могла спать. Я думал, из-за белых ночей, а это были кошмары о Лоуренсе. – Кенни поставил стакан. – Надо было просто сказать мне. Неужели она думала, что я возненавижу ее?
– Когда Бут вышел на связь?
– Пару недель назад, по электронной почте. Письмо пришло на рабочий адрес, но Эдит прочла его здесь. Вечно сидела за компьютером по вечерам. Бут увидел тот документальный фильм о Родди, Белле и Биддисте. Там упомянули, что Эдит работает в доме престарелых, и создалось впечатление, будто мы купаемся в деньгах. Он сказал, что ему нужны средства для дочери. Чтобы компенсировать потерянные годы. – Кенни посмотрел на Переса. – А что я скажу своей дочери?
Перес молча покачал головой, показывая, что у него нет ответа.
– Потом Бут явился к ней на работу. Представляешь ее потрясение? Она думала, он в Англии, а он стоит тут, представляется старым другом Вилли. Выглядел совсем иначе. Болтал с ним: «Ты же знаешь, что случилось, Вилли? Наверняка ведь догадался?» Но Вилли не стал с ним разговаривать.
– Вилли говорил, что какой-то англичанин задавал ему вопросы, – вспомнил Перес. – Сначала я решил, что это Уайлдинг. Потом понял – Бут. Меня удивило, что Эдит не упомянула о его визите. Что было дальше?
– Бут сказал, что приедет в Биддисту на открытие выставки. Устроит представление и повеселится, тем самым убьет двух зайцев. Белла всегда вела себя как королева, пригласила его в гости, а потом третировала. Пусть узнает, каково это – быть отвергнутой. Ему просто нравилось сеять хаос. Маска, переодевания – он обожал все это. Эдит не стала спрашивать подробности. Просто хотела, чтобы он исчез без скандала. Он велел ей принести деньги в сарай на пристани.
Кенни встал, долил виски себе и Пересу.
– Почему Эдит просто ему не заплатила? – мягко спросил Перес.
Кенни пожал плечами.
– Сказала, что не доверяет ему. Мол, он может вернуться за добавкой. Да и разозлилась. Мы всегда тяжко трудились ради каждого пенни. Хотя, думаю, дело было в нервах. Все эти бессонные ночи. Она уже не соображала толком. – Он сжал стакан обеими руками, но они все равно дрожали. Сохранять ровный тон стоило ему огромных усилий. – Она поджидала его в сарае, в темноте. Бут забрал с пляжа сумку, нацепил дурацкую маску. Видимо, хотел напугать Эдит. Может, если бы она видела его лицо, то не задушила бы. Хотя не уверен. Если Эдит что-то решала, то шла до конца. Когда он вошел, она набросилась сзади, имитировала самоубийство и вернулась в сад как раз к моему приходу. – Он с грустью посмотрел на Переса. – Мы прожили вместе столько лет, а я ничего не заподозрил.
– А при чем тут Родди? Он же был совсем маленьким, когда погиб Лоуренс.
– Он видел, как Эдит возвращалась с пристани в тот вечер. Смотрел из окна «Сельдяного дома».
– Ну конечно! Я же сам его там видел.
– Видимо, он не придал этому значения, пока Эдит не заявила, будто не выходила из дома. Это беспокоило Родди. Он пришел в дом престарелых навестить Вилли и спросил: «Что ты делала на берегу, Эдит? С кем встречалась?» Она что-то соврала, но поняла, что не убедила его.
Возможно, подумал Перес, в памяти Родди всплыло что-то из детства – как у Беллы.
– И тогда она убила и его.
– Да, – кивнул Кенни. – Она убила и его. Бедный парень. Что бы я о нем ни думал, он такого не заслужил. Эдит говорила, что он напоминает ей Лоуренса. Убедила его встретиться у Пропасти и столкнула туда. А на работе сказала, что посещала подопечных.
– Знаю, – сказал Перес. – Я проверял.
Кенни поставил виски, закрыл лицо руками, как на холме, и снова зарыдал.
Глава 45
На этот раз они говорили у Переса дома. Тейлору жилище Переса всегда напоминало лодку – вода плещется прямо у стен, на крыше орут чайки. Перес варил кофе, а Тейлор кричал ему из гостиной, растянувшись на полу.
– Спина, – пояснил он. – Старая спортивная травма. Иногда только так могу расслабиться.
Тейлор злился на себя.
– Я должен был догадаться! В доме Бута нашли фото Эдит и Лоуренса. Прислали из Западного Йоркшира. Они выглядят парой. Пойми я раньше, что у них был роман, опередил бы тебя. Но я поручил обыск местным, а для них снимок ничего не значил.
Перес вошел с подносом, на котором стояли френч-пресс с кружками и лежала пачка шоколадного печенья.
– Никогда бы не подумал, что она на такое способна, – слегка понизил голос Тейлор. – Она же хрупкая с виду. – Он сел, потянулся, взял кружку.
– Но сильная. Помогала Кенни на ферме, да и в доме престарелых привыкла поднимать пациентов. Бут не ждал нападения. Как только проволока впилась в шею, сопротивлялся он недолго. Инсценировать самоубийство было несложно.
– Она думала, что с Лоуренсом все сошло с рук. Даже если кости найдут спустя годы, кто заподозрит убийство?
– Все решили, что он сбежал из-за разбитого сердца, – сказал Перес. – Объявил Белле, что уезжает. Ей даже льстило, что все связали его отъезд с ней. Гордячка. Кенни тогда работал на Фэр-Айле, и никто не провожал Лоуренса на паром. К его возвращению легенда устоялась: Лоуренс исчез, потому что Белла ему отказала.
Но в Биддисте были те, кто знал правду. Или догадывался. В таких местах трудно сохранить что-то в тайне. Просто все держали подозрения при себе. Это не сговор – ведь они не договаривались. Лоуренс исчез, и никто не задавал вопросов. Они просто не хотели знать – иногда это единственный способ выжить на островах. Возможно, Вилли догадывался, но хотел уберечь Кенни. Именно он отвез Бута на паром после убийства.
– Но почему Бут вернулся спустя столько лет?
Тейлор по-прежнему сидел на полу, вытянув ноги.
– Жадность, – сказал Перес. – Он недавно нашел дочь. Хотел загладить вину – или купить ее любовь. Бизнес не шел, денег не хватало. И сам-то едва тянул. А тут увидел передачу, где Томсоны представлены чуть ли не крупными землевладельцами. Все сложилось.
– Почему он не шантажировал Эдит сразу после смерти Лоуренса?
– А какой смысл? Тогда они сами еле сводили концы с концами. Только в последние годы ни в чем себе не отказывали. Бут, видимо, хотел забыть тот визит. Белла умела унизить, а он привык сбегать. Да и Вилли его, видимо, запугал – тогда он был крепким мужиком и лично проводил Бута на паром.
– Но он вернулся. А Эдит решила не платить.
– Она выросла в нищете, – сказал Перес. – Ни
