Удар приманки - Ник Картер

Хок напомнил о важности «круглого колышка» (шифровального устройства), который Ник носил с собой, и отключился. Ник задумчиво разобрал аппаратуру. Хок ни словом не обмолвился о звонке. Более того, он спросил, со Стефани ли Ник — если бы он звонил ей утром, он бы это знал.

Стефани солгала. И что еще хуже — у нее был доступ к сверхсекретному номеру Хока. Зачем ей так нагло лгать, понимая, что Ник все проверит?

Ник оглядел комнату: чемодан Стефани исчез. Вещи не были распакованы. Он бросился в столовую — её там не было. На ресепшене клерк с удивлением подтвердил: — Ваша жена? Да, она выписалась всего несколько минут назад. Швейцарец за окном хранения багажа добавил, мечтательно закатив глаза: — О, синьор, она была здесь. Такая... как это по-английски? Очень милая.

Швейцар у входа, поглаживая чаевые, сообщил, что дама села в такси, но адреса он не слышал.

Ник вернулся в бар и заказал бурбон. Картина прояснилась: она лгала ему в лицо, пока её чемоданы уже ждали внизу. Она выиграла время, чтобы скрыться. «Я проверю её биографию еще раз», — решил Ник. Подделать документы дочери старого друга не так уж сложно, если знать, что ищешь.

Ник вспомнил свои сомнения по поводу убийцы-курьера. Он был убежден, что киллер все еще где-то рядом. И теперь в его голове пульсировала одна и та же мысль: «А кто сказал, что убийца — мужчина?»

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Остаток дня Ник провел в поисках. Лишенный новой информации по основному заданию, он сосредоточился на Стефани. Он решил разыскать такси, которое увезло ее утром. Задача казалась простой лишь в теории — парк машин был огромен, и Нику пришлось потратить несколько часов, опрашивая водителей.

Ему не раз предлагали показать фото «жены», но он обходился лишь словесным описанием. Итальянские таксисты, едва заслышав о красоте женщины, тут же начинали сочувствовать «бедному мужу», пока, наконец, один из них не узнал Стефани. — Красавица! — протянул он, явно гордясь своим английским. — Вы помните, куда ее отвезли? — Конечно, синьор. Садитесь, я доставлю вас туда. Не бойтесь, вы ее поймаете!

Ник ожидал поездки в аэропорт, но лимузин остановился спустя полчаса у небольшого, неприметного отеля. — Вот здесь, синьор, — водитель ухмыльнулся, уверенный, что помогает обманутому супругу настигнуть неверную жену. — Она зашла прямо туда.

Щедро расплатившись, Ник не стал заходить в вестибюль. Риск столкнуться с ней в лифте или холле был слишком велик, а спугнуть ее раньше времени не входило в его планы. Он перешел улицу и устроился в маленьком кафе с видом на вход в отель.

Заказав кофе с бренди, Ник прождал два часа. Он знал: ни одна женщина не просидит в душном номере итальянского отеля весь вечер, не захотев выйти подышать воздухом. И он не ошибся. Двери открылись, и на улицу вышла Стефани. Она шла неторопливо, без багажа — видимо, просто на прогулку или ужин.

Теперь сомнений не было: она обосновалась здесь. Ник дождался, пока она скроется за углом, поймал такси и вернулся в свой отель. Время игр в «кошки-мышки» закончилось. Пора было снова вызывать Хока и выяснять, кто же на самом деле эта «дочь друга», ставшая его тенью.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

— Когда я просил тебя чаще выходить на связь, N3, я не думал, что ты поймешь меня так буквально, — проворчал Хок, когда его лицо снова появилось на экране. — Обстоятельства изменились, — сухо ответил Ник. Он сообщил, что Стефани Кларк съехала из отеля и исчезла в неизвестном направлении.

Хок воспринял это с удивительным спокойствием. Он предположил, что девушка либо остыла в своей жажде мести, либо решила, что убийца её отца уже мертв. — Теперь она не путается у тебя под ногами, — резюмировал Хок. — Возможно. И все же, я настаиваю на повторной проверке её биографии. — Я уже проверял её, когда ты впервые упомянул о ней, — в голосе Хока послышалось раздражение. — Девушка именно та, за кого себя выдает. Забудь о ней и займись делом.

Хок продиктовал три имени и адреса в Риме — людей, к которым Антон Лектор мог обратиться за помощью. Ник послушно записал их, хотя внутренний голос твердил ему, что это лишь очередные пешки в чужой игре.

Странное поведение Хока не давало Нику покоя. Старик задавал нетипичные вопросы, пытался «поддержать разговор», что было совершенно на него не похоже. Когда Ник честно признался, что не чувствует себя ближе к цели, чем в день отъезда, по лицу Хока пробежала странная тень.

«Старик ведет себя странно, — подумал Ник, отключая связь. — Всё это дело пахнет подставой». У него возникло гнетущее чувство, что его «вывесили сушиться» — оставили одного на растерзание обстоятельствам, лишив поддержки.

Ник посмотрел на рисунки Лектора, которые он хранил как единственный реальный след. Кто-то методично подбрасывал их ему, словно карту, ведущую к сокровищу... или к могиле. Он решил довериться случаю и нанять таксиста, чтобы проверить адреса из списка Хока. Но теперь он знал: верить нельзя никому — ни прекрасной Стефани, ни даже собственному шефу.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Ник отправился по первому адресу из списка Хока. Это был роскошный многоквартирный дом — похоже, в Риме у Лектора были связи иного уровня, чем в Женеве. Швейцар встретил его на безупречном английском, что сразу насторожило Ника: откуда такая уверенность в языке гостя? Тем не менее, его беспрепятственно пропустили в квартиру 1130 к Антонио Белломо.

Поднявшись на 11-й этаж, Ник выскочил из лифта с «Вильгельминой» в руках, но коридор был пуст. В квартире Белломо царила стерильная чистота — современная мебель, задернутые шторы и... полное отсутствие хозяина. Единственной зацепкой стало мусорное ведро: три скомканных рисунка. Один из них изображал две фигурки на фоне монумента Вашингтона. След вел в США.

Спускаясь вниз, Ник заметил неладное: швейцар исчез, оставив фуражку на столе, а его такси у входа испарилось. Ни один водитель не бросил бы клиента, обещавшего щедрые чаевые. Едва Ник подошел к стеклянной двери, снайпер открыл огонь. Первая пуля прошла на уровне головы. Ник нырнул за стойку швейцара. Град пуль разнес стеклянные двери вдребезги.

Ник оказался заблокирован в вестибюле. Единственный путь — лифт, но он закрыт на ключ. Найдя ключ за стойкой, Ник реализовал самоубийственный план: толкая стол перед собой