Последний час - Самюэль Бьорк

– Господи… – выдохнула Йессика. – Но зачем?

Мёллер пожал плечами:

– Приказ. Больше ничего не знаю.

– Извини. Продолжай.

– Согласно полученным указаниям, операция должна была выглядеть как работа русских. Инсценировка взрыва. Нам выдали все: заряд, детонатор, все с надписями на кириллице. Мы вошли в город ночью. Дом был отмечен. Мы установили все как положено. Растяжки на входе. Заняли позицию рядом. И стали ждать.

– Чего?

– Идентификации цели, – кивнул он.

– Поняла. Продолжай.

– Взрыв должен был сработать в восемь утра. Была моя смена. Я лежал под брезентом, глядел в бинокль… и увидел, как они идут.

– Кто? – спросила Йессика. – Кого ты увидел?

– Детей, – тихо сказал Мёллер, покачав головой. – Это была школа.

– Что?..

– Тогда я нарушил приказ. Разбудил остальных. Ханса Эрика, Юнаса… Мы бросились бежать.

– К школе?

– Но было поздно, – кивнул он.

Мёллер поднял взгляд.

– Ты видела когда-нибудь, как разрывает детей? Коллегу или близкого друга? Как он лежит на пыльной улице – без рук, без ног?

Йессике стало дурно. Она на несколько секунд закрыла глаза.

– Вода у тебя за спиной.

– Спасибо, – прошептала она, отпив из бутылки.

Надо собраться.

Она же журналистка.

– Значит… все погибли?

– Все, – кивнул Мёллер. – Дети. Ханс Эрик. Я сам получил осколки в лицо, успел вытащить Юнаса, но он потом тоже умер, в больнице.

Мёллер опустил голову.

– Это был наш последний выезд. Вернувшись, мы будто перестали существовать.

– А потом?

– Ханс Эрик погиб. Юнас погиб. Остальные не выдержали. Маркус, Оса, выехал на встречку под Драмменом прямо в грузовик. Рикард, Лось, вскрыл себе вены ножницами, когда лежал в психиатрии.

– Боже… – Йессика взялась за голову. – Прости, что так реагирую…

– Все в порядке, – тихо сказал Мёллер.

– А ты? – осторожно спросила она. – Как ты справился?

Он пожал плечами:

– С трудом. Конечно, думал о самоубийстве. Но Нюгорд выплатил компенсацию. Большие деньги, чтобы мы молчали. Они наверняка уже заработали на том, что заставили нас делать. Я купил дом в глуши. И начал выпивать.

– Понимаю, – покачала головой Йессика. – Это просто ужас. Но как…

– Что?

– Я имею в виду… как обычное пьянство переросло во все это?

– В месть? Взрывы?

– Да.

Мёллер чуть усмехнулся, взгляд его затуманился.

– Великая любовь. Бывает же, что все вдруг просто… складывается. Знаешь это чувство? Когда тепло разливается по телу. Будто тебе послали ангела – человека, которого, кажется, знал всю жизнь.

– Да, – кивнула Йессика.

– Оливия, – сказал он и улыбнулся. – Из Австралии. Алис-Спрингс. Через пару месяцев она забеременела. У меня есть дочь. Ее зовут Юлия. Хочешь посмотреть?

– Конечно.

Он достал снимок из кармана и протянул ей.

Маленькая девочка.

Лет пяти.

Светлые волосы.

Глаза сияют.

В руке мороженое.

Застенчивая улыбка.

Йессика узнала ее сразу.

То же фото стояло на комоде.

С детским рисунком сверху.

«Папа».

– Она прелестна, – сказала Йессика, возвращая снимок.

– Нет, оставь. Он тебе понадобится. Она важна.

– Хорошо, но почему?

– Скоро узнаешь, – ответил Мёллер.

– Я слышала запись, это правда? – осторожно спросила Йессика.

– Что?

– Ты прослушиваешь полицейских?

Мёллер усмехнулся, покачал головой.

– Идиоты. Надо внимательнее проверять, кто пиццу привозит. Но это ерунда. Главное другое.

– Да, конечно, – Йессика откашлялась. – Твое лицо.

– Да, – кивнул он, выпрямляясь. – После того взрыва было не так уж страшно. Порезы, ожоги… не то что сейчас.

– Я не совсем понимаю, – нахмурилась Йессика.

– Хочешь увидеть все сама? – спросил Мёллер. – Узнать, зачем мы здесь?

– Да, – тихо сказала она.

Мёллер поднял с дивана пистолет и встал.

– Ты первая, – кивнул он и повел ее через гостиную с видом на фьорд.

Вверх по лестнице, на второй этаж.

82

Миа наконец отыскала поворот на узкую улочку и невольно выругалась себе под нос. Черт. Здесь слишком тесно. Машины экстренных служб точно не протиснутся. Она включила заднюю передачу, сдала обратно на Хук-авеню, вытащила «Глок» из наплечной кобуры, открыла дверцу пассажирского сиденья и достала из бардачка два запасных магазина. Затем бросилась бегом по улице, с которой только что выехала.

Какой там был дом, четвертый? Пятнадцать. Тринадцать. Ага. Значит, напротив? Двенадцать. Десять.

Она сунула пистолет под куртку, пробегая мимо двора, в котором как раз находилась пожилая женщина. Черт. Миа передумала и быстро побежала обратно.

– Вы здесь живете?

– А?

Миа показала удостоверение.

– Полиция. Вам нужно эвакуироваться.

– Что?

– Уходите отсюда. Немедленно. Как можно дальше. Я не шучу. Срочно. Вы знаете соседей?

– Что?.. Ну, некоторых…

– Обойдите всех, звоните в двери. Все должны уйти. Прямо сейчас.

Миа сорвалась с места и снова побежала по тротуару.

Восьмой.

Шестой.

Она остановилась.

Второй?

Где, черт возьми, четвертый дом?

Обернулась и побежала обратно.

Вот он.

Незаметный проезд.

Она присела и смогла увидеть дом.

Огромный.

Два гаража.

Мраморная плитка.

Перед входом – «Мерседес».

Куда бы ей?..

Есть!

Живая изгородь.

Небольшая щель между ней и гаражом.

Миа выставила «Глок» перед собой и медленно двинулась вдоль белой каменной стены.

Осторожно выглянула за угол.

Большой сад.

Фонтан.

Бассейн.

Что за?..

Она резко отпрянула назад, пригнулась, подождала пару секунд и снова выглянула.

Странно.

Два огромных окна.

Ослепительно яркий свет внутри.

Так, с этой стороны не подойти.

Она вернулась к гаражу, прижалась спиной к воротам и обогнула их с другой стороны.

Ага.

Дверь.

Попробовать открыть?

Нет, слишком рискованно.

Она побежала, пригнувшись, к передней части дома. Сад. Вид на фьорд. Яхта. Панорамные окна.

Миа отступила назад, прижала пистолет к груди.

Так…

Вот оно.

Окно в подвал.

Закрыто.

Она рывком сняла куртку, обмотала ею пистолет и со всего размаха ударила в стекло.

Звон осколков разнесся в тишине.

Миа выпрямилась, тяжело дыша.

Услышал ли кто-то?

В доме – ни звука.

Хорошо.

Она размотала куртку, стволом отодвинула оставшиеся осколки.

Просунула руку внутрь и нащупала засовы.

С двух сторон.

Готово.

Окно поддалось.

Миа легла на живот на мокрую траву, скользнула ногами вперед в узкий проем. Стекло царапнуло ладони, когда она отпустила раму и спрыгнула вниз.

Остановилась, задержала дыхание и быстро огляделась.

Подсобка.

Отлично.

Она внутри.

83

Здесь, на втором этаже, тоже царит роскошь. Мягкий ковер во всю длину коридора. Картины на стенах, вазы на постаментах, позолоченные дверные ручки. Мёллер провел ее до самого конца и замер перед одной из дверей.

– Ну что, готова к гранд-финалу?

Он не стал дожидаться ответа.

Нажал на ручку и толкнул дверь.

О боже.

Йессика застыла с открытым ртом, внезапно почувствовав ледяной холод внутри.

Там, на огромной кровати, лежали двое.

Мужчина средних лет.

И женщина.

Пристегнутые к кровати за руки и за ноги.