Майкл покачал головой, и я сделала вывод, что с Найтшейдом их не было.
Пифия. Ребенок.
Сердце забилось быстрее, когда я подумала о человеке, которого видела, о человеке, которого помнила.
Ты убил дочь Джуда. Ты убил Бо. Ты знаешь, почему тот символ был вырезан на мамином гробе.
– Чего ты нам не говоришь? – тихо спросила Лия. – Майкл?
Я не могла считывать эмоции Майкла так, как он понимал мои, но за ту секунду, которая понадобилась ему, чтобы ответить на вопрос Лии, его лицо изменилось так, что у меня сдавило грудь.
– Найтшейд вонзил Бриггсу какую-то иглу. – Майкл перевел взгляд с Лии на Дина и меня. – Ввел ему что-то. Они не знают что.
У меня пересохло во рту, шум в ушах нарастал. Яд.
Глава 62
Последний трюк в рукаве Найтшейда. Твое финальное шоу. Последнее выступление. Я боялась, что ФБР его не поймает. Но мне даже на секунду не пришло в голову бояться того, что может случиться, когда это произойдет.
Невозможно обнаружить. Нет противоядия. Мучительная смерть. Я не хотела вспоминать, что говорил Джуд о яде Найтшейда, но эти слова снова и снова по кругу повторялись в моей голове.
– Кэсси, – мрачно произнес Джуд. – Нужно поговорить.
О чем тут еще говорить?
Невозможно обнаружить. Нет противоядия. Мучительная смерть.
Губы Слоан беззвучно шевелились – она прокручивала в голове список всех ядов, известных человечеству. Дин стал пепельно-бледным.
– Он утверждает, что есть антидот, – сказал Джуд. Наш опекун не стал уточнять, кого имеет в виду. И так было ясно.
Найтшейд.
– И что ему нужно? – хрипло спросил Дин. – В обмен на антидот?
Я знала ответ – поняла его по тому, как он произнес мое имя, по тому, сколько раз я видела Найтшейда, сколько времени он провел, наблюдая за мной.
Моя мама сражалась до последнего. Она не хотела того, что вы хотели с ней сделать – что бы это ни было.
Я перевела взгляд с Дина на Джуда.
– Ему нужна я.
Я стояла перед односторонним зеркалом и наблюдала, как охранники вводят человека, в котором я узнала Найтшейда, в помещение по другую сторону. Руки у него были в наручниках за спиной. Волосы растрепаны. На лице проступал темный синяк.
Он не выглядел опасным.
Он не был похож на убийцу.
– Он тебя не видит, – напомнила мне агент Стерлинг. Она посмотрела на меня; у нее тоже были круги под глазами. – Он не может до тебя дотронуться. Он остается по ту сторону стекла, а ты здесь.
Джуд, стоявший позади, положил руку мне на плечо. Ты не хочешь, чтобы я оказалась в одной комнате с убийцей Скарлетт. Даже ради спасения Бриггса.
Стараясь не думать о Бриггсе, я сфокусировалась на человеке по другую сторону стекла. Он был старше, чем в моем воспоминании, – младше Джуда, но заметно старше агента Стерлинг.
Старше, чем была бы моя мама, будь она жива.
– Не спеши, – произнес Найтшейд. Хотя я знала, что он не может меня видеть, мне показалось, будто он смотрит прямо на меня.
У него добрые глаза.
У меня скрутило живот и неожиданно подступила тошнота, когда он произнес следующие слова:
– Я подожду, пока ты будешь готова, Кассандра.
Джуд слегка сжал мое плечо. «Ты бы убил его, если бы мог», – подумала я. Джуд не стал бы хуже спать, свернув этому типу шею. Но он не шевельнулся. Он молча стоял здесь, рядом со мной.
– Я готова, – сказала я агенту Стерлинг. Я не была готова, но такой роскошью, как время, мы не располагали.
Джуд посмотрел в глаза агенту Стерлинг и коротко кивнул. Стерлинг отошла в сторону и нажала на кнопку, превращая одностороннее зеркало в прозрачное окно.
«Ты видишь меня, – подумала я, когда взгляд Найтшейда обратился на меня. – Ты видишь Джуда. Твои губы слегка изгибаются».
Я старалась выглядеть как можно невозмутимее. Последняя карта. Последняя партия.
– Кассандра. – Казалось, Найтшейду нравится произносить мое имя. – Джуд. И непревзойденная агент Стерлинг.
Ты следил за нами. Ты наслаждался горем Джуда, горем Стерлинг.
– Вы хотели поговорить со мной? – произнесла я неестественно спокойным тоном. – Говорите.
Я ожидала, что человек по другую сторону стекла скажет что-то о Скарлетт, о моей матери или о Бо. Но он произнес что-то на неизвестном мне языке. Я взглянула на Стерлинг. Человек по другую сторону стекла повторил.
– Это редкая змея, – перевел он через несколько секунд. – Ее яд действует медленнее, чем у остальных. Найдите зоопарк, где таких держат, и у них будет антидот. Надеюсь, вы успеете вовремя. – Он снова улыбнулся, и от этой улыбки пробирала дрожь. – Мне всегда нравился ваш агент Бриггс.
Я не понимала. Этот человек – убийца – заставил меня прийти сюда. Он использовал свой единственный ресурс для шантажа, чтобы привести меня сюда, а теперь, увидев меня, он просто сбрасывал карты?
Почему? Если тебе нравилось мучить Джуда и Стерлинг, если тебе хотелось, чтобы они всегда ощущали вкус страха, горечь осознания, что те, кто им дорог, никогда не будут в безопасности, почему ты готов выдать противоядие для Бриггса?
– Вы врете, – сказала агент Стерлинг.
«Нужно было привести Лию, – подумала я. А в следующую секунду: – Не нужно было сюда приходить». Это ощущение зародилось где-то во внутренностях и расползлось по всему телу, так что руки и ноги отяжелели.
– Вру? – переспросил Найтшейд.
– Нет противоядия. Мучительная смерть. – Я невольно произнесла эти слова вслух, но не стала останавливаться после того, как они вырвались на волю. – Вы бы не сдали свой секрет просто так. Не так легко. Не так быстро.
Найтшейд задержал взгляд на мне на мгновение дольше.
– Есть пределы, – признался он, – тому, что можно рассказать. Некоторые тайны священны. Некоторые вещи человек уносит с собой в могилу. – Его голос стал низким, монотонным. – Но я ведь не говорил вам, что ввел агенту Бриггсу именно тот яд.
Тот яд. Твой яд. Твое наследие.
– Иди. – Джуд заговорил впервые с тех пор, как человека, убившего его дочь, ввели в комнату. Он посмотрел в глаза Стерлинг и повторил: – Он говорит правду. Иди.
Иди найди противоядие.
Спаси Бриггса.
– Мы закончили, – сказала Стерлинг и потянулась к кнопке на стене.
– Стойте. – Слова вырвались из моего рта. Я не могла отвести взгляда от глаз убийцы. Ты не просто так заставил меня прийти сюда. Ты ничего не делаешь зря – у всего есть причина.
Найтшейд улыбнулся.
– Я думал, – произнес он, – что у тебя ко мне есть кое-какие вопросы.
Теперь я видела, какую игру он ведет. Он заманил меня сюда. Остаться? Слушать его? Просить его ответить?
Это должна была сделать я сама.
– Иди, – повторил Джуд Стерлинг. Помедлив секунду, она послушалась и направилась к выходу, на ходу набирая чей-то номер. Джуд повернулся ко мне. – Кэсси, я хочу сказать тебе, чтобы ты не говорила больше ни слова, не слушала, не оглядывалась.
Но он не стал. Он не заставил меня уйти. Возможно, он сам не мог уйти. Ты сможешь посмотреть материалы, – сказал Джуд еще в самом начале. – Но ты не будешь делать это одна.
Теперь мы оба были не одни.
– Бо Донован. – Я повернулась к монстру, который терпеливо ждал нас по ту сторону стекла. Я не могла заставить себя выговорить другие слова, спросить о матери – пока еще не могла. И я не могла – и не стала бы – упоминать Скарлетт. – Вы убили его.
– Это был вопрос? – спросил Найтшейд.
– Ваши люди оставили его в пустыне пятнадцать лет назад.
– Мы не убиваем детей, – ровным голосом произнес Найтшейд.
«Вы не убиваете детей. – Они следовали этому правилу. Священный закон. – Но оставить его в пустыне, чтобы он умер сам, вам ничто не мешало».
– Кем был для вас Бо? Зачем растить его, если вы собирались его бросить?
