загадочным инструкциям, которые кто-то с усердием вырезал под солнечными часами.
Но вот гигантский колокол замолк, и у Кэмпиона екнуло сердце – откуда-то из глубины леса донесся вожделенный отклик: чистый, высокий, нежный гул.
Он повернулся к Лаггу.
– Не забудь, монахи дадут сигнал пять раз. После четвертого вели Скэтти спуститься, а как только закончится пятый, разбей пару ламп и сматывайся.
– Что, если недруги вашей милости выследят нас раньше? – выразил мистер Лагг закономерное опасение.
– Тогда тебе придется драться. Но они будут выслеживать нас. Уже второй удар поднимет их на ноги, и они двинут прямо на отклик. Эти люди не дураки. Все, до завтра.
– До завтра еще бы дожить, – проворчал мистер Лагг, но его хозяин не услышал это благое пожелание.
Сгибаясь навстречу сильному ветру, мистер Кэмпион скрылся среди деревьев.
И хотя последние три ночи он провел, изучая заросшие тропинки и разрушенные ограды некогда прекрасного сада, задача оказалась не из легких. Впрочем, ничего другого он и не ожидал.
Очередной удар колокола святой Бриды вынудил его остановиться и с нетерпением дождаться, когда оглушительный звон стихнет. Гроза еще бушевала, и атмосферные помехи вторгались в медный гул – его как будто сопровождали слабые раскаты грома. Кэмпион услышал рычание автомобильного мотора – знакомый голос «лагонды». Фаркьюсон выполнял свое задание.
С пустоши доносились и другие звуки, правда едва различимые из-за звона.
Шум над головой снова стих, и последовал нежный музыкальный призыв. Кэмпион двинулся вперед. Времени в обрез, большой колокол ударит еще только три раза. Пока не стихнет последний звон, необходимо найти источник отклика.
С облегчением мистер Кэмпион понял, что тот ближе, чем предполагалось. Звук увлек молодого человека через старую лужайку и дальше, по узкой тропинке к разрушенному строению, вероятно когда-то служившему конюшней; руины наглухо заросли кустами и бурьяном. Выходить на открытое пространство было рискованно, но Кэмпион смело устремился вперед.
Он добрался до купы высоких лавровых деревьев, и тут громкоговорители с кедра снова оглушили его звоном колокола-близнеца. И опять донесся отклик, он звал идти дальше, раздвигая мокрые от дождя ветки. Кэмпиона снедала тревога: остались два удара.
Он вышел к лугу, окаймлявшему дорогу за церковью – ту самую дорогу, что отделяла усадьбу доктора Гэлли от пустоши. Как бывает на лугах, образовавшихся на месте парка, в центре выросло несколько вязов вокруг небольшого углубления. Увидев их, Кэмпион упал духом. Он подобрался к изгороди и стал ждать. Колокол пробил в четвертый раз, и ему ответили.
Да, несомненно, эхо шло от вязов.
Между лугом и дорогой не было забора – парковая ограда давно исчезла. Мимо уже проехали две машины. Нельзя было терять время.
Кэмпион побежал по низкой траве, надеясь, что дождь и сумрак скроют его от чужих глаз. Когда он достиг деревьев, гул стих. Молодой человек стоял, прислонившись к стволу вяза, и вот громкий бой колокола в последний раз раскатился по окрестностям, чтобы пробудить своего давно потерянного близнеца.
Ожидание было вознаграждено. Среди деревьев, практически под ногами, раздался высокий, чистый звон.
И Кэмпион вдруг обнаружил его источник – полуразрушенный оголовок колодца. Над низкой травой были хорошо видны замшелые камни. Он огляделся и заметил большой черный автомобиль с эскортом из трех мотоциклов, выезжающий из-за поворота на луг.
Там, где Кэмпион стоит, его не видно, но это лишь пока. Если его заметят, то будет обнаружено и место, которое он разыскал с таким трудом. Короткие ветви вяза будто манили. Кэмпион ухватился за одну из них, подтянулся и быстро укрылся среди листвы, в относительной безопасности.
Он забрался на высоту двадцать футов, откуда мог видеть смутные очертания колодца и пространство вокруг него. Вытянул шею, пытаясь рассмотреть, кто сидит в машине, и в этот момент услышал шум, который сразу же узнал, – в долине загрохотало колесо мельницы. Значит, Аманда добралась до плотины.
Он машинально повернулся на этот звук и обнаружил, что с его насеста сама мельница не видна, но взгляду открыта часть реки ниже ее. Между густыми зарослями холодно поблескивала вода.
Кэмпион всмотрелся и как будто углядел пятно, довольно быстро двигавшееся по течению. То ли вязанка хвороста, то ли охапка соломы, смытая водой со двора.
Затем его внимание привлекли голоса, раздававшиеся непосредственно под ним. С каждой минутой сгущались сумерки, но все же в тени вязов удалось различить человека в темной одежде, прислонившегося к стволу того самого дерева, на котором сидел Кэмпион.
Удивление Кэмпиона было безмерным. Эти могучие плечи невозможно не узнать – Саванейк собственной персоной.
Из колодца по-прежнему исходил гул. Не стоило надеяться, что он остался неуслышанным. И когда прозвучало «Это где-то здесь, ищите!» и голос, опять же к удивлению Кэмпиона, выдал присутствие мистера Парротта, мысль о том, что на другой исход нельзя было рассчитывать, чуть смягчила отчаяние молодого джентльмена.
Быстро темнело. Теперь Кэмпион не видел колодца, а река превратилась в россыпь серебристых звезд среди серых лугов.
– Да, это здесь, – прозвучал вдруг голос Саванейка. – Конечно, следовало ожидать чего-то подобного с той минуты, когда мы узнали о динамиках в лесу, но все-таки я не понимал, что происходит, пока не услышал колокол. – Он рассмеялся. – Смешно – дураки не пожалели усилий, помогая нам до него добраться. Надо спешить.
– Две машины отъехали от мельницы, – сказал один из мотоциклистов, и Кэмпион увидел приближающийся темный силуэт. – Одна свернула в сторону Свитхартинга, другая катит по нижней дороге.
– Все нормально, – тотчас проговорил Парротт. – Они у нас под наблюдением. Увозят корону – должно быть, сообразили, что им не справиться с нами. Мы еще до утра отберем у них все.
– Почему теряем время? – раздраженно спросил Саванейк. – Возможно, самая важная вещь у нас под ногами. А темнеет чертовски быстро.
Внизу послышалось какое-то движение. Вечер и тень деревьев скрадывали силуэты; если бы не голоса и не горящие сигареты, трудно было бы догадаться о присутствии людей.
– Почти ничего не видно, – пожаловался Парротт. – А если включим фонари, нас заметят.
– Мне плевать! Найдите тайник. Эверетт, где ты?
Открылась дверца автомобиля, и в сумраке появилась человеческая фигура.
– Что, сэр?
Кэмпион догадался, что это говорит шофер.
– Подгони сюда машину, освети передними фарами яму. Понял?
– Да, сэр.
Вскоре послышалось урчание мотора. «Роллс-ройс» медленно двигался вперед, заливая траву двумя мощными потоками света.
– Мистер Саванейк, так мы себя выдадим. – У Парротта был взвинченный, недовольный голос.
– Ну и что? Мы ведь вооружены. Они выехали на трех машинах, и наши парни двинули следом. Деревенские сюда еще долго не сунутся. Они, поди, стоят сейчас на коленях и молятся в благоговейном страхе.
