— Спасибо, ребята, — с чувством ответил Стивен. — Вы не представляете, как я благодарен вам за все, что вы для меня сделали.
— Представляем, — смущенно улыбнулась Сью, которая всегда чувствовала себя неловко, когда ее хвалили. — В общем, держи нас в курсе.
Поднявшись в свою комнату, Стивен позвонил Талли и рассказал ей о событиях прошедшего дня.
— Счастливчик, — отозвалась Талли. — А я валюсь с ног — даже не было времени пообедать.
— Наша государственная служба здравоохранения — предмет зависти всего мира, Талли.
— Да-да, особенно на расстоянии, Данбар, — проворчала та. — Кстати, о расстояниях — насколько велика вероятность того, что мы сможем встретиться в ближайшем будущем? Или у тебя больше нет времени для женщины номер два в твоей жизни? — Прежде чем он успел ответить, она продолжила: — Прости, Стивен. Это было несправедливо. Я знаю, для тебя все это также трудно, как и для Дженни.
— Я уверен, что вы поладите.
— А я уверена, что она замечательный ребенок.
— Но?
— Никаких «но». Я просто подумала, что не стоит торопить события, вот и все. Не хочу оказываться рядом с ней, куда бы она ни шагнула. Ей нужно время побыть наедине с папой, а мне нужно время побыть наедине со своим мужчиной. Давай не будем торопиться играть в «счастливую семью».
— Хорошо…
Попрощавшись с Талли, Стивен погрузился в невеселые размышления. Лежавший на прикроватном столике телефон просигналил, что пришло сообщение. Стивен надеялся, что это Талли желает ему спокойной ночи, но ошибся. Сообщение было от дежурного офицера «Сай-Мед». Отпуск Стивена закончился, и ему надлежало первым самолетом вернуться в Лондон.
Четырнадцать
Брайан Келли готовился выйти из дома. Он стоял перед зеркалом в прихожей, изучая свое отражение, поворачиваясь то так, то этак, и, судя по всему, был весьма удовлетворен увиденным. Центнер живого веса с внушительным «пивным» животиком, обтянутым футболкой с логотипом футбольной команды Глазго, заправленной в давно не стираные джинсы. В качестве дополнительного символа верности любимой команде вокруг шеи был обмотан клубный шарф. Ансамбль довершала суконная кепка в цветах команды.
— Уйдешь ты наконец? — проворчала Мэй, проходя мимо. — С кем играют сегодня?
— С Абердином. Мы разгромим их и еще наберем шесть очков сверху.
— Надеюсь, — сказала Мэй, которой на самом деле было все равно, но она считала, что Брайан в хорошем настроении — это лучшая перспектива, чем Брайан в плохом настроении.
— До встречи!
Но едва Брайан взялся за дверную ручку, как раздался звонок. За дверью стоял парень в форме солдата морской пехоты.
— Ух, как быстро вы открыли, — удивленно выдохнул он.
— Я как раз собирался выходить, — объяснил Брайан, борясь с эмоциями. Он узнал униформу и сообразил: парень того же возраста, что и его погибший сын.
— Меня зовут Джим Лесли. Мы с Миком были друзьями.
— О… да… да, — пробормотал Брайан. Все мысли о предстоящей игре улетучились. — Входи, сынок. — Он повернулся и позвал: — Мэй, тут пришел приятель Майкла!
Мэй поспешно вышла из комнаты с сияющим от радости лицом.
— Как хорошо, что вы зашли повидать нас, Джим! Вы издалека? Голодны? Давайте, я что-нибудь приготовлю. — Она повернулась к мужу. — Брайан, может быть, предложишь Джиму пива?
— Не волнуйтесь, миссис Келли, я не голоден, — отозвался паренек. — Я приехал в отпуск. Сегодня утром я выехал из базы в Арброте — еду к своей девушке в Солфорд, и решил заглянуть к вам по дороге.
— Я рада, что ты так решил, сынок, — улыбнулась Мэй.
— Ага, — подхватил Брайан, — молодец! Ты уверен, что не хочешь пива?
Лесли с улыбкой отклонил предложение.
— Ты хорошо знал Майкла? — спросила Мэй.
— Мы с Миком познакомились в Афганистане. Когда идешь в дозор с человеком, сходишься с ним очень быстро — ты должен доверять парню, который прикрывает тебе спину, если вы понимаете, о чем я. Мы быстро сдружились. Он часто рассказывал о вас… и о своей сестре Морин и ее ребятишках. Мик очень гордился тем, что у него есть племянники.
— Тесс и Кэлам обожали его, — сказала Мэй, и ее глаза наполнились слезами.
— Для вас это, наверное, было ужасным потрясением, — сочувственно произнес Лесли.
— И не говори, — кивнул Брайан.
— Что вы знаете о смерти Мика?
Этот внезапный вопрос, совершенно неожиданный в контексте этой «утешительной беседы», застал чету Келли врасплох.
— Ты о чем, сынок? — поднял брови Брайан.
— Что вы знаете об обстоятельствах смерти Мика?
Брайан пожал плечами, чувствуя себя неуютно. Его охватили дурные предчувствия.
— Только то, что нам сообщили: он умер в полевом госпитале от раневой инфекции, против которой не помогло никакое лечение.
— Кстати, тот офицер так и не пришел ко мне больше, — прервала его Мэй, задумчиво глядя вдаль. — Он обещал, что выяснит, сказал ли Майкл что-нибудь перед смертью, но так и не выполнил обещание…
— Тот парень рассказал вам, в каких обстоятельствах Мик получил ранение?
Брайан покачал головой.
— Мы спрашивали его, но он сказал, что не в курсе. Толковал, что ранения были нетяжелые, и что на самом деле Мика убила инфекция.
— Перед смертью он возвращался в Великобританию.
Брайан и Мэй уставились на гостя в немом удивлении, которое очень быстро сменилось растерянностью.
— Мы об этом не знали!.. Он не сообщал нам, что возвращается сюда. И домой не заезжал.
— Вряд ли у Мика была такая возможность, — сказал Лесли. — Все это делалось в большой спешке. Он и мне тоже отказался рассказывать, даже после моих поддразниваний, что у него друзья важные «шишки» и что он на особом счету.
— А сколько он провел в Великобритании? — спросил Брайан.
— Примерно две-три недели, насколько я знаю. По моим расчетам, он как раз возвращался в часть, когда произошел этот… инцидент.
Интонация, с которой Лесли произнес последнее слово, вызвала в комнате напряженное молчание. Брайан внимательно посмотрел моряку в лицо.
— Что ты пытаешься нам сказать, сынок? — спросил он подозрительно.
Лесли выпрямился и развел руками.
— Я очень хотел бы говорить конкретнее, мистер Келли, но оказывается, что никто не знает, что произошло с Миком на самом деле. Как я уже сказал, он возвращался в часть, а потом вдруг нам сообщают, что он ранен и лежит в полевом госпитале. Я поехал туда, чтобы повидаться с ним, но когда я добрался до госпиталя, Мика уже перевели в больницу в Кэмп Бастион. А несколько дней спустя мне сказали, что он… умер.
— То есть, ты хочешь сказать, что обстоятельства, при которых он был ранен, вызывают подозрения? — уточнил Брайан, начиная злиться. — Его что, подстрелил кто-то из своих? Ты об этом толкуешь? — Он произнес это с таким отвращением и злобой, что Лесли даже отпрянул. — А ну, скажи мне, сынок, здесь не обошлось без этих ублюдочных американцев… которые палят в людей сверху, чтобы спасти свою задницу?
— Нет, не думаю, что было именно так, мистер Келли. Но как бы то ни было, инцидент явно произошел до того, как Мик вернулся в часть, потому что мы его так и не увидели. Я бы точно знал, если бы он вернулся. Судя по всему, что-то произошло по дороге от аэропорта до нашего лагеря — но дорога из аэропорта очень оживленная и хорошо защищена. Если бы что-то случилось — была засада или произошел какой-то взрыв, или обстрел с воздуха — мы бы об этом услышали. Но нам не сказали ни слова, ни тогда, ни после, хотя на самом деле об этом только и должны были говорить… Абсолютная тишина! Это означает, что Мик был абсолютно один в тот момент… а где же тогда остальные, летевшие в том самолете? Здесь что-то не так, но все упорно молчат.
— Значит, нам рассказали не всю историю, сынок, — пробормотал Брайан. — Ну, вот что… я собираюсь добиться правды!
Мэй промолчала, но по ее выражению лица было ясно, что она предпочла бы не расследовать историю, в которую оказалась замешана.
