Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74
— Не волнуйтесь, милочка, — подмигнула мне Софья. — Как только мы доберемся до ближайшего поста, мы сразу же обо всем сообщим. Вам не придется долго скучать в одиночестве.
— Если хотите, мы можем взять с собой вашу собачку, — подмигнула мне Минна.
Конечно же, я останусь. Я останусь с Аглаей при любом раскладе. Tea права: это моя прямая обязанность.
— Хорошо, я буду ждать вас здесь, — холодея от собственной храбрости, произнесла я.
— Благородный поступок, — одобрила меня Минна.
— Это пример редкого благородства, — добавила Tea.
— Мы не заставим вас ждать, — заверила Софья. — Обещаем…
Трогательная сцена прощания неожиданно была прервана Чижом.
— Вы не так меня поняли, дорогие дамы, — сказал он. — Речь идет не о том, чтобы уехать всем вместе. Отправится кто-то один. Он сообщит, что произошло, и приведет помощь.
Такой поворот не очень понравился писательницам.
— И кто же этот “кто-то”? — спросила Минна.
— Я. Машина-то моя.
Несколько секунд дамы переваривали услышанное. Первой не выдержала Минна, крупные женщины всегда склонны к панике:
— Я еду с вами, Петр.
— И я, — поддержала коллегу Tea.
— Я тоже не вижу причин, чтобы здесь оставаться, — добавила Софья. — Мы будем готовы через десять минут.
Все трое, обгоняя друг друга, бросились к выходу. Чтобы в дверях столкнуться с Райнером-Вернером. Райнер был в шапке и еще не просохшем после дневного купания тулупе. Через плечо у него висела сумка, а лицо запорошил снег. И ничего утешительного я на этом лице не увидела. Арийский нос, арийский рот и такие же породистые глаза немца сбились в кучу, образовав комбинацию, которую можно было охарактеризовать двумя словами: “яростное разочарование”. Или — “разочарованная ярость”.
— Собаки, — пролепетал он, плюхаясь на ближайший стул.
— Что значит — “собаки”? — спросил Петр.
— Эти сволочи не загнали собак! Проклятый дом!..
Я хотел уйти, но там собаки! Собаки и метель, метель и собаки!..
Демонические улзутуевские доберманы среди миниатюрных культовых сооружений! Поджарые твари, способные перегрызть глотку любому! Доберманы благополучно выпали из моей головы — и, судя по всему, не только из моей. Все остальные тоже смотрели на Райнера широко раскрытыми глазами.
— Та-ак… И сколько их? — спросил Чиж.
— Откуда же я знаю! Десять, двадцать, тридцать… Они так лязгали зубами… Я даже шагу с крыльца не сделал! О, майн готт!
— Плохо дело. — Второй раз за сегодняшний вечер Чиж разразился подобной тирадой. — Из рук вон.
— Что вы имеете в виду? — Минна нервно хихикнула.
— Гараж. Если собаки не привязаны, до гаража нам не добраться.
— Но, очевидно, можно что-то придумать?
— Можно, — вклинилась Tea. — Отправим вас, дорогая Минна. Займете их делом.
— Каким это делом?
— Мясца на вас много. Им надолго хватит.
— А может быть, все не так страшно? — высказала предположение Софья. — Может быть, господин Рабенбауэр преувеличивает?
— А вы подите проверьте, — огрызнулся Райнер-Вернер.
Софья зябко повела плечами: отправляться в пасть к злобным тварям ей явно не хотелось. Ни ей, ни кому-либо другому.
— А если подослать к ним вашу собаку? — цинично поинтересовалась у меня Tea. — В качестве, так сказать, отвлекающего маневра?
Я представила несчастную плешивенькую Ксоло в окружении огромных псов и даже затряслась от негодования.
— Да вы просто эсэсовка, дорогая Tea! — Как и все крупные женщины, Минна была сентиментальна и чрезмерно впечатлительна. — Отдать такую крошку на растерзание!
— Вашим читателям это вряд ли бы понравилось, — добавила Софья. — Тем более что их и так не много… Потеряли бы последних!
Tea смутилась:
— Я просто ищу приемлемые варианты…
— Вариантов не слишком много. — Неуемный Чиж снова перехватил инициативу. — Можно, конечно, отправиться в обход — через террасу, озеро и лес. От дома до основной трассы по прямой не больше пятнадцати километров…
— Вы предлагаете проделать этот путь пешком? Ночью, в метель? А если на шоссе не будет машин? Пятнадцать километров плюс еще двести пятьдесят — до Питера. Лучше уж остаться и заняться проводкой. Когда должна приехать ваша съемочная группа?
— Завтра, в первой половине дня. В двенадцать, если быть совсем точным.
— Ну, до утра мы продержимся…
— Я на вашем месте не была бы настроена столь оптимистично, дорогая Tea. — Жанр мистического триллера с детективной начинкой развратил Минну Майерлинг до предела. — Телефоны обрезаны, хозяин исчез, прислуга пропала, собаки перекрыли все пути к отступлению… И к тому же — в наличии труп!
— И что это, по-вашему, значит?
— А если труп не последний ?
— Как это — не последний?
Воспользовавшись зловещей тишиной, повисшей в зале, Минна обратилась к деморализованному всем происходящим режиссеру:
— Откуда вы вообще выкопали этого типа, Фараххутддин? Этого господина Улзутуева с его вотчиной? Фара некоторое время сосредоточенно молчал.
— Видите ли… Полгода назад я снимал рекламный ролик о его фирме. “Облачиться в мех — не грех”.
Черт возьми, я прекрасно помнила этот дурацкий ролик — “Облачиться в мех — не грех”. Центральный персонаж ролика — плюгавый мужичок в сюртуке и с кружевным жабо — радостно сообщал зрителям, что он не кто иной, как Леопольд фон Захер-Мазох. После чего предлагал всем желающим купить у него свежее издание “Венеры в мехах”. Но стоило только камере наехать на “свежее издание”, как оказалось, что этот катехизис мазохизма без зазрения совести подменен вульгарным каталогом меховых изделий. Более бездарной рекламы я за всю свою жизнь не видела.
— Потом было еще несколько заказов… А когда господин Улзутуев узнал о съемках этой программы, он, как страстный поклонник детектива, сам предложил помощь. Сказал, что мы можем полностью отснять ее у него в доме.
— И вы согласились?
— А вы бы не согласились? Тем более что от его фирмы предполагались презенты участницам.
При упоминании о презентах беллетристки оживились.
— И что же это за презенты? Набор писателя? — высказала предположение Минна. — Блокнот из кожзама и гелевая ручка?
Фара отрицательно покачал головой.
— Неужели, блокнот из натуральной кожи и ручка “Паркер”? — повысила ставки Tea. Фара замотал головой сильнее.
— Горжетки из рыбьего меха? — сострила Софья.
— Шубы! — секунду покочевряжившись, сообщил режиссер. — Шубы для признанных мастеров жанра.
— И где эти шубы? — У мулатки Tea загорелись глаза. Да и все остальные выглядели не лучше: лихорадочный румянец на щеках, распаленные губы, капли пота на лбу.
Только известие об издании собрания сочинений за рубежом с последующей экранизацией в Голливуде могло привести их в столь экзальтированное состояние.
— Где же эти шубы? — переспросили у Фары все трое.
— Видимо, там же, где и сам хозяин, — хмыкнул Петя Чиж. — Нигде.
Это — довольно циничное — замечание сразу же остудило пыл писательниц. Они сникли и снова вернулись к обсуждению животрепещущей темы: что может значить опустевший дом и как выбраться из западни.
И стоит ли серьезно относиться к предположению Минны “А если труп не последний?”.
Предположение могло стать реальностью в одном-единственном случае: если бы Дымбрыл Цыренжапович Улзутуев, этот Ланселот Озерный, этот почтенный глава почтенной фирмы, оказался маньяком. И не просто маньяком, а маньяком изобретательным, маньяком с огоньком, маньяком, питавшим слабость к детективам и их авторам.
Теперь уже ни у кого не вызывало сомнений, что Канунникову отравил исчезнувший Ботболт. Он принес шампанское из кухни, он передал Аглае бокал, и он же ретировался, как только дело запахло керосином, предварительно лишив все общество связи с внешним миром. Ботболт, судя по его дубленой физиономии, больше похожей на задницу слона, до такого самостоятельно вряд ли бы додумался. Следовательно, за ним стоял кто-то еще.
А именно — пушной князек, любитель детективов, тайша Дымбрыл.
— Интересно, почему он начал с нашей дорогой Аглаи? — спросила Минна.
— Убрал самую толковую, — процедила Tea: не для того, чтобы польстить покойной Канунниковой, а для того, чтобы уязвить оставшуюся в живых Майерлинг.
— Вот именно. — Софья чуть не плюнула с досады. — И здесь она умудрилась всех обставить. Проскочила первая…
Но развить тему не удалось.
Провозвестник бесплатной раздачи шуб Фара, до этого выступавший лишь бесплатным приложением к горке с посудой, неожиданно хлопнул себя по лбу и расхохотался.
— Мобильник! — заорал он. — Мобильник, ну конечно же! Как я мог забыть! У меня же мобильник!.. Он наверху, в комнате!..
По залу пронесся ветер надежды.
— Вы идиот, — пропела Минна.
— Ненормальный, — пропела Tea.
— Полный кретин, — заключила Софья. — Отправляйтесь за ним немедленно!
Ознакомительная версия. Доступно 12 страниц из 74
