Роуз Лестрейндж. Потом, когда она догадалась, что я раскрыл секрет запертой комнаты…
– Дорогой сэр, – прервал его доктор Фелл, – миссис Уокер не знает секрета запертой комнаты!
– Нет, но она поняла, что я его раскрыл. И когда она это поняла, то сказала…
– Хотите, я скажу, что именно я сказала? – Ясный голос Джудит донесся с лестницы.
Марк обернулся. Доктор Фелл поднял глаза.
Джудит стояла на середине лестницы. На ней было темное платье, и ее лицо и глаза выделялись на общем сумрачном фоне.
– Нет, – хрипло сказала она. – Я не поехала в Ричмонд. Не смогла. Думаю, доктор Фелл знал все это время, что я здесь.
– Ты слышала?.. – начал Марк.
– Да, – ответила Джудит. – Я все слышала. Ты обещал позвонить мне, Марк, но я знала, что ты не вспомнишь. – Она небрежно махнула рукой. – Да! Я скажу вам, что говорила прошлой ночью. Я сказала, что ты не должен продолжать это расследование. Я сказала, что ты не понимаешь, на что способна женщина, одержимая мужчиной.
Она осторожно спустилась по оставшимся ступеням, откинула голову, и рыжие волосы вспыхнули.
– О да! Я говорила о Кэролайн. Но с таким же успехом могла бы говорить и о себе. – Тот же легкий жест. – Сейчас это не важно, – быстро добавила она. – Что важно – так это элементарная справедливость. Если Кэролайн убила эту ужасную женщину, она сделала то, что сделал бы – и должен был бы сделать на ее месте – любой человек. Доктор Фелл, могу я задать вам вопрос?
– Можете, – сказал доктор Фелл.
– Чтобы защитить Бренду Рутвен, которая невиновна, вы вынуждены были сказать полиции, кто виновен? И полиция арестует Кэролайн?
– О нет, – возразил доктор Фелл. – Меня победили, миссис Уокер. Но не настолько.
Тишина наступила внезапно, как удар гонга.
– Они не арестуют ее?! – воскликнула Джудит.
– Позвольте обратить ваше внимание, – вежливо сказал доктор Фелл, – на несколько моментов. Во-первых, полномасштабное полицейское расследование быстро выявило бы виновного, даже если бы я ничего не сказал. Во-вторых, даже если бы нашлось достаточно улик для обвинения Кэролайн в убийстве, шансы на то, что присяжные признают ее виновной, – один на тысячу. В-третьих, если ее осудят, то осудят и Тоби Сондерса – как соучастника. А поскольку в данном штате шансы на осуждение мужчины за то, что он защищает свою невесту, астрономически малы…
– Но Тоби защищал не свою невесту! – сказал Марк. – В этом-то и дело. Он думал, что защищает Бренду!
– Сэр, я знаю. Об этом знает и мистер Хендерсон, хотя предпочитает не верить. Короче, власти не хотят возбуждать дело. И когда ваш покорный слуга, ошеломленный таким решением, спросил почему…
– Да!
– Я получил ответ, который в наше время звучит поразительнее всего. Они верят в справедливость.
– Значит, у Кэролайн и Тоби есть шанс на какую-то совместную жизнь?
– Сэр, я что, оракул или гадатель? Откуда мне знать? Если он действительно любит ее, то вполне возможно. Но сначала нужно сделать две вещи. Мы должны убедиться, что Чедвик не проболтается…
– Чедвик! – прошептал Марк. – Я и забыл о нем.
– Поверьте, я не забыл, – мрачно ответил доктор Фелл. – Я не хотел, чтобы Сондерс с ним встретился, как вы заметили. Но теперь я гадаю, где он задержался. Он должен был быть здесь давно.
– Чедвик многое знает?
– Надеюсь, немногое. Это мне и предстоит выяснить. В конце концов, Кэролайн Кент должна рассказать Тоби Сондерсу все.
Джудит вскинула руку в знак протеста.
– Но она никогда этого не сделает! Минуту назад вы сами сказали, что Кэролайн больше всего хотела скрыть это от Тоби. Она не расскажет ему ничего.
– Тем не менее она обязана это сделать. Повторяю, – прогремел доктор Фелл, – это их единственный шанс. Если она не объяснит ему этот роман с Чедвиком, если не заставит его понять, что это было лишь минутное помрачение…
Доктор Фелл замолчал и поднял голову.
Красный закат потемнел и теперь зловеще мерцал за верхушками деревьев. Бренда Рутвен, дрожа и чуть не падая, пробежала по тропинке, распахнула сетчатую дверь, коротко взглянула на Марка и тут же отвела глаза.
– Кэролайн! – выпалила Бренда. – Она рассказала Тоби.
Сетчатая дверь захлопнулась за ней. Прошла секунда-другая, прежде чем Бренда смогла перевести дыхание.
– Тоби, когда ушел отсюда, приехал ко мне. Потом появилась Кэролайн. Она… она была сама не своя. Ей казалось, будто я видела ее в бунгало. Но я не видела! Мне даже в голову не приходило, что это Кэролайн… что это она… виновна в том, что случилось той ночью. Да, признаю, я зашла в бунгало. Но я не видела ее и не слышала ничего, кроме того, о чем уже рассказала. Марк, ты должен мне поверить. А потом Кэролайн выложила Тоби все: про Фрэнка, про все. Я никогда не видела такого выражения на его лице. Оно было… не знаю… серым.
– Но что ответил Тоби? – спросил Марк, которому уже стало немного не по себе. – Он высказал ей все, что думает?
– Высказал? – переспросила Бренда. – О нет! Он ничего ей не высказал.
В этот момент Бренда заметила Джудит, и обе вздрогнули.
– Но что вы все здесь делаете? – воскликнула Бренда. – Что происходит?
Величественным и властным жестом доктор Фелл заставил всех замолчать.
– Миссис Рутвен, мы ждем Фрэнка Чедвика. Нельзя, чтобы он доставил кому-то неприятности. Повторяю, я не думаю, что он многое знает. Подозреваю, он приезжал в Куинсхейвен дважды, чтобы встретиться с Кэролайн Кент и убедиться, что их связь останется в тайне – из страха перед отцом. Но он не осмелился прийти к ней домой. В таком случае заставить его молчать о…
– Фрэнк Чедвик? – почти взвизгнула Бренда. – Но он же здесь, разве нет?
– Здесь? – опешил доктор Фелл.
– Да! Его машина стоит в переулке. Должно быть, он приехал некоторое время назад!
За дверью раздался смех.
Чистый, звонкий, уверенный смех молодого человека, привыкшего получать в этом мире все, что захочет. Сам Чедвик, в безупречно сшитом сером фланелевом костюме, неспешно вошел в комнату и окинул всех холодным взглядом.
– Ты права, дорогая, – сказал он Бренде, и она отпрянула. – Я здесь уже довольно давно. А старичок, кто бы он ни был, ошибается. Теперь я знаю почти все.
Чувствуя себя хозяином положения, он спокойно закрыл за собой тяжелую старую дверь таверны. В воздухе повисло эхо XVIII века.
– Могу ли я спросить, – с трудом выдавил доктор Фелл, – что вы намерены делать?
– О, вы можете спросить, – любезно ответил Чедвик, обнажив редкие верхние зубы. – А я могу ответить или нет, как мне вздумается. Но в данном случае лучше сказать. Кэролайн Кент предстанет перед судом. За убийство.
– Но полиция…
– Не пытайтесь блефовать, старый хрыч. – Фрэнк покачал головой. – Возможно, они не хотят ее арестовывать. Но
