«Зачистка»?
«Да, именно так. Они подметают это место с помощью какого-то электронного устройства. Мне сказали, что каждый день. Полагаю, никогда нельзя быть слишком осторожным».
Чатем увидел, как на лице Блоха появилось сомнение, но оно, казалось, исчезло, когда он спросил: «Кто-нибудь в вашем правительстве знает, что вы здесь?»
«Нет, — признался Блох, — если не считать двух пилотов, которые доставили меня сюда. И я должен сказать вам, «добавил он застенчиво, «я въехал в вашу страну этим утром с… не совсем точным паспортом. Извините.
Чатем отмахнулся от этого, махнув рукой. «Что привело вас сюда? В частности, почему Скотленд-Ярд, а не Министерство иностранных дел, или что-то в этом роде?»
«Мне придется объяснить подробнее, инспектор. Видите ли, я больше не директор Моссада. Сегодня я был вынужден подать в отставку».
«Идешь ко дну вместе с кораблем вашего премьер-министра, да?»
«Так сказать», - проворчал Блох. «Моя отставка не является публичным документом. Мы держим это при себе по ряду причин, но я не возражаю, если вы захотите передать это в свою МИ-6.»
Чатем кивнул в знак признательности за этот жест.
«Инспектор, я здесь, чтобы помочь вам найти это второе оружие».
«Понятно. И откуда именно это взялось?»
«Как мы объяснили вчера вашему послу в Тель-Авиве, оружие было южноафриканского производства. Кроме того…» Блох увильнул. «Инспектор, я больше не представляю свое правительство. Я бы предпочел не вдаваться в то, как все это произошло и почему.»
Чатем смягчился. «Я вижу, что вы пошли и поставили себя в неловкое положение, поэтому я приму любую информацию, которую вы можете предложить».
«И я хотел бы сохранить свой визит сюда в тайне».
«Очевидно. Вот почему вы появились у стойки администратора внизу и представились по имени, а не по должности. Никто в здании вас не узнал бы, и мало кто смог бы связать ваше имя. Прямой, но ненавязчивый, «одобрительно сказал Чатем.
«Спасибо за понимание. Тебе уже повезло?»
«Находишь оружие? Нет. Но я разговаривал с вашим человеком Слэтоном.»
Блох был явно удивлен: «Вы нашли его?»
«Что ж, я должен признать, что это он нашел меня. Когда я вернулся домой прошлой ночью, он ждал меня с американкой».
«Доктор, тот самый, который вытащил его из океана?»
«Да, доктор Кристин Палмер. Слейтон попросил меня взять ее под охрану».
«И ты это сделал?»
«Конечно». Четэм кивнул в сторону двери. «Она прямо по коридору». Он внимательно наблюдал за реакцией израильтянина.
«Какая она из себя?»
«Привлекательна», - поймал себя на том, что говорит Чатем. «Слейтон настаивает, что она совершенно невиновна во всем, что происходило».
«Может быть, я мог бы поговорить с ней позже», - предложил Блох.
Ответ Чатема был бесцеремонным: «Возможно».
«А как же Слейтон?»
«Мы все еще ищем его. Мы выследили его на маленькой ферме за Сент-Айвзом, в Кембриджшире».
«Ты его не поймаешь».
«Время покажет», - возразил Чатем. Призраки всегда были слишком самонадеянны. «Он выдвинул довольно невероятную версию наших недавних событий».
«Тогда ты, должно быть, знаешь обо всем этом больше, чем я».
«Возможно. Но я думаю, что было несколько деталей, которые он пропустил».
«Я хотел бы услышать все», - предложил Блох. «Возможно, я смогу заполнить пробелы».
Чатем разглядывал своего гостя, прикидывая возможности. Подослали ли исраэли Блоха выяснить, что известно Ярду? Что предложит Блох — правду или тщательно продуманный сценарий? У Чатема просто не было времени размышлять обо всех последствиях. Будь он более склонен к саморекламе, возможно, поддался бы профессиональному риску разглашения конфиденциальной информации иностранному гражданину. Вместо этого он обладал необычным мышлением. Мышление находить свою добычу за минимальное время. Находясь на два шага позади Слейтона и, вероятно, еще дальше от второго оружия, Чатем решил, что пойдет дальше, внимательно выслушает и позже решит, доверяет ли он тому, что Блох может добавить к головоломке.
На то, чтобы рассказать обо всем, ушло двадцать минут, Блох задавал вопросы и время от времени заполнял пробелы. Позже у Чатема появились свои вопросы.
«Вы говорите, что нашли эти электронные маяки, которые были установлены на Polaris Venture?»
«Да, на глубине одиннадцати тысяч футов. Но не на корабле».
Чатем сопоставил это с тем, что рассказал ему Слейтон. Он был поражен неотвратимой красотой плана. «Итак, вот вы где. Прекрасный обман. Кто-то спрятал эти маяки на большой глубине, предполагая, что после этого вы сочтете оружие утерянным и недосягаемым. В некотором смысле, безопасным».
«Верно. Но мы наконец-то сделали что-то правильно, продолжив поиски. Кроме этого, мы мало что знаем. За исключением того, что Слейтон появился здесь, в Англии, и уничтожает наш британский контингент.»
«Но если Слейтон разгуливает повсюду, убивая ваших людей, то разве не разумно предположить, что он один из тех, кто несет ответственность за кражу оружия?»
Блох мрачно заговорил: «Официально у моего правительства нет сомнений. Слейтон — виновная сторона. Но если вы спрашиваете меня, я не могу в это поверить. Я знаю его, инспектор. Он последний человек, которого я когда-либо ожидал бы выдать».
Внезапно зазвонил телефон, и Чатем отложил этот ответ для дальнейшего рассмотрения. На линии был сам комиссар, и Чатем немедленно перевел своего начальника в режим ожидания. Он прикрыл рукой трубку и обратился к Блоху: «Извините, это может занять несколько минут. Я сомневаюсь, что комиссару показалось бы забавным, что глава шпионской службы другой страны слоняется без дела в моем кабинете.»
«Бывший руководитель».
«Верно. Как долго ты пробудешь здесь, в Лондоне?»
Блох пожал плечами: «В моем расписании внезапно стало совсем пусто. Я останусь, пока смогу помогать. То есть, если меня не депортируют. Ты же знаешь, я здесь нелегально».
Чатем подмигнул. «Я позабочусь об этом. А Дарк предоставит тебе место для ночлега.
«Спасибо». Блох задумчиво добавил: «Знаете, инспектор, я хотел бы поговорить с Дэвидом. Думаю, он доверял бы мне настолько, чтобы рассказать все, что знает». Он позволил этому всплыть на мгновение, затем, очевидно, подумав, добавил: «О, и как вы думаете, я мог бы переговорить об этом с доктором Палмером?»
Чатем уже принял решение по этому поводу. Он демонстративно посмотрел на часы на стене, которые показывали десять минут двенадцатого. «Первым делом с утра».
Слейтон прибыл на базу незадолго до восхода солнца. Он был разочарован своим выбором времени, прибыв слишком поздно, чтобы предпринять ход в предрассветные часы, что является предпочтительным графиком для нападения на ничего не подозревающего противника. Упустив этот шанс, Слейтон дал себе передышку. Прошлой ночью он, по сути, пробежал марафон после небольшого отдыха в последние три дня. Он чувствовал, как быстро подступает усталость, подтачивая его силы и, что более зловеще, затуманивая мысли. Уверенный, что находится за пределами зоны непосредственных поисков Чатема, он позволил себе немного вздремнуть в густой, тихой роще деревьев, возвышающейся над постом.
Это продолжалось почти два часа. Незадолго до восьми шум, пыль и дизельные выхлопы разорвали неподвижный утренний воздух. Три грузовика с солдатами неуклюже подкатили к главным воротам, где в маленькой сторожке на стуле, ссутулившись, сидел один-единственный охранник. Слейтон наблюдал, как охранник вышел из хижины, чтобы обменяться непристойностями со своими уходящими товарищами. Когда грузовики скрылись из виду, мужчина быстро вернулся в тепло своего убежища.
119-я полевая эскадрилья королевских инженеров, расположенная в миле от деревни Аппингем, не была объектом строгого режима. Солдаты здесь были саперным полком, контингентом, время которого тратилось на строительство временных лагерей, мостов, дорог и взлетно-посадочных полос. Конечно, в первую очередь они оставались солдатами, вот почему основная часть отряда была отстранена от своих обычных обязанностей и, в чем Слейтон был совершенно уверен, отправлена на тридцать миль на юго-восток обыскивать кусты для Скотленд-Ярда.
