– Пит! Не позволяй им! – закричала женщина. – Ты не понимаешь. Они на два шага впереди тебя! Они уже… Им известно то, чего не знаешь ты… Они… они хотят обвинить тебя, чтобы спасти…
– Почему именно 38-го калибра? – спокойно поинтересовался Шенери.
– Остин Куленс был застрелен из револьвера 38-го калибра, – ответил Мейсон.
– Кто, черт возьми, такой этот Остин Куленс?
Иона умоляюще взглянула на Мейсона.
– Он тот человек, которого застрелили из револьвера 38-го калибра, – безмятежно пояснил адвокат.
– Так, значит, вы собирались повесить на меня убийство?
– Полицейские, работающие по этому делу, выяснили, что в период совершения убийства рядом с домом Остина Куленса была припаркована машина, – задумчиво произнес Мейсон, взвешивая каждое свое слово. – Это был красный кабриолет с желтыми полосками на колесах. Очевидец сообщил номерной знак, неизвестна всего одна цифра. Если номер верный, то он совпадает с номером вашей машины. И вы попадаете под описание человека, которого видели рядом с домом Куленса.
– Так, значит, вы пришли сюда в надежде выбить что-то из моей жены? – нахмурился Шенери.
– Мы задали ей несколько вопросов.
– И заявили, что это я его убил?
– Кажется, ей показалось, что мы так подумали, – ответил адвокат.
– Хорошо, – проговорил Шенери, холодно улыбнувшись. – Давайте же обыщите меня. – Он развел руки в стороны, держа их параллельно полу.
Дрейк проверил карманы его одежды и похлопал под мышками.
– Он чист, Перри, – сказал наконец детектив.
– Да, вряд ли он настолько глуп, чтобы таскать оружие с собой, – кивнул Мейсон. – Скорее всего, он оставил его на месте преступления.
– Вы, парни, не сможете повесить на меня ничего такого, – недобро усмехнулся Шенери.
– Прошлой ночью вас не было дома. Всю ночь, – сказал Мейсон. Заметив, что Шенери бросил взгляд на свою жену, он продолжил: – Не вините в этом ее. Она ничего не рассказала. Наш человек следил за этим местом с одиннадцати часов вчерашнего вечера.
– Ладно, – ответил мужчина, – вчера ночью меня не было дома. И что, по-вашему, это должно означать?
– Не знаю, – пожал плечами Мейсон. – Но хотелось бы выяснить, где вы были.
– Вы ведь адвокат? – спросил Шенери.
Мейсон кивнул.
– А этот, второй, – детектив, – заметила его жена.
– Из полиции? – Шенери повернулся к Дрейку.
– Нет, – ответил ему Мейсон. – Частный детектив, мой помощник.
Шенери подошел к двери и распахнул ее.
– Давайте-ка катитесь отсюда, оба.
– Послушай, Пит, ты не можешь так поступать с этими людьми. – Иона положила руку мужу на плечо. – Они…
– Я сказал, убирайтесь! – рявкнул Шенери, сбросив с плеча руку Ионы.
Мейсон, казалось, его не слышал. Он, все еще держа руки скрещенными на груди, с задумчивым видом уставился в окно.
– Звучит не слишком-то вежливо, – заметил Дрейк.
– А я и не стараюсь быть вежливым, потому что так уж получилось, что я плачу за эту квартиру. Это мой дом. А у вас нет никакого права врываться в частное владение. Убирайтесь!
– У нас есть право на арест, – проговорил детектив.
– Что? – Шенери расхохотался ему в лицо. – Частный детектив с правом на арест? Не смешите меня!
Мейсон вдруг повернулся от окна. В его глазах затаилась улыбка.
– Пойдем, Пол. У Шенери на руках все тузы.
– Ты хочешь сказать, мы уходим? – ошарашенно уставился на него Дрейк.
Адвокат молча кивнул.
Шенери стоял, держа дверь раскрытой. Мейсон и Дрейк молча прошли мимо него в коридор. Дверь за ними сразу же с грохотом захлопнулась.
– Черт возьми, Перри, этот парень не может просто так выставить нас вон! – возмутился Дрейк. – Сейчас мы, как никогда, близки к раскрытию убийства Остина Куленса, и вряд ли…
Мейсон взял помощника под руку и потащил к лифту.
– Не забывай, Пол, мы не хотим раскрывать убийство.
– Что, черт побери, ты имеешь в виду?
– Если мы раскроем это убийство, – спокойно принялся объяснять Мейсон, – тогда сержант Голкомб останется ни с чем. Поэтому он будет отрицать любую нашу версию как простую попытку оправдать Сару Брил. Если же сержант Голкомб решит, что стоит проверить Пита Шенери, тогда он конечно же…
– Признаю свою ошибку, – перебил его Дрейк. – Извини, Перри. Наверное, из-за этого удара по челюсти я начал соображать медленнее обычного.
– Все еще больно? – поинтересовался адвокат.
– Ты чертовски прав, больно, – скорбно кивнул детектив и обернулся, с ненавистью взглянув на дверь квартиры, из которой они только что вышли.
Мейсон, державший друга под руку, почувствовал, как напряглись его мускулы, и торопливо потащил его дальше к лифту.
– Ты можешь купить аспирин в аптеке. Кстати, у нас есть еще над чем подумать. Мы внушили Шенери мысль, что за ним следят. Для него не составит особого труда вычислить твоего человека у подъезда. Теперь он постарается разобраться с ним. Мы уберем отсюда нашего человека, так что Шенери не придется ни с кем разбираться. Но в то же время мы пустим за ним троих наших агентов, чтобы выяснить, где этот тип пропадает. Ты меня понял?
– Вполне, – ответил Дрейк. – Мне будет чертовски приятно разобраться с этим малышом.
– Отлично. Ты можешь позвонить из аптеки. И там же купишь себе аспирин.
– А что потом?
– А потом, – хищно усмехнулся Мейсон, – ты займешься проверкой всех громких краж драгоценностей за последние пять лет. Если Иона Бедфорд не смогла опознать бриллианты, это может сделать кто-то другой. Конечно, Пол, я не возьмусь объяснять тебе, как нужно работать, но мне кажется, ты ничего не потеряешь, если проверишь все дела покойного Остина Куленса.
– Как детектив, – Дрейк осторожно потрогал больную челюсть, – я профессионал.
Вирджиния Трент приподнялась и села на кровати, глядя на Мейсона полусонными глазами.
– Доброе утро, мистер Мейсон, – тихо проговорила она.
– Как вы себя чувствуете? – поинтересовался адвокат.
– Я не знаю, – ответила девушка, несколько раз причмокнув губами. – Медсестра только что меня разбудила.
– У вас был нервный срыв, – пояснила медсестра, стоявшая рядом с кроватью. – Доктор дал вам успокоительное.
– Да уж, я думаю, – вздохнула в ответ Вирджиния Трент и принялась тереть заспанные глаза. – Наверное, сейчас я просто ужасно выгляжу. Дайте мне зеркало и стакан воды.
Медсестра принесла стакан воды, но решила не давать ей пока зеркало. Вирджиния жадно выпила всю воду до последней капли, затем взглянула на то, что на ней было надето – фланелевая ночная рубашка с воротником, почти полностью закрывавшим шею.
– Я почти никогда не надеваю эту ночную рубашку, – сказала она медсестре. – Где вы ее откопали?
