— Это «Поросенок-свистун». Надеюсь, вам понравится.
Катрина с благодарностью приняла напиток, а Винсент вернулся к своему собеседнику. Девушка отхлебнула пиво и принялась осматриваться, пытаясь определить, здесь ли Зак, и тут услышала, как кто-то совсем рядом со смешком произносит его имя. Похоже, ее горе-попутчик служит здесь привычным объектом для насмешек. Говорящим оказался учитель музыки по имени Грэм — обладатель огромной копны рыжих волос, закрученных усов и пышных бакенбард.
— В общем, он сходил к барной стойке и вернулся, — вдохновенно продолжал рассказчик. — Мы в это время зависали в салоне, дулись в «Двойного дракона» на игровом автомате. И вот я надираю всем задницу, да и Зак тоже неплохо справляется, и вдруг ни с того ни с сего этот долбаный кретин заблевывает весь автомат! — Грэм снова рассмеялся. — Черт, ну что ты будешь делать! Наверное, сюда его больше не пускают.
— Похоже, анафему с него сняли, — заметила Моника, стоявшая рядом с Грэмом. — Когда я ходила в туалет, видела его за бильярдным столом.
— Готов поспорить, играл он сам с собой, — отозвался учитель музыки. — Кто этого зануду вытерпит!
Катрина извинилась и вернулась в большой зал. Как оказалось, бильярдные столы стояли возле входа, по соседству со столом для аэрохоккея. На эту часть зала она вначале попросту не обратила внимания.
Девушка направилась к столам и обнаружила, что Зак развлекается не игрой в бильярд, а метанием дротиков. Он явно заметил ее приближение, однако виду не подал и продолжал один за другим кидать дротики в пробковую мишень.
Катрина подошла к нему:
— Привет, Зак.
— Привет, — отозвался парень, по-прежнему избегая смотреть на нее.
Я подумала, почему бы нам не переговорить с глазу на глаз.
— За чем же дело стало? — пожал он плечами и метнул очередной дротик.
— Слушайте, — Катрина покосилась на стол учителей, — не знаю, что произошло тогда на шоссе, да мне и дела нет. Давайте просто забудем об этом. Начнем с чистого листа, хорошо?
— С чистого листа, вот как? Хм, даже не знаю.
— Что значит даже не знаете? — нахмурилась девушка.
— С чистого листа… Не так уж это и просто. — Зак бросил еще один дротик.
— Зак, вы издеваетесь? — прошипела Катрина.
— Издеваюсь? — Последний дротик поразил мишень. Пятнадцатый сектор на внутреннем узком круге принес парню сорок пять очков.
— Да вы хоть помните, что произошло в машине?
Парень наконец-то удостоил собеседницу взглядом:
— Помню, что меня выставили из тачки под проливной дождь. Черт, такое не забудешь!
— Вы не выходили, когда я вас просила, да еще попытались прикоснуться ко мне.
— Ничего подобного! Я не пытался.
— Слушайте, как я уже сказала, мне до этого дела нет. Что было, то было. Давайте просто позабудем об этом.
— Я требую извинений, — заявил Зак.
Катрина уставилась на него, не веря своим ушам.
А он наполнил кружку из кувшина — который, судя по всему, методично опустошал в гордом одиночестве — и, не отрывая от девушки глаз, принялся потягивать пиво.
— Вы требуете извинений? — наконец выдавила та.
— За то, что выгнали меня из машины. — С этими словами Зак направился к мишени собирать дротики. В этот момент к соседнему бильярдному столу подошли двое учителей, постарше Катрины, — их имена она уже благополучно забыла — и установили шары в пирамиду.
— Хорошо, — выпалила девушка, когда Зак вернулся. Про себя она решила, что, раз уж ему так необходимы извинения, черт с ним, от нее не убудет. Ей просто хотелось предать забвению ту ночь на шоссе. — Извините, что выгнала вас из машины. Все, вы довольны?
— А теперь произнесите это так, чтоб я поверил в вашу искренность.
— Зак, да перестаньте же! — раздраженно зашептала Катрина. — Это вы… — Она бросила взгляд на учителей за бильярдным столом. Один, с эспаньолкой и в очках, прицеливался кием, низко склонившись над сукном, другой, с пивным брюшком и красным носом, внимательно наблюдал за соперником. Девушка продолжила еще тише: — Это вы должны передо мной извиняться!
— Куда вы поехали, после того как отделались от меня? — проигнорировав ее выпад, осведомился парень. — К озеру Уэнатчи вы ведь не свернули.
Катрина собралась было выложить правду, что живет вовсе не на озере, а здесь, в Ливенворте, однако шальной огонек в глазах Зака вынудил ее отказаться от благого намерения. Этот наглец по-прежнему страшно злился на нее. И если она признается, что просто соврала ему, чтобы выгнать из машины, наверняка выйдет из себя еще больше. Чего доброго, устроит сцену. А этого ей очень и очень не хотелось. Уж точно не здесь и не сейчас, не в окружении отводящих душу новых коллег.
— Я доехала до следующего съезда, — как можно небрежнее бросила Катрина.
— И повернули там обратно? — Зак издал отрывистый смешок. — За идиота меня держите, что ли?
К паре за бильярдным столом присоединился третий — парень в кричащей гавайской рубашке. Насколько помнилось Катрине, он представился учителем химии.
— Говорите потише, — проговорила она.
Зак, однако, и не думал сбавлять обороты:
— Вы всерьез полагаете, что я поверю, будто вы живете на озере Уэнатчи и каждый божий день таскаетесь в такую даль в школу?
Катрина с беспокойством заметила, что в главный зал вошла Моника. Оглядевшись, новая подруга заметила ее, помахала рукой и направилась к ним.
— Послушайте, Зак, — зашептала Катрина, про себя удивляясь, как же быстро она оказалась в роли защищающегося. — Если вас это так волнует, у меня два дома, один у озера, другой здесь, на Уилер-стрит. Теперь-то вы успокоитесь?
— А зачем вам два дома? — Он смотрел на нее с подозрением.
— Хватит об этом.
— Я вижу, зарабатываете вы гораздо больше моего!
— Хватит, я сказала.
Зак пожал плечами и двинулся прочь, как раз когда подоспела Моника.
— Похоже, спасать вас необходимости не возникло, — заметила она, глядя вслед удаляющемуся парню. — Вообще-то, ничего против него не имею. Но вы же слышали Грэма: Зак у нас любитель приложиться. Причем о-очень большой любитель.
Катрина лишь покачала головой. Сказать ей было нечего.
— И о чем вы тут болтали? — полюбопытствовала Моника.
— Да ни о чем, просто поздоровались.
— Ладно, идемте. — Девушка взяла ее под руку. — А то пропустите все веселье.
Они вернулись на террасу, как раз когда официант принес еще два кувшина с пивом. Катрина отхлебнула из своей кружки, немного поклевала совершенно безвкусный картофель фри и попыталась настроиться на беззаботный лад. То и дело она поглядывала на Зака, стоящего у другого конца стола и болтающего с какой-то учительницей.
Интересно, о чем он говорит? О ней? Об их встрече на шоссе? И если да, рассказывает ли правду или же собственную версию произошедшего?
Из раздумий Катрину вывел голос Моники: в городе несколько картинных галерей, не хочет ли она заглянуть в одну из них на выходных? Не подумав, Катрина согласилась. Внимание ее все так же было сосредоточено на дальнем конце стола.
Катрина встала и направилась в туалет, больше для того, чтобы избавиться от чрезмерной взвинченности: ощущение было такое, будто она перепила кофе.
Когда она вернулась, Зак поднялся и принялся стучать по кружке вилкой, привлекая внимание всех собравшихся.
— Тост за нашу новую учительницу, — объявил он и вскинул кружку, расплескав при этом пиво. — За Кэт!
Все тут же начали требовать от Катрины речь, и она неохотно встала, прочистила горло и заговорила:
— Спасибо, Зак. Как вы все знаете, сегодня мой первый день в Каскадской средней школе. И, насколько я могу судить по увиденному, это чудесное место для работы, полное замечательных людей. Уже предвкушаю близкое знакомство с вами и надеюсь на прекрасный учебный год впереди.
Учителя одобрительно закивали и захлопали.
Девушка уже собиралась сесть, как вдруг Зак, по-прежнему нависавший над столом, торжественно возвестил:
