– Лана ее обожала, – снова заговорил Габриэль. – И Гайя ее тоже.
Казалось, он больше не боялся, что его гостья предпримет попытку бегства. А может быть, он намеревался продемонстрировать ей, что полностью контролирует ситуацию.
Третья гипотеза: он именно хотел, чтобы девушка попыталась бежать, и тогда пустился бы за ней в погоню. Но она не умела управлять лошадью, поэтому такое развитие событий было исключено.
Они ехали вдоль заброшенных полей, мотков колючей проволоки. Вдали показался лес. Девушка знала эту дорогу.
Она вела к вырытой для нее могиле…
90
Грег ведет себя хорошо. Со мной обходителен, я даже начинаю его ценить. И постепенно расслабляюсь.
Вчера он развел в камине огонь, и мы долго беседовали в гостиной. Он рассказывал мне об их с Изри детстве, и мне было приятно, что он о нем говорит. Он даже заставил меня расплакаться, а потом рассмеяться, а мне казалось, что с ним это невозможно. Надо заметить, что я немного выпила. Совсем чуть-чуть, но если я выпью даже каплю вина, то начинаю терять бдительность.
Так что я тоже ему кое-что рассказала. О Межде, Сефане и о том, что Изри ради меня сделал. О нашей жизни, о нашей любви. Грег знает, что Изри может выйти из себя, и об этом я ему тоже рассказала, не вдаваясь в подробности. А еще о Тристане, хотя и не добавила, что из-за Изри он оказался на больничной койке.
В общем, я не очень тороплюсь переезжать. Просто хочется побыстрее увидеться с Изри.
* * *
Тармони смог забежать на пару минут. Я наливаю ему портвейна, он проходит в гостиную и садится напротив Грега.
– Принеси льда, Тама, – бросает Грег.
– Сейчас…
Я иду на кухню и слышу, как мужчины тихо о чем-то беседуют. Это меня настораживает, и я быстро к ним возвращаюсь. Это я попросила Тармони зайти, я надеюсь, что он сумеет получить для меня разрешение на визит к Изри.
– Вы точно этого хотите? – еще раз спрашивает Тармони. – Вы отдаете себе отчет, какой это риск? Огромный риск…
– Меня это не волнует. Я больше не могу сидеть и ждать, – отвечаю я. – Слишком тяжело.
– Ладно, будем надеяться, что они не станут наводить справки и не узнают, что у вас поддельный паспорт… Но имейте в виду, что судья может отказать. Если речь идет о членах семьи, отказ надо обосновать, а если просто… Кстати, мать Изри получила разрешение.
Когда я узнаю, что Межда сможет увидеться с Изри, а я даже подойти к нему не могу, сердце у меня наполняется яростью и завистью.
– Но, насколько мне известно, она к нему еще не ходила, – добавляет адвокат, видя выражение моего лица. – Так что попробуем. И чтобы не подвергать вас опасности, говорить, что вы жили с Изри, не будем, просто скажем, что вы подруга детства. Я подготовлю обращение, в котором объясню, что ваше присутствие пойдет задержанному на пользу… Для этого мне нужны две ваши фотографии и копия паспорта. Если хотите, можете мне его отдать, и я сам все сделаю.
– Сейчас принесу! – говорю я, поднимаясь.
У себя в комнате я открываю бумажник, но паспорта не нахожу, поэтому вытряхиваю содержимое сумки на кровать. У меня перехватывает дыхание. Я возвращаюсь в гостиную, где мужчины опять о чем-то тихо беседуют.
– Не нашла! – вскрикиваю я.
– Как это? – удивляется Грег.
– В сумке лежал!
У меня текут слезы, и Тармони смотрит на меня с состраданием.
– Поищем в комнате, – предлагает Грег. – Когда найдем, я вам его принесу, мэтр.
– Отлично, – сочувственно произносит адвокат, допивая портвейн. – Мне пора.
Он уходит, а я возвращаюсь в комнату, где все переворачиваю вверх дном.
– Может быть, ты его еще дома забыла, – размышляет Грег.
– Нет! Он точно был в сумке…
– Успокойся. Завтра съездим в гараж и поищем в коробках…
– Но если я его забыла дома, то полиция его точно нашла…
– Ты права, – признаёт Грег.
Я падаю на кровать и закрываю лицо ладонями.
– Да ладно, Тама, не переживай… Я тебе новый паспорт сделаю, идет?
– Спасибо, Грег… Большое спасибо.
* * *
Я снова перерыла всю комнату. Но паспорта так и не обнаружила. Как будто сама судьба против меня… После ареста Изри паспорт мне ни разу не понадобился. Так что самое вероятное – он в руках полиции. Значит, у них есть моя фотография. Я спрашиваю себя, допрашивали ли они Между, показывали ли ей мое фото. И меня охватывают новые страхи. Вдруг меня ищут?
Так что теперь я меньше выхожу из дома и покупаю продукты в маленьком магазине за три улицы от дома. И ношу на голове платок, как истинная мусульманка.
Грег нашел, где сделать новые документы, но сказал, что этим особо никогда не занимался, поэтому нужно подождать.
Ожидание меня убивает.
Каждый день без Изри прожит зря.
Я купила себе книги, десятки книг. Но сил читать у меня нет. Не могу сосредоточиться.
На каждой странице – лицо Изри.
В каждом слове – четыре буквы его имени.
Но все книги я сложила у себя в комнате, их присутствие меня успокаивает. Как будто вокруг меня друзья. Безмолвные и понимающие.
Такие, каких у меня никогда не было.
У меня был только он. Изри был моей жизнью, моими днями и ночами. Моими мечтами и кошмарами. Он был моим рулевым, с Изри у моей жизни был смысл.
Он был центром моего мира, всего мира.
Он был землей, небом, воздухом. Водой и огнем, холодом и жарой.
Для него билось мое сердце, для него я улыбалась.
Сейчас он – мои слезы и моя печаль.
* * *
– Ну? – спрашивает Изри. – Что нового?
– На работе все путем, – отвечает Грег. – Мы смогли сде…
– Я не про работу, – резко прерывает его Изри. – Я о Таме.
– А… нормально все.
– Ты сделал, о чем я тебя просил?
– Ага. Но пока ничего интересного!
– Выкладывай.
– Я проследил за ней на этой неделе. Она села в автобус и всю вторую половину дня пробыла у какого-то чела.
Изри меняется в лице. Ужасно меняется. Руки судорожно сжимают край стола.
– Какого чела? – глухо спрашивает он.
Грег закуривает, тянет время.
– Рожай уже! – приказывает Изри.
– Да не знаю я!
– Как не знаешь?! – орет Изри.
– Спокойно, старик, спокойно, я наведу справки, лады?
– Откуда тогда тебе известно, что это именно мужчина?
– Ну, там частный дом был, и я посмотрел, что за имя на почтовом ящике.
– Так ты его имя знаешь! Чего же не говоришь?!
– Тристан Перез.
У Изри перехватывает дыхание. Сбываются его худшие страхи.
– Черт, – шепчет он.
– Знакомый?
– Ты должен сделать так, чтобы она его больше не увидела!
– И как это сделать?
Изри поднимает на него ужасающий взгляд.
– Как угодно. Но чтобы они больше не встречались, ясно?
– Яснее некуда, – вздыхает Грег.
– Если нужно, запрети ей выходить из дому. Не подведи меня.
– Хорошо… Ладно, мне пора. Скоро приду опять.
– Спасибо, брат.
* * *
В мой день рождения, когда мне исполнилось четырнадцать, я снова его увидел.
Даркави сидел на скамье в сквере. Он знал, что каждое утро я хожу этой дорогой в школу, и ждал меня.
Когда я его заметил, то почувствовал страх. Я остановился в двух метрах и в любой момент был готов убежать. Мы долго смотрели друг на друга, и тогда я увидел, что рядом с ним на скамейке лежит маленький сверток. Он встал и пошел прочь, оставив свой подарок. Как только Даркави отошел на достаточное расстояние, я сел на его место. Сверток разворачивать не торопился; меня удивило, что он вспомнил о моем дне рождения. В конце концов я разорвал оберточную бумагу и обнаружил под ней маленькую деревянную коробочку. Внутри лежало кольцо. Его кольцо. Крупное, из серебра, с этническим орнаментом.
Кольцо, которое оставляло следы, когда он хлестал меня по щекам. Я надел его на палец, оно было мне немного велико. Но с того времени я его больше не снимал.
