Михаил Кузмин
Дневник 1917–1924. Книга 2. 1922–1924
Издание подготовлено при финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ)
Проект № 06–04–00532а
© Российский государственный архив литературы и искусства
© А. С. Пахомова, вступительная статья, подготовка текста, комментарии, 2025
© К. В. Яковлева, подготовка текста, комментарии, 2025
© Н. А. Богомолов (наследники), подготовка текста, комментарии, 2025
© С. В. Шумихин (наследники), подготовка текста, комментарии, 2025
© Н. А. Теплов, оформление обложки, 2025
© Издательство Ивана Лимбаха, 2025
Дневник 1922
Январь 1922
1 (воскресенье)
Темно и холодно. Встали поздно, словно с похмелья. Хотели пойти туда и сюда, но, конечно, опоздали. Юр. выскочил, я дремал. Пришел Сашенька. Тоже спал. Я не очень доволен, что он тоже в Ростовском театре1, он ведь неудачник какой-то. Скучно мне очень. Еще сахарином обкормила нас мамаша. Это уже анахронизм. Пошли к Мозжухиным. Улицы темны. Хозяева расстроены. Кот капризен. Неласковый новый год.
2 (понед.)
Прислали бумагу из Берлина2. Не сегодня ли ходил. Нет, не помню. Был Фролов у нас и были на «Гюлистане». Он приходил и спал. Экзамены, и брат посоветовал ему принять кокаину. На Мильонной Радловой не было. Вообще было скучновато. Да, актеры приходили с извиненьями, что завтра, а не сегодня.
3 (вторн.)
Долго не зажигали света. Все так же мне томно. Заходил к Блоху. Там Радловы и Гвоздев. Купили книгу у Ан<ны> Дм<итриевны>. Теперь съест кагал Якова Ноевича3. Юр. ушел к О. Н., а я ждал молодых людей. Потащили меня к себе на квартиру. Шварц даже поддерживал меня под руку4. Там тепло, чай, тянушки, разговоры. Мне очень нравится Шварц, я не спускал глаз с него. Переговорил и с директором. Явился вдруг Пяст. До ворот провожал меня тот же Шварц. Юр. был уже дома.
200.000 <р.>
4 (среда)
Ясно и холодно. Оркеструю. Забегал к Блохам и <в> «Петрополис». Я<ков> Н<оевич> болен и не хочет вставать. С обедом скандал. Тухлое масло. Юр. кричал, и мы бросали голубцы со сковороды на пол. Потом я ждал Шварца. Не скрою, что несколько волновался. Он был в полушубке, скучный и как-то не такой почтительный. М<ожет> б<ыть>, боялся, или замерз, или обеспокоен чем. Вышли вместе. Встретили Юр., заходили в кофейню. О. Н. не пришла к чаю. Явился замерзающий Папаригопуло. Сережа женится на Лобановой-Ростовской. Юр. все кислился и впадал в полуобморочное состояние от перспективы идти с Раей. Там был Каган, выпил с нами и сговорился насчет «Часов»5. Борис забегал еще к Кузнецову куда-то. Ломили через снега на В<асильевский> о<стров>. Там не очень сытно на этот раз, но тепло и уютно. Превосходно Юр. читал, но засиделись. Степлело. Ночью было холодно, и я капризничал с одеялом.
500.000 <р.>
5 (четверг)
Что было? Заходил в «Петрушку», к Бурцеву и т. п. Вечером был на заседании. Там Гоцци от Головина6. Заседание было интересно, потом посидели немного. Юр. огорчается, и справедливо, неприязненным к нему отношением. Бедный мой Юр. Я неласков как-то к нему. Ломилась к нам Сутугина с приглашением из «Всемир<ной> литературы». Какая-то вечеринка.
6 (пятница)
Вьюга и тепло. Снегу навалило. Я утопал, когда шел за пайком. Юр. не пошел. Но мне ничего не дали. Ходил к Блохам. Из-за дверей слышал, как ругалась Дора Яковл<евна>. В «Петрушке» дождался Як<ова> Ноевича. Пошли к Бурцеву, к Сахарову. Анненков будет делать карты. Дома был Берман и без меня Шварц. На Никол<аевской> говорили о ресторанах, кафе. Взял денег. У Пумпянского было скучно, какие-то всё кузины. У О. Н. новое платье и бант, очень идет к ней. Тепло и тихо идти.
750.000 <р.>
7 (суббота)
Что же было? встали не рано. Выходили к Блохам за «Курантами»7. В театр забрался очень рано. Все были. Будто какая премьера в старину. Разные дела с разных концов. Пьеса убийственная, и Шварц был довольно уродлив, но стихи читались хорошо и вообще ничего себе8. Со мною сидел Кузнецов. Юр. с О. Н. впереди с Аней Гумилевой и др. Еле пустили за кулисы, но хотели приехать во «Всем<ирную> лит<ературу>». Шли с Оцупом. Там тепло, светло и уютно. Было и вино. Будто в «Собаке», но благоустроенной. Ничего <нрзб>, вот это хорошо. Позднее приехали и ростовцы. Стали пить и поить, даже Жака и Якова Ноевича на каком-то основании. А у Мандельштамов в сочельник тоже были Шварцы и ждали меня. Я пил на всех столах и захмелел. Кажется, они соединятся с Радловым9. Под конец Юр., конечно, спал под столами, валял<ись> там и Холина, и Оленька. Радлова ходила вслед за мужем, ревнуя. Не знаю, не ухаживал ли я за Шварцем. Добужинский обещал мне раскрасить «Бедную Лизу»10. Вообще, еда, вино, общество, свет, тепло были непривычны и приятны. Моргенштерн говорил мне правильные вещи. Но я как-то разрывался на части. Пришли в восемь часов. Несчастные Каганы сидели до конца, т. к. во избежание грабежей у них ворота запираются с 11 часов и никого не пускают. Переговорил с Адонцем и со Шкловским.
8 (воскресенье)
Болит голова, ломает, не естся, как в старину. Напился чаю и опять лег. Поели и пошли к Бурцеву. Дома опять спал. У Каганов тихо и сонно, но Блохи оживленны и милы. Разговоры все еще о вчерашнем вечере. Но вообще какой-то беспорядок в голове и в делах. Юр. сделал постель, и опять спали.
9 (понед.)
Кто-то все заходил: дама с альбомом, еще кто-то, актеры, Мухин, Фролов и т. п. Ромм об деле. Вечером был в театре11, проникал и за кулисы. Народу мало. Потом были в «Раковине»12. Мрачно и неуютно, и не так чтобы очень почтительно. Читали плохое. Юр. читал «Петрушку»13. Это было как взрыв в сонной одури. Поняли ли мальчишки свое ничтожество, не знаю. Но Замятина завистливо перекосило14. Нажили врага. Событие.
10 (вторн.)
Солнце чудесное и мороз. Ходил к ростовцам, в Мол<одой> театр и редакцию. Никого не застал. Актеры вставали и выходили в театр. Шел со Шварцем. Унылый он все-таки. Дома спящий Юр. и Сашенька. Юр. побежал на Мильонную, но ничего не получил. Ему все выдали в «Петрополисе». Пили чай с пирожными. Вечером
