госпиталя и теперь пила чай с пирожным, принесенный Захаром.
— Вы уже тут? — как бы удивился маг, — я вот сказать хотел, забрал у Васьки Косого кулон, вместе с прочими к Стешке в каморку убрал, самое надежное место во всей конторе.
— А почему мне не показали? — удивилась Лебедева, отставляя чашку, — давайте я проверю тот ли.
— Елена Александровна, завтра, все завтра, сегодня сил нет, — Митя потер плечо, — я, пожалуй, домой отправлюсь, а вы уж, будьте добры, никому не рассказывайте до завтра.
— Кому интересно я должна об этом рассказать? — волшебница поджала губы. — Или я, по вашему, похожа на болтушку?
— Ни в коем разе, — заверил маг. — За сим откланиваюсь, встретимся за ужином.
Не дожидаясь ответа, Митя ушел и, дойдя до выхода, обернулся к денщику:
— А ведь как удачно нынче день прошел, — подмигнул он Захару, — и Лазина поймали, и этого скупщика нашли, а с ним и артефакт. Я его покамест в тайник в подвале убрал. Уж будьте любезны, приглядите, чтобы туда никто не лез.
— Как скажете, господин маг, — денщик поклонился.
— И никому ни слова. Что-то я разговорился сегодня, от усталости видно, — маг надел цилиндр и, коротко кивнув Захару, покинул департамент.
Возвращаться домой он, однако, не собирался, на вечер у мага имелись другие планы.
Заглянув в цветочную лавку и приобретя скромный, но душистый букетик фиалок, Митя направился в аптеку. Ульяна Семеновна уже ждала его на улице, то и дело поправляя атласный бант капора, глядясь, точно в зеркало, в отражение в стеклянной двери.
— Вы пришли, — обрадовалась она, завидев мага, — а я уж, право, думала, что может одной на променад выйти.
— А что же ваша матушка, не с нами? — уточнил маг, протягивая девушке цветы и предлагая руку.
— Ох что вы, мамушка моя нянька, с младенчества меня воспитывает, так-то я сирота, — Ульяна вздохнула, отвела взгляд, и Мите стало совестно, что сам не зная того он огорчил её.
— Я, знаете ли, тоже бабушкой воспитан, — признался он, — так что очень вас понимаю.
— Сызмальства? — тихо спросила аптекарь.
— С отрочества, — откликнулся Митя, — у моей семьи печальная история. После пропажи младшей сестры, сначала матушка покинула сей мир, а после и отец, так и оказался я в доме бабушки, а после ее ухода и вовсе возвращаться стало некуда.
— Знаете, Дмитрий Тихонович, я вас очень жалею, потому как господь велел сирот жалеть, а ведь мы с вами сироты и есть, — Ульяна посмотрела на Митю, и тот подивился до чего же у нее чистый взгляд, точно весеннее небо.
Он улыбнулся ей в ответ и решил, что лучшее место для прогулки этим вечером станет набережная. Туда они и направились.
Вечер пролетел словно миг. Выпив кофе с круасанами в кафе, Митя проводил Ульяну Семеновну до дома и, откланявшись, направился к себе.
В прихожий его встретил Добряк, пес вертелся у ног, всем своим видом показывая, что скучал. Не раздумывая, маг взял поводок и отправился выгулять пса. Все то время, пока Добряк, довольный свободой, носился по вечернему парку, Митя, сидя на скамейке, вспоминал давешнюю прогулку, и на сердце становилось тепло.
Вернувшись домой, он хотел незаметно проскользнуть к себе, но его выцепила прислуга:
— Что-то ты загулялся, господин маг, — Лукерья Ильинична поджала губы. — Я уже и со стола все убрала, раз барыни отужинали.
— Ну тогда и я перебьюсь, — Митя пожал плечами.
— Ну уж нет, всех подряд кормлю, а хозяина с пустым животом на покой отправлю? Как бы не так, — и кухарка, ворча под нос что-то о загостившихся дамочках, направилась на кухню, и Митя послушно направился за ней.
Перекусив хлебом с заливным, да запив все квасом, он поблагодарив кухарку и ушел спать, но будильник поставил так, чтоб завтра первым оказаться в Департаменте.
***
Встав затемно, Митя поскорее оделся и не выходя из комнаты, сквозь зеркало для бритья, открыл портал.
К его удивлению, он вовсе не оказался первым, кто прибыл на работу. Из открытого подвала доносился шум и ругань денщика.
Хмурясь, маг спустился по ступенькам. На всякий случай заготовив заклятье и заглянув под лестницу, крикнул:
— Захар, это ты там?
— Ох ты ж господи, — вздрогнул тот, оборачиваясь к Мите и держа кочергу наперевес, — напугали вы меня, господин маг, я-то думал, что нету тут никого.
— Я только прибыл, а ты что здесь делаешь?
— Да как что? Вот пытаюсь паровой нагреватель так подстроить, чтоб лишнего не жарил, а тепло давал в меру, на улице то уже совсем лепота, — денщик смахнул рукой со лба выступивший пот, — но ежели вам что надо, так скажите.
— Нет, нет, ничего, разве что скажи, вчера, после моего ухода, сюда никто не спускался?
— Елена Александровна вроде как бумаги хотела искать. Но опосля передумала, сказала завтра найдет, но я ей про наш уговор ничего не говорил, могила, — заверил денщик.
Маг огляделся. Зеркальце с подвешенными на него заклинаниями, припрятанное так, чтобы отражать шкаф в архиве, оставалось темным, значит и впрямь никто сюда не совался. Коротко кивнув, Митя направился в свой кабинет, но и тут вышла неудача. Сейф остался нетронутым. Зеркало, которое Митя разместил в укромном месте, ничего подозрительного не показало, а значит никого тут не было.
Больше ради проформы, чем надежды для, он направился в кабинет ведьмы. Открыл дверь и почти сразу ощутил сквозняк. Насторожившись, он метнулся к окну, но на пол пути что-то отвлекло его. Нечто такое, чего тут быть никак не должно, и оттого смотрелось оно сюрреалистично и даже нелепо.
У двери в запретную комнату лежал, скрючившись, мальчонка. В темной одеже, босой и бледный как полотно, даже рыжие волосы, казалось, выцвели, как сухая листва. Однако же Митя враз признал в нем того паренька, что довел его до дома на выселках, и у которого он после отобрал перочинный ножик.
Склонившись над ребенком, маг прижал пальцы к жилке на тонкой шее и с большим трудом ощутил слабое биение.
— Ах ты ж зараза, — выругался маг и, подхватив ребенка на руки, бегом бросился в приемную к переходному зеркалу.
Захар, как раз вышедший из подвала, вылупился на него так, будто черта увидал,
