Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
отца, если даже они со Шварцем вообще не пробьются к острову – ну что ж, совесть у нее будет чиста: она хотела помочь и сделала для этого все, что могла…
Только ни в коем случае нельзя показать Шварцу, что ей страшно, что мурашки по спине бегают. Ему только и дай убедить ее оставить эту затею! Но судьба-то за нее: иначе разве появилась бы эта лодка в ту самую минуту, когда она так нужна?!
– Не передумала! – с вызовом бросила Василиса. – И не передумаю!
Шварц обреченно пожал плечами, сбросил кроссовки, закатал джинсы до колен, вошел в воду, схватил лодку за корму и подтащил к берегу. Обернулся:
– Ну что? Последний раз спрашиваю! Или вернемся?
– Я уже сказала! – прошипела Василиса сердито, чтобы заглушить страх. – Вперед!
– Тогда давай руку! – рявкнул Шварц и помог ей забраться в лодку. Забросил туда же свои кроссовки, потом оттолкнул невзрачную посудину подальше от берега, сам запрыгнул в лодку и, кое-как нацепив кроссовки на мокрые ноги, взялся за весла. Сделал всего каких-то два гребка – и сразу попал на волну, бегущую на стремнину.
– Хорошо, – буркнул, – быстро доберемся.
Василиса кивнула. Надо бы что-то сказать, похвалить Шварца, порадоваться, что они скоро окажутся на острове, но стыдно было врать. На самом деле ей ничего так не хотелось, как вернуться! Бил озноб, и она порадовалась, что надела легкую джинсовую курточку, хотя знобило вовсе не от холода. Скрывая свой страх, принялась демонстративно оттирать с ладони ржавчину. Ржавчина появилась, когда Шварц подал ей руку, помогая забраться в лодку.
– Слушай, а где ты так вымазался? – брезгливо спросила Василиса, опуская руки в воду и пытаясь смыть пятно.
– Да это когда я крышку закрывал, – ответил рассеянно Шварц, двигая веслами, но, на взгляд Василисы, как-то бестолково. Она хотела было попросить, чтобы греб побыстрей, однако его слова заставили насторожиться:
– Какую крышку?
– Да на бочке, – буркнул Шварц. – Чего, думаю, она открытая стоит? Непорядок.
– Что ты наделал?! – ахнула Василиса. – Я ее нарочно открыла!
– Зачем? Чтобы головастики вдохнули свежего воздуха? – усмехнулся Шварц.
– Нет, меня просили… кто-то просил… какой-то голос говорил, что может погибнуть, если я не открою крышку, и что я тоже могу погибнуть… – пролепетала Василиса, сейчас отчетливо понимая, как нелепо звучат ее слова, и ожидая, что Шварц обрушит на нее всю силу насмешек – и собственных, из пьес знаменитого драматурга. И он уже начал было с издевкой:
– Поздравляю, у меня из-за вас ум зашел за разум, как говорится в пьесе «Дракон». Ум! Ау! Отзовись! – как вдруг осекся, растерянно глянул налево, направо и закричал: – Эй! Что творится?! Что за ерунда?!
Василиса не поверила своим глазам…
В руках у Шварца не было весел. Не было их и в уключинах. Мелькнула было надежда, что они почему-то выпали и плавают где-то рядом в воде, их еще можно поймать, достать, что Шварц их нечаянно выпустил – но нет: их вообще не было. Просто совсем!
– То-то смотрю, что они вдруг перестали слушаться, – ошеломленно пробормотал Шварц. – Как будто вырывались из рук. Думал, показалось. А они и правда вырвались… но где они?!
Ребята снова принялись оглядываться, пытаясь высмотреть весла, но попусту.
Лодка тихо покачивалась на волнах. Деревня отдалялась, а облако тумана, повисшее на середине реки и накрывшее остров, приближалось. И вдруг словно серебристые нити пронизали это облако – нежно звенящие серебристые нити! Это были чудесные трели, которые издавала неведомая, может быть даже сказочная, сладкоголосая птица.
– Слышишь? Остров уже близко! – обрадовалась Василиса и, склонившись к воде, принялась сильно грести руками, поднимая брызги.
– Перестань, – велел Шварц, отряхиваясь. – Лодка сама плывет к острову, видишь? Без руля и без ветрил! Ничего не понимаю. Как это возможно? Как она может плыть перпендикулярно течению?!
Василиса присмотрелась. Да, так и есть. Лодку не сносит течением ни на метр – такое ощущение, что ее снизу что-то подталкивает. Дно ощутимо вздрагивает.
– Шварц, ты чувствуешь… – начала было Василиса, но Шварц схватил ее за руку, заставив замолчать.
– Посмотри, – хрипло выговорил он. – Ты только посмотри… Вот о чем Сереженька вчера рассказывал!
Василиса огляделась и увидела, что из глубины поднимаются какие-то странные полосы и пятна. Водоросли? Но ведь не бывает в Волге, да и в любой другой реке или в озере, даже в море или в океане таких водорослей! Некоторые напоминали жгуты – как будто это белье, которое неведомые прачки скрутили, чтобы отжать, – другие походили на длинные ночные рубахи с рукавами. У третьих были какие-то странные капюшоны и у горловин вились завязки.
Василиса смотрела на них как зачарованная. Можно подумать, где-то дне лежит большой сундук с бельем, и вот крышка вдруг открылась – и все содержимое начало всплывать. Неужели это и правда белье? Наверное, все-таки невиданные водоросли. Надо их потрогать и понять, что это… что это… что это такое?!
Вдруг вспомнилась картинка из книги Пушкина «Дубровский». Там изображался лежащий в гробу старик, облаченный в такую же рубаху. Только рубаха была белой. Это был умерший отец главного героя – Владимира Дубровского. А рубаха его называлась саваном. В сноске к этому слову было написано: «Саван – погребальное одеяние из белой ткани». Но эти рубахи, похожие на саваны и поднимающиеся откуда-то из глубины, были все в красных, словно кровавых, пятнах!
Лодка перестала двигаться, толчки в дно прекратились. Страшные водоросли медленно приближались.
В это мгновение раздался какой-то странный хрип. Василиса испуганно отпрянула от борта, отдернула руку, которую опустила было в воду, и обернулась. Хрипел Шварц – потому что от ужаса не мог закричать: оцепенело смотрел, как из-под лодки медленно выплывает человеческое тело. Это было тело мужчины в линялой рваной одежде. Голова его была плотно обмотана бело-красной тряпкой, стянутой на шее как мешок. Ноги шевелились, как если бы он пытался что-то толкнуть.
«Это он толкал нашу лодку!» – с ужасом подумала Василиса.
Труп всплыл и закачался на волнах. И словно получив какой-то сигнал, красно-белые водоросли устремились к лодке и сомкнули вокруг нее зловещий хоровод.
А с острова продолжали нестись манящие, зачаровывающие, сладкоголосые трели неведомой птицы.
* * *
Я уже начала собираться, когда появился он. Ну конечно, я обо всем забыла – всплыла и уставилась на него. Собираться при нем я не могла: стеснялась показаться ему в том виде, в котором сижу в клетке, а еще… а еще мне просто приятно на него смотреть.
Он мне нравится. Мне нравятся его золотистые волосы и золотистые глаза. Я видела на берегах северных морей камень, который источает мягкое солнечное сияние.
Ознакомительная версия. Доступно 13 страниц из 82
