вы сказали обо мне князю, а потому про письмо предпочел умолчать. Старый дурак провел меня в подвал, чтобы спрятать манускрипт, и среди старых заплесневелых бумаг я увидел новехонький белый конвертик! Ваше письмо, подумал я, и — вуаля! — оно уже у меня в кармане. Не дождавшись вас, князь Маффеи спустится в подвал, однако письма там не обнаружит. Не сомневаюсь, он все спишет на свои годы, мол, старость не в радость, и разум сдает. — От сдавленного смеха необъятное тело Фоско заколыхалось.
Пендергаст не произнес ни слова. Он вскрыл конверт, достал письмо и прочел. Лист бумаги выпал из его рук.
— Я объявил вам шах, мистер Пендергаст. А стоило, пожалуй, сказать: шах и мат. — Фоско обернулся к приспешникам, просто и непритязательно одетым. У каждого имелось оружие. Позади всех стоял человек, мелкими чертами лица напоминавший грызуна; его умные глаза неотрывно следили за пленниками.
Рука д'Агосты потянулась за пистолетом. Пендергаст, заметив это, сделал короткое предостерегающее движение.
— Верно, сержант. Пендергаст — старший, он знает: лучше не дергаться. Это в кино двое могут одолеть семерых. Конечно, я не прочь, чтобы вы умерли прямо здесь и сейчас. Однако, — издевательски добавил граф, — зачем же лишать вас надежды? Всегда должен быть шанс на побег! — хихикнул он. — Фаббри, разоружите пленников.
Человек в замшевой куртке выступил вперед и забрал пистолеты у д'Агосты и фэбээровца.
— Обыщите их, — приказал граф.
— Вы первый, мистер Пендергаст, — сказал Фаббри с сильным акцентом. — Снимайте пиджак и рубашку. Затем встаньте там и поднимите руки.
Фэбээровец сделал, как было сказано, отдав одежду. Д'Агоста в первый раз увидел на шее у агента цепочку с маленьким кулоном: странное изображение глаза без век над фениксом, восстающим из пепла.
Пендергаста толкнули к стене, и Фаббри профессионально прошелся руками по брюкам фэбээровца. Помощник Фоско быстро нашел второй пистолет, а потом, обыскав агента более тщательно, и кинжал.
— Должны быть отмычки, — предупредил граф.
Осмотрев воротник и рукава одежды Пендергаста, Фаббри обнаружил маленький инструментарий, крепившийся на липучке. Нашлись и другие предметы: шприц, игла к нему и маленькие пробирки.
— Да вы просто ходячий арсенал! — прокомментировал Фоско. — Фаббри, будьте добры, выложите находки на стол.
Острым ножом Фаббри прошелся по швам костюма Пендергаста. Появились щипцы и сложенные пакетики с какими-то веществами. Все это помощник графа разложил на столе.
— Теперь посмотрите у него во рту.
Фаббри проверил зубы и под языком.
Д'Агосте было невыносимо наблюдать подобное унижение. А с каждым новым найденным предметом шансы на спасение становились все призрачнее. Хотя Пендергаст наверняка припрятал еще один туз в рукаве. Уж он-то должен вытащить их отсюда.
Фаббри велел Пендергасту отойти от стены и наклониться так, чтобы Можно было осмотреть волосы. Фэбээровец наклонился, не опуская рук. Теперь он стоял спиной к полукругу вооруженных людей и Фоско. Граф тем временем увлеченно разглядывал вещи на столе, бормоча себе что-то под нос.
Д'Агоста же смотрел на Пендергаста спереди, из-за спины Фаббри, и то, что он видел, поразило его: предельно осторожно и плавно агент ФБР извлек крохотный кусочек металла из-под кольца на левом мизинце. Непонятно как, но ему удалось спрятать предмет еще в начале обыска.
— Порядок, — закончил Фаббри. — Опустите руки и встаньте вон там.
Пендергаст подчинился, мимолетным движением спрятав железку под воротником куртки Фаббри. Если бы д'Агоста не вглядывался так пристально, он бы и сам этого не заметил.
Далее Фаббри срезал каблуки с туфель агента и проткнул подошву в нескольких местах. Обнаружив еще один комплект отмычек, Фаббри, нахмурившись, вернулся к костюму.
Наконец от вещей Пендергаста остались только лохмотья.
— Теперь — второй, — приказал Фоско.
Д'Агосту ожидала та же унизительная процедура, что и агента: его обыскали и раздели, распоров все до единого швы на одежде.
— Я бы охотно оставил вас в таком виде, — сказал граф. — Но мои подземелья слишком сырые. Я не могу позволить вам простудиться. — Он кивнул на одежду. — Одевайтесь.
Д'Агоста с Пендергастом оделись, и Фаббри заковал их в наручники.
— Andiamoci, — приказал он. — Пошли.
Первым из комнаты вышел граф. За ним — Фаббри и пленники, а в арьергарде — остальные наемники.
Вниз по винтовой лестнице, затем знакомыми комнатами, через обеденный зал и кухню Фоско привел пленников в большую кладовую, где вовсю гуляли сквозняки, и на лестницу. Спустившись, они пошли мимо хранилищ и пустых каменных коридоров. Покрытые кристалликами кальцита стены сочились влагой.
— Ессо, — сказал Фоско, остановившись у низкой двери.
Пендергаст, глядя под ноги, неуклюже натолкнулся на Фаббри. Тот выругался и отпихнул фэбээровца.
— Входите, — велел граф.
Пендергаст вошел в камеру, д'Агоста — за ним. Железная дверь, грохнув, закрылась, ключ повернулся в замке, и напарников поглотила тьма.
Граф заглянул в камеру через маленькое зарешеченное окошко в двери.
— Побудьте пока здесь, — сказал он. — Я нанесу последние штрихи к моему плану и тут же вернусь. Увидите, я приготовил вам нечто особенное. Вас, Пендергаст, как ни странно, ожидает конец в лучших традициях Эдгара По. А вас, д'Агоста, убийцу моего Пинчетти, я поджарю. Использую излучатель в последний раз, а потом уничтожу. И не останется уже ничего, что бы связало меня с этим делом.
Лицо графа исчезло, и слабый свет в коридоре погас.
Шаги снаружи постепенно затихли, только вода капала со стен да шелестели крыльями летучие мыши.
Д'Агоста сел и плотнее запахнулся в обрывки одежды. Рядом едва слышно заговорил Пендергаст:
— Думаю, самое время уходить. Как вы на это смотрите?
— Значит, под воротник Фаббри вы спрятали отмычку? — прошептал д'Агоста.
— Разумеется. И я весьма признателен за то, что он попридержал ее для меня. Почти не сомневаюсь, что Фаббри и еще кто-то остались сторожить нас в коридоре. Ну-ка, Винсент, поколотите в дверь — посмотрим, что будет.
Д'Агоста принялся стучать в дверь:
— Эй! Выпустите нас! Выпустите!
Когда эхо криков умерло в кишке коридора, Пендергаст легонько коснулся плеча д'Агосты и прошептал:
— Продолжайте в том же духе, а я отопру дверь.
Д'Агоста снова начал кричать. Он орал, не стесняясь в выражениях, а через минуту Пендергаст снова тронул его за плечо.
— Порядок. Теперь слушайте: у охранника есть фонарь. Он его, несомненно, включит, едва услышит что-либо подозрительное. Я разберусь с ним, а вы продолжайте отвлекать его внимание.
— Понял.
Д'Агоста вновь закричал, принялся топать ногами. В камере было темно, хоть глаз коли, и он ничего не видел. Просто продолжал орать и орать, пока наконец в коридоре не послышался звук тупого удара. Потом кто-то упал, и в камеру сквозь низкий проход ударил луч фонаря.
— Замечательно, Винсент.
Пригнувшись, д'Агоста вышел.
