евгений в это время изучал стеллажи с новой лабораторной посудой. Взяв упаковку с пробирками, перевернул ее в поисках этикетки со сроком годности.
– Все это принадлежит организации «Око бесконечности», – сказал он негромко.
Но Мила услышала и, закончив со столами, подошла к нему.
– С чего вы взяли?
Громов молча снова перевернул упаковку пробирок. На этикетке рядом со сроком годности красовался знак бесконечности с двумя глазами в кругах – символ «Око».
– Хотите сказать, здесь проводились какие-то опыты от организации? Но почему в деревне, в подвале бани? Что мешало подыскать нормальное помещение?
– Думаю, руководство «Око» и знать не знало об этой лаборатории. Андрей Юрьевич был богат, и у него в руках сосредоточилось много власти, его отец над этим хорошо потрудился. Скорее всего, используя деньги и связи организации, он втайне проводил какие-то эксперименты.
– Но какие? Мне даже в голову не приходит, для чего ему понадобилось гинекологическое кресло. Проводить аборты? Принимать роды? Зачем? Какой в этом смысл?
– Я не знаю, Мила. Не-зна-ю! – Евгений поставил на место пробирки. – И что теперь делать, тоже не знаю. Но у меня складывается впечатление, что «Танатосинтез Инкорпорейтед» как-то связана с отделением «Око» в Питере. Я даже не удивлюсь, если эксперименты проходят под их надзором. И если мои догадки верны, то как это доказать?
– А может, Герман Андреевич продолжил то, что не закончил его отец? – предположила Ардо, вспомнив мальчика-призрака.
– Возможно. Но пока ни одной ниточки не ведет к ним. Нужно бы мне кое с кем посоветоваться, – задумчиво ответил Громов.
– Слушайте, а при чем здесь ребенок?
– Какой ребенок? – не понял начальник.
– Тот, который нас сюда привел. Раз призрак не покинул наш мир, не ушел за грань, значит, его что-то здесь держит. Вдруг мальчика убили в этой лаборатории, и поэтому он нам ее показал? Чтобы мы открыли эту тайну и освободили его?
Евгений смерил Милу странным, нечитаемым взглядом. Его и без того темные в полумраке лаборатории глаза стали еще темнее. Миле не нравилось, когда он так на нее смотрел – словно проникал под кожу, задевая каждую клеточку. Ардо даже отошла на крохотный шаг назад, в попытке уйти от пристального рассматривания.
– Где артефакт?
– Э-э-э… В кармане.
Мила достала подвеску и показала начальнику.
– Надень его немедленно!
Громов не просил, а приказывал, и Ардо подчинилась. Передав Евгению свой телефон, она быстро надела через голову серебряную цепочку и спрятала ее под свитером. А затем застегнула наглухо куртку, поправила шапку и потерла руки, согревая. Сырые кашемировые перчатки Мила сняла, когда они раскопали дверь, и пальцы буквально заледенели. Да, в лаборатории казалось еще холоднее, чем на улице. Сейчас бы залезть в горячую ванну и как следует согреться. А она, понадеявшись, что они едут туда-обратно, даже сменные штаны не взяла.
Удовлетворенный тем, что Мила выполнила приказ, Евгений кивнул и передал ей телефон. Еще раз обвел взглядом лабораторию.
– Давай возвращаться. Здесь нет ничего, что помогло бы отыскать Давида или приблизило бы к разгадке нашего дела, – немного подумав, он добавил: – Но однозначно появились вопросы, на которые необходимо найти ответы.
Мила без споров вылезла с подземного этажа, Громов тоже задерживаться не стал. Они все вернули: опустили люк, положили на него ковер, поставили стол, поправили лавки, закрыли дверь предбанника. А затем вышли из бани и пошли по своим следам к дому.
Мила шла последней. Пройдя половину пути, она почувствовала зуд в области лопаток, словно на нее кто-то пристально смотрел. Обернулась, но позади были только деревья и переливающийся под солнцем снег. Она уже собралась идти дальше, когда заметила чей-то силуэт между стволов.
– Мила! – окликнул ее Громов. – Все в порядке?!
Ардо кивнула и быстро зашагала вперед. В какой-то момент ее потянуло обернуться, и снова она никого не увидела. Мила тряхнула головой, прогоняя наваждение, и прибавила шаг.
***
В дверь кабинета Мареева постучались, и вошел Корягин. Закрыв за собой дверь, он под взглядом начальника приблизился к столу. Протянул флешку.
– Я нашел ту женщину с видеорегистратора.
– Хорошо. Спасибо. Можешь быть свободен.
Корягин покинул кабинет, а Федор, отложив все дела, принялся внимательно изучать содержимое флешки. Женщину на фотографии он узнал сразу же. Именно с ней он разговаривал в лаборатории, и она рассказала о клинике, где лечилась бесплатно.
Открыв документ с биографией, Мареев сразу понял, почему для опытов выбрали ее. Несмелова Галина Андреевна, сорока пяти лет, была одинокой – ни мужа, ни детей, ни братьев или сестер. Никого. Но при этом она владела четырехкомнатной квартирой на Пресненской набережной. Жила уединенно, работала библиотекарем.
– Не ту я профессию выбрал, – хмыкнул Мареев и снова углубился в чтение.
Родители умерли, когда Несмеловой исполнилось девятнадцать лет, от них осталась шикарная квартира. Галина вышла замуж, но, прожив год в браке, развелась. Муж вернулся к себе на родину, на Север.
Федор записал в заметки телефона домашний и рабочий адрес Галины и, выключив ноутбук, поднялся со стула.
Несмелову он решил застать на работе. К тому времени, когда он подъедет, она как раз уже должна закончить. Мареев планировал подвезти ее до дома, а по дороге задать интересующие его вопросы. Конечно, он мог бы ей позвонить и все разузнать по телефону, но личная встреча обычно куда информативнее. К тому же он хотел показать ей фотографию следователя-доктора, которую ему скинула Мила. Было у него подозрение, что доктор, лечивший Галину, и этот следователь – один и тот же человек. По крайней мере, имя и отчество совпадают. И если подозрение подтвердится, то это многое объяснит.
От отделения полиции до библиотеки Федор доехал быстро, несмотря на пробки. Припарковавшись, он вышел из машины и вошел в здание.
В библиотеке стояла тишина, пахло сладкими духами, а в лучах заходящего солнца, проникающих в окна, витала пыль. За столом библиотекаря оказалось пусто, как и в читальном зале. Но вскоре где-то за стеллажами послышались легкие шаги, и к Федору вышла Галина. На мгновение она замерла, рассматривая незваного гостя, а затем проговорила:
– Здравствуйте. Я вас помню. Вы тот мужчина из лаборатории.
– Да, – кивнул Мареев. – Рад вас снова видеть. Меня зовут Федор.
Его губы разошлись в улыбке, и женщина улыбнулась в ответ.
– Как вы меня нашли? – задала она резонный вопрос. И Федор не собирался ей лгать.
– Я полицейский, и мне нужно с вами поговорить.
На лице Галины отобразилось удивление, но она быстро прогнала его. Подошла ближе.
– Я что-то натворила?
– Нет. Вы когда освободитесь?
Женщина перевела взгляд на настенные
