– И вообще! Я с таким затрапезным женихом миловаться не собираюсь! Ну что же это такое – у него даже нет приличного костюма! Эта тройка наверняка ему от деда по наследству перешла!
– А вот вы и купите, если такая богатая! – взорвалась Клавдия. – Ишь, жених ей не подходит! Какой есть. Да если на него порядочный-то костюм напялить…
– Вот и напяльте! – снова взбрыкнула Агафья.
– Меня и такой устраивает, а если тебе что не по душе, так сама его одевай! Такое мое последнее слово! – уперла Клавдия руки в бока.
Агафья неожиданно легко согласилась.
– Ну и ладно. Я сама ему куплю все, что полагается, только учтите, эти деньги я вычту у вас из обещанной суммы!
– Подожди-и-ите! – вытянулось лицо у Клавдии. – Из какой такой суммы? Что, интересно знать, нам было обещано?
Акакий заерзал на стуле. Вот ведь так не хотелось, чтобы Клава о деньгах прознала, но уж теперь-то все, плакали его доллары!
– Здравствуйте! – обиделась Агафья Эдуардовна. – А я что вам, нищенка какая?! Я пригласила вас поработать детективами и пообещала за работу приличную сумму. Акакий Игоревич мило согласился принять оплату. Так что, извините! Я с вас требую работу за свои же кровные денежки!
Жора выпучил глаза и принялся быстро в уме подсчитывать, сколько процентов ему причитается, выходило никак не меньше восьмидесяти. Роман только глотал слюну и вытягивался все выше и выше, дабы его хорошо было всем видно, а ну как при дележке обойдут?! Клавдия Сидоровна медленно приближалась к Акакию, и рука ее судорожно искала, какой бы предмет потяжелее ухватить.
– Так ты, значит, милостиво согласился принять! И попутно решил от меня денежки утаить, сволочь?! Все, следующее письмо твоей маме я сама напишу!
– Эт-то почему? – испугался Акакий.
– Потому что я сейчас тебе переломаю и руки и ноги! А носом ты писать еще не научился!
Агафья Эдуардовна резво вскочила и, растопырив морщинистые руки, закрыла Акакия Игоревича.
– Не трожь! Мне его еще на пляже показывать!
– Ах! Так вы и на пляже теперь вместе показываетесь?! – кипела Клавдия.
Неизвестно, чем бы закончилась эта баталия, но Акакий выскользнул за дверь, а следом за ним важно поплыла и Агафья Эдуардовна.
– Запомни, Клавдия, это не он тебя бросил! Это ты его выкинула за дверь! И, как знать, может, и найдет мужик свое счастье. А про костюмчик ты правильно сказала, если вещь хорошо пошита, так в ней и чучело за красавца сойдет!
После ее ухода и Клавдия, и Жора с Романом не знали что сказать. Молодые люди прятали глаза от соратницы в пол, а она не знала – полагается ли в таких случаях плакать или нужно попросту обругать паршивого муженька позабористее. На ум ничего не приходило, кроме старой пословицы, и Клавдия, глубоко вздохнув, отчеканила:
– Утро вечера мудренее, завтра посмотрим.
Глава 16
Прогулка по граблям
Следующий день начался для Клавдии с двенадцати часов. Вероятно, женщину так вымотали вчерашние нервные стрессы, что дама благополучно проспала целое утро, и разбудил ее только приход Жоры. Жора приехал за Клавдией сам, она даже не успела ему позвонить.
– Давайте, Клавдия Сидоровна, собирайтесь быстрее. Уж больно интересно, неужели Акакий и в самом деле переметнулся к старушке?
Клавдия только фыркнула. Однако оделась быстро, так же быстро накрасила глаза и сверхсексуально накрасила губы, чтобы изменника Каку разорвало от ревности. В машине уже ждал Роман, и до клуба они буквально долетели.
Однако, как Клавдия ни мазала губы, а разрываться от ревности Акакий Игоревич не собирался. Скорее даже наоборот. Едва компания перешагнула порог клуба, как Николай тотчас же радостно объявил:
– Наши-то расписались вчера! Сегодня еще не выходили. Валя сама им завтрак отнесла, так говорит, оба заспанные, наверное, всю ночь свадьбе радовались, это уж ясно.
– Чего это вам ясно?! – всколыхнулась Клавдия Сидоровна. – Немедленно позовите мне моего мужа!
– Не велено! – вытянулся Николай и отвел глаза. – Поскоку он теперь вовсе и не ваш муж!
– Ну тогда сам передай, что пришли мы со товарищи! – рявкнул Жора, и швейцар поспешно удалился.
Через некоторое время на лестницу выплыла Агафья Эдуардовна в кремовом пеньюаре и сладко пропела:
– Клавочка. Ну что за визиты? Пора тебе, матушка, привыкать к одинокой жизни! И как это ты все замечательно придумала – свадьба там и все такое! А я-то дура, с первого раза и не разглядела своего счастья. В темноте оно, оказывается, лучше углядывается. Да и перед тобой я чиста – ты сама выгнала своего супруга, чего теперь от него хочешь?
– Где он, этот изверг?
Изверг появился минуты через две, отчаянно зевая. Он был обряжен в новый махровый халат, и даже на тапки Агафья Эдуардовна не поскупилась.
– Агаша, пойдем, любимая, я еще не доспал чуток…
И они удалились, нежно обнявшись, Агафья Эдуардовна только успела крикнуть кому-то из горничных, чтобы девица принесла им в спальню еще и обед.
– Клавдия Сидрна! Мне чего-то чудится, что у них здесь по-настоящему все закрутилось. Как это говорится… Мы его теряем. Мы не переиграли, а? – забеспокоился Жора.
– А тут теперь хоть играй, хоть не играй – ушел мужик. Если и не к бабе, то к деньгам точно. Оттуда быстро не возвращаются, – подвел итоги Роман, и от этих слов Клавдия стала медленно оседать на только что вымытый пол.
Оба молодца, изрядно поднатужившись, отволокли Клавдию Сидоровну в машину и привезли домой. Целых два дня брошенная жена не выходила из депрессии. Правда, она не забывала выходить в магазин, варить наваристые щи, кормить кота и рыбок и даже поливать жиденькие растения, но у нее начисто пропала радость жизни. Жора с Романом приходили ежедневно. Во-первых, они желали поддержать несчастную женщину, во-вторых, она всегда их вкусно кормила и им не приходилось вечерами жевать острые китайские салаты в пластмассовых коробочках: Клавдия еще и с собой накладывали пирожков и домашних булочек. Ну и в-третьих, право, такая мелочь, парни не могли оставить без внимания фразу Агафьи о деньгах. Как бы то ни было, но их поддержку Клавдия ощущала ежедневно.
На третий день бывшая супруга сгребла остатки воли в кулак и решила выудить Акакия на откровенный разговор.
– Вы же понимаете, – твердила она своим опекунам, – он не по доброй воле… Ну, пообещала ему Агафья кучу денег, прикупила шмоток, которых он отродясь не носил, вот его сердце и оттаяло. А теперь и рад бы вернуться, а уже грехи не пускают. Боится… быть непонятым.
Жора только звучно чесал остриженную голову, а Роман пытался успокоить Клавдию, как умел:
– Да не печальтесь вы, ему там хорошо! Старушка его лелеет, бережет. Пылинки сдувает… Не орет на него дурниной, чего же ему обратно возвращаться! Нет, он не вернется. Я вот, например, тоже бы не вернулся.
– Ты хочешь сказать, что променял бы меня на эту высохшую мумию?! – возмущалась Клавдия.
– Конечно! Конечно, нет! Не променял бы! – спохватывался Роман и начинал что-то лепетать: – Да я бы… Да меня…
Они подъезжали к клубу в самый обед, то есть тогда, когда обычно приток посетителей был особенно плотным. Однако сегодня день был ненастный, накрапывал дождь, и в клубе было пусто.
– Николай! Срочно вызови Акакия Игоревича! – потребовала Клавдия.
Николай не осмелился ослушаться. Черт их знает, этих баб, что от них можно ожидать в самый ближайший момент. Вдруг выскочит Агафья и кинется на шею сопернице. Вообще он никак не мог уяснить отношений этих господ. Куда проще было бы запретить подпускать эту мощную Клавдию к клубу на пушечный выстрел, тогда бы Николай точно мог выполнять предписания, а так, поди потом разбирайся.
Акакий Игоревич явился через полчаса. Ароматный, как парфюмерный ларек, он уселся под пальмой, забросил ногу на ногу и принял скучающий вид. Клавдия скромно притулилась в кресле напротив. Жоре места не осталось, и он колонной возвышался над Клавдией Сидоровной. Роман на время отошел в сторону, поговорить с отцом о делах семейных. Клавдия приложила надушенный платочек к глазам и скорбно проговорила:
– Ну что, антихрист, наигрался уже? Домой собираешься возвращаться?
Акакий только фыркнул и даже не удостоил бывшую жену взглядом.
– Что ты пыхтишь? Я тебя русским языком спрашиваю – когда собираешься домой нарисоваться?! – начинала сердиться Клавдия.
– Клава, ты должна понять, между нами все отношения скончались, – чуть свысока начал неверный. – Детей я воспитал, квартиру оставил тебе, ушел, так сказать, в одних штанах. Какие у тебя претензии?
– У меня? У меня претензии разные! – не знала, что сказать, Клавдия.
– Например?
– Да хоть… да хоть твои цветы! Я почему их должна поливать каждый день? У меня что – здоровье лишнее?!
– Ох, господи, да принеси их сюда. У тебя все? – с усталым презрением выдавил из себя Акакий.
– Нет, не все! Я еще кота твоего кормлю – Тимку! А он знаешь как ест! Да он у меня вчера килограмм говядины сожрал, одной вырезки, между прочим! – решила схватиться за соломинку брошенная супруга.
