"Современный зарубежный детектив". Компиляция. Книги 1-33 - Блэкхерст Дженни

– Маню! На помощь! Изри ранен, а дверца не открывается!

Она не замечает, что орет.

– Спокойно, Тама, – приказывает Маню. – Объяснись…

Тама делает вдох.

– Из в машине, он тяжело ранен, а я не могу открыть дверь!

– Машина у дома?

– Нет, за две улицы. Улица Либерте!

– Никуда не уходи, я сейчас приеду. И успокойся.

Тама еще раз смотрит на лежащего без движения Изри. Неужели уже слишком поздно? Стекла тонированные, и ей не хватает света, чтобы понять, дышит он или нет. Она принимается плакать и припадает к машине:

– Ты не можешь меня бросить, Из! Не можешь…

Она долго плачет, а потом ищет что-нибудь тяжелое, чтобы разбить заднее стекло. Находит камень и собирается бросить его в стекло. Медлит. Шум разбудит соседей, которые наверняка вызовут полицию. А если та приедет раньше Маню, то Изри распростится со свободой… Поэтому она сдерживается и садится на тротуар. Кусает себе до крови пальцы, постоянно смотрит на часы.

Звук проезжающей машины. Маню?.. Наконец через четверть часа появляется огромный внедорожник. Маню паркуется сразу за «альфа-ромео» и выходит из машины. Тама бросается к нему и вцепляется Маню в рубашку.

– Вдруг он умер?! – всхлипывает Тама. – Маню, сделай что-нибудь!

– Спокойно, – шепчет Маню.

Он наклоняется, всматривается в стекло и пробует открыть дверцу. Потом достает из багажника железную трубу и разбивает заднее стекло. Тама сразу забирается внутрь и открывает дверь. Маню кладет палец на шею Изри.

– Живой.

Он хватает его под мышки, чтобы посадить вертикально.

– Ты же водишь? Садись за руль, я за тобой. Заедешь в сад поближе к дому, ясно?

Маню перекинул Изри через плечо и понес в дом, а потом положил на стол в столовой. Разорвал одежду, чтобы посмотреть, насколько серьезна рана, и я чуть не потеряла сознание. Не из-за вида крови, нет, я на секунду подумала, что Изри погиб.

Маню промокнул края раны, чтобы получше ее рассмотреть, и сказал, что в Изри стреляли. Я заорала, что нужно вызвать врача, но Маню запретил. Тогда я взяла телефон, но он выхватил его у меня из рук:

– Позвонишь, и Изри больше не увидишь. Ты этого хочешь? Так что успокойся и предоставь все мне.

Маню куда-то позвонил, и спустя полчаса пришел какой-то человек. Я сразу поняла, что это врач.

Я стою около стола и помогаю спасать Изри. Врач вколол ему болеутоляющее, вытащил пулю и стал зашивать рану. Я передаю ему марлю и все, что нужно. Изри снова приходит в сознание. Я сжимаю ему руку так, что самой становится больно:

– Я здесь, любимый, я здесь…

Когда врач все закончил, то дал мне коробки с лекарствами и сказал, что и как принимать Изри, и еще объяснил, как обрабатывать рану.

– Думаю, поправится, – говорит он. – Но гарантировать не могу, он потерял много крови… А вообще, ему повезло… если бы пуля прошла в десяти сантиметрах правее, то он бы погиб.

Я закрываю глаза, а когда открываю, то вижу, как Маню протягивает врачу толстую пачку денег.

– Спасибо, док. Мы о нем позаботимся.

Врач уходит, Маню садится за стол напротив меня. Лицо у него осунулось, взгляд стал мрачным.

– Свари мне кофе, Тама.

Я через силу отпускаю руку Изри и возвращаюсь через две минуты с чашкой крепкого кофе.

– Найду сволочь, которая стреляла в Изри, и, клянусь тебе, мало этой мрази не покажется, – шепчет он.

Маню залпом выпивает кофе и смотрит мне прямо в глаза:

– Как ты его нашла? Он тебе позвонил?

– Нет… Почувствовала что-то и пошла искать…

– Серьезно? Ты ясновидящая, что ли?

– Не знаю.

– Если бы ты его не нашла, он бы умер. Умер, Тама, если бы не ты.

Я плачу и беру Изри за руку:

– Если он умрет, я тоже умру.

Маню вздыхает:

– Ладно, отнесу его в кроватку.

Одну руку он просовывает Изри под спину, другую под колени и поднимает его, морщась от усилия.

– Черт, да он целую тонну весит!

Нужно добавить, что он уже второй раз меньше чем за два часа куда-то несет Изри. Я убираю одеяло, и Маню кладет Изри на постель.

– Я останусь на ночь, – говорит он.

– Спасибо, Маню.

Он крепко меня обнимает.

– Ты молодец, Тама, – тихо говорит он. – Ему очень повезло, что ты у него есть…

Маню уснул в кресле, которое принес из гостиной. Я же прилегла рядом с Изри и всю ночь держала его за руку. Заснуть не получалось. Я постоянно думала о том, что сказал врач.

«Если бы пуля прошла в десяти сантиметрах правее, то он бы погиб».

Я чуть не потеряла Изри. Чуть не умерла сама.

Маню просыпается около семи утра. Он не сразу понимает, где находится. Потом потягивается и подходит к кровати.

– Просыпался? – спрашивает он.

– Нет… Так же не должно быть?

– Не волнуйся. Врач сказал, что вколол ему снотворное… Так что скоро придет в себя, я уверен. Я бы кофейку выпил…

– Сейчас приготовлю, – говорю я, вставая. – Есть хочешь?

– Ага.

Я иду в кухню, ставлю на поднос кофе, подсушенный хлеб, масло и варенье. Когда я захожу в комнату, Маню стоит на коленях у кровати и держит Изри за руку. В глазах у него слезы. Как только он меня видит, то быстро их смахивает и смущенно улыбается. Я опускаю поднос на кровать, и мы завтракаем в полной тишине.

– Знаешь, Тама, когда я познакомился с Изри, ему было шестнадцать лет. Я сразу понял, что он не такой, как другие ребята…

– А какой? – спросила я.

– Твердый и холодный, как камень. Было видно, что он много чего пережил… Но я почувствовал, что он человек честный. Честный. И что на него можно положиться. Что он не подлый… Понимаешь, о чем я?

– Прекрасно понимаю.

– И тогда я взял его под свое крыло, как говорится. И никогда об этом не пожалел. Не знаю, что произошло, когда он был ребенком, но…

– Даркави, – говорю я.

– Кто?

– Его отец. Он постоянно его бил. Дьявол во плоти. Мне бабушка Изри рассказывала…

– Гм… Я знал, что это как-то связано с его отцом. Но тот уже умер, так что…

– Умер?

– Мне Изри сказал, – уточнил Маню.

– Он же, кажется, ушел из дому и так и не вернулся. Никто не знает, где он, и тем лучше.

– Ну, для Изри он как будто умер.

– И теперь ему отец – ты.

81

Изри не встает с постели уже две недели. Я постоянно дежурю рядом, и Маню заходит каждое утро. Грег тоже приходил, он, кажется, потрясен тем, что произошло с его лучшим другом.

Изри страдает, но никогда не жалуется. Я его пою, кормлю, обмываю ему лицо и тело теплой водой. Он не захотел объяснить мне, что с ним случилось, но я уверена, что он все рассказал Маню, когда тот оставался с ним наедине. В общем, не так важно, кто в него стрелял. Важно, что убийца промахнулся.

Маню сообщил Изри, что тот жив только благодаря моей интуиции, и он ответил, что я его ангел-хранитель.

Сегодня должен прийти врач, и я жду его прихода, лежа рядом с Изри.

– Если бы не ты, меня бы уже похоронили…

– Тогда похоронили бы и меня, – отвечаю я.

– Не говори так, Тама! Если когда-нибудь меня…

Я прикладываю палец к его губам, и он замолкает.

– Этого никогда не будет. Слышишь? Никто и ничто нас не разлучит. Никогда.

Он целует мою ладонь и смотрит на меня с улыбкой.

– Потому что ты так ко мне привязана, да? – шепчет он.

– Потому что я тебя люблю!

– А… почему ты меня любишь?

Я секунду думаю и говорю:

– Потому что иначе не могу.

Это случилось зимой. А именно пятнадцатого января.

Мне было тринадцать лет, я ходил в школу. Я искренне радовался тому, что зимние каникулы завершаются, ведь я наконец смогу выйти из нашей проклятой квартиры. У меня появится весомая причина держаться подальше от отца.

В одиннадцать утра учитель математики Бармоль сказал, что я сделал ошибку в вычислениях, хотя это было вовсе не так. Я ему объяснил, что не прав он сам, но он ничего не хотел слышать. После каникул я вдруг понял, что, как бы хорошо я ни учился, Бармолю никогда не понравятся моя рожа и цвет кожи.