— Поярков Борис Владимирович, — прошептал взволнованно Язев. — Кто бы мог подумать! Сунгариец — Поярков. Ваше величество!..
Император вздрогнул, открыл глаза и уставился удивлен но на майора.
— Ваше величество, победа!
Император закивал, ничего-ничего не понимая, но соглашаясь с майором. Если тот радуется, значит, действительно победа. Контрразведчик вел какой-то бой, не ведомый никому здесь, но бой трудный и Долгий. Мог победить. Должен был победить. И победил.
Часть II. «Бусидо-мираж»
БЛАГОВЕЩЕНСК
ХАБАРОВСК
ХАРБИН
ТОКИО
Дело третье
Гость из Фуцзядяня
Теперь этот документ можно встретить в учебнике истории, а в свое время он был добыт с риском для жизни
Доклад генерала Танака императору Хирохито:
«Для того чтобы завоевать Китай, мы должны сначала завоевать Маньчжурию и Монголию. Для того чтобы завоевать мир, мы должны сначала завоевать Китай. Если мы сумеем завоевать Китай, все остальные малоазиатские страны, Индия, а также страны Южных морей будут нас бояться и капитулируют перед нами. Мир тогда поймет, что Восточная Азия наша, и не осмелится оспаривать наши права… Овладев всеми ресурсами Китая, мы перейдем к завоеванию Индии, стран Южных морей, а затем и завоеванию Малой Азии, Центральной Азии и, наконец, Европы. Но захват контроля над Маньчжурией и Монголией явится лишь первым шагом, если нация Ямато желает играть ведущую роль на Азиатском континенте…
…В программу нашего национального роста входит, по-видимому, необходимость вновь скрестить наши мечи с Россией на полях Монголии в целях овладения огромными богатствами Северной Маньчжурии. Пока этот скрытый риф не будет взорван, наше судно не сможет пойти быстро вперед».
А эта коротенькая информация была «обронена» на банкете у белогвардейского генерала Феоктистова резидентом английской разведки в Китае Лоу
«Этапы японской операции:
I — оккупация Маньчжурии,
II — захват пунктов: Жэхэ — Хэбэй — Чахар — Суйюань — Шэнси — Шаньси и Шаньдун,
III — захват Шанхай-Ханчжоуского района, закрытие входа в Китай по р. Янцзы,
IV — поход на СССР (Дальний Восток).
Дата оккупации Маньчжурии: сентябрь-ноябрь 1931 г.».
Первый этап
Японское информационное агентство распространило по всему миру сообщение о «провокациях» в Маньчжурии, вынудившее Японию ввести войска в этот район. Вот как описывает события агентство:
«Вечером 18 сентября 1931 года в предместьях Мукдена группа китайских солдат под командой бандитского генерала Чжан Сюэляна, сына покойного бандитского генерала Чжан Цзолина… заложила мину на японской железной дороге… К счастью, недалеко от этого места оказались 6 японских солдат под командой лейтенанта Кавамото, прямого потомка самураев из рода, насчитывающего сорок восемь поколений. Убедившись, что поезд приближается и что никакая человеческая сила не может предотвратить катастрофу… лейтенант Кавамото воззвал к божественной власти. Повернувшись в сторону Японии, он призвал на помощь Аматэрасу Омиками. Его смиренная и горячая молитва была услышана. Достигнув разрушенного полотна, поезд поднялся в воздух, пролетел над опасным местом, плавно опустился и продолжал свой путь…»
Через два дня поступило донесение Академика, в котором давалась действительная картина событий. Вот оно:
«Взрыв железнодорожного пути произошел после того, как поезд прошел, и был устроен с единственной целью — сделать фотоснимки, которые подтверждали бы официальную версию о происхождении инцидента. Японские войска, стоявшие у Ляояна, Инкоу и Фынвангена, за день до инцидента получили приказ, в котором им предлагалось выступить на Мукден в 3 часа дня 18 сентября, то есть за семь часов до взрыва.
К четырем часам утра 19 сентября, то есть всего через шесть часов после взрыва, на стенах домов в Мукдене уже были расклеены тысячи печатных листовок, направленных против маньчжурского правительства и обвинявших последнее в том, что оно якобы совершило нападение на японскую железную дорогу.
18 сентября такая листовка была уже передана редактору одной белогвардейской газеты с припиской, содержащей предложение опубликовать ее для блага белых эмигрантов. (Японцы тайно обещали создать эмигрантское правительство в Маньчжурии).
По приказу из Токио весь китайский технический персонал подлежал уничтожению, поэтому за неделю до взрыва в Мукден прибыл японский технический персонал для замены китайских инженеров на Мукденском арсенале».
Доихара считал, что не оставляет следов. он был даже уверен в этом
Генеральный консул в Шанхае Мураи министру иностранных дел Сидэхара
Передано вечером 2 ноября 1931 года.
2 числа с. м. китайская газета напечатала телеграмму из Тяньцзиня, сообщающую, что полковник Доихара прибыл тайно в Тяньцзинь. Газета пишет, что Доихара был доставлен в Тянъцзинь японскими агентами на небольшой паровой лодке и сейчас планирует способ похищения императора Сюань Туна
Телеграмма № 513, посланная генеральным консулом в Тяньцзине Кувасима министру иностранных дел Сидэхара
Тяньцзинь, 12 ноября 1931 года (6-й год эры «Сёва»)
Вчера, 11 числа, в 3 часа дня небольшой военный катер отправился с японской и французской концессий вниз по реке. На его борту находилось несколько человек в гражданском платье в сопровождении четырех или пяти солдат. Предполагают, что на катере был похищенный император Сюань Тун
Телеграмма № 96, посланная генеральным консулом в Инкоу министру иностранных дел Сидэхара
Инкоу, после полудня 13 ноября 1931 года (6-й год эры «Сёва»)
От капитана «Имадзи-мару» я узнал, что полковник Доихара возглавлял заговор бегства императора из Тяньцзиня… Император был тайно увезен в машине с концессии и доставлен на пристань, где группа под охраной, вооруженной двумя пулеметами, погрузилась на катер, направившийся в Тагу, оттуда все пересели на «Имадзи-мару».
В предыдущей телеграмме сообщалось, что император переоделся здесь в китайский костюм. Это не соответствует действительности. Он одет в обычную военную форму.
Следы, однако, оставались, и вели они на север
16 июня 1932 года
Из кругов, близких к императору Пу И, мне стало известно, что начальник японской разведки Доихара Кендзи посетил верховного правителя в его резиденции в Чанчуне и имел с ним беседу секретного характера. Прощаясь с правителем, сказал, что надолго покидает столицу Маньчжоу-го. По словам императора, Доихара направляется в Харбин для ликвидации там антияпонских очагов и руководства японской разведкой против СССР.
Академик
Коршуны слетаются на запах крови
Без даты. Август 1932 года
Как уже сообщалось, созданный в конце прошлого года боевой белоэмигрантский союз, именуемый «российской фашистской партией», на своем сборище в харбинском отеле «Новый мир» объявил о поддержке программы, осуществляемой японскими вооруженными силами на Дальнем Востоке. Дополнение: на сборище присутствовали офицеры второго отдела штаба Квантунской армии — капитан Комацу Мисао и резидент японской разведки в Харбине капитан Сакаи Исио. После официальной части главарь союза Радзаевский в одном из номеров отеля подписал обязательство о сотрудничестве РФП с японской разведкой. Есть сведения, что в этот же вечер Радзаевский получил от сотрудника второго отдела крупную сумму в маньчжурской валюте.
