по внешнему впечатлению не интересный и особого внимания не заслуживает, по-моему. Расположена Феодосия у основания довольно высокой горы и по занимаемой ею площади очень невелика.
Часов в 8 с чем-то мы двинулись. Разговорился с пассажирами своей каюты. Почти все — одесситы и едут в «Одессу-маму». Любопытную вещь рассказывали про формирование в Одессе во времена большевиков одного занятного полка. Известный вор, громила и налетчик «Мишка Японец» (воровское прозвище) формировал для отправки на фронт для защиты советской власти полк из темных элементов, которых так много в Одессе, какой-то коммунистический полк. Два раза они садились в эшелоны, но сразу же разбегались. Даже большевички сами побаивались этого почтеннейшего собрания «честных» людей и старались как можно скорее отправить их на позицию. В конце концов, их было уже отправили, но больше половины в тот же день предпочли вернуться обратно и по-прежнему заняться «налетами» на частные квартиры. Сам же Мишка Японец все-таки доехал до фронта и где-то был убит довольно скоро после отправки.
От лиц, едущих из Киева, узнали, что красные не жалели снарядов по городу. Основательно обложили они Фундуклеевскую улицу и Рейтарскую; говорят, что в редкий дом попало меньше 3–5 снарядов. К счастью, до 90 % совершенно не рвалось.
К полудню погода разгулялась, выглянуло солнышко. Я поднялся на палубу. Места здесь довольно красивые. Берега очень высокие и обрывистые, изредка попадаются затерянные в этих горах отдельные домики. Рядом с пароходом целыми компаниями плыли дельфины. Один вольноопределяющийся постреливал в них из винтовки и за некоторый промежуток времени убил двух. Занятно и очень быстро они играют и догоняют друг друга, несмотря на свой солидный вес, ловко и изящно выскакивая на поверхность моря, чтобы набрать через дырочку в голове себе воздуха. Жалею, что прозевал Алушту, мимо которой мы тоже проплыли, не останавливаясь.
Часам к 3 дня подъехали к Ялте. Замечательный вид открывается на этот городок с моря. Сзади сейчас же громадные горы, на середине которых задерживаются, как туманы, самые низкие облака. Дома издалека выглядят очень опрятно и чисто. Много красивых и приличных зданий. Стоять мы будем здесь до 1 часу ночи. Пошли в город поесть и побродить. Так как обеды в столовых уже кончились, то нам пришлось первое есть в одном месте, а второе — в другом. За последние 3 дня впервые сегодня ели горячее. После обеда послонялись по главной Набережной улице. Зашли в сад и посидели на скамейке. Хорошо здесь; красивые кипарисы, в одной из клумб цвели хризантемы и розы; дорожки посыпаны хорошим песком; в саду чисто; воздух чистый, слегка пахнет цветами и морем; было тихо и светло от луны. На душе была какая-то тихая грусть, вспомнил своих и хотелось их увидеть. Под влиянием этого настроения я предложил зайти в кафе-ресторан с музыкой. Забрели в «Уголок», сели почему-то поближе к музыке и всё время заказывали вещицы. Публика здесь очень предупредительная. Нам с охотой переиграли все те вещи, которые мы просили; вино здесь не дешево, как это ни странно. Мадера и портвейн обошлись нам по 200 рублей, а вино по 80 рублей бутылка. К 1 часу ночи перебрались в душную каюту надоевшего уже нам парохода и уснули.
23.10.1919. Часов в 9 прибыли наконец в Севастополь. Ночью нас опять укачивало, но я этого не замечал, так как не просыпался. Только утром узнал про эту историю, прислушиваясь к разговорам, впечатлениям последней ночи и по довольно заметным следам на полу. Попав на сушу, я распрощался со своим попутчиком шт. — кап. Михайловым, оставил вещи на хранение и отправился к коменданту узнать, где школа, и закусить немного.
Цены здесь артистические, я прямо ахнул. Школа оказалась на Северной стороне; для того чтобы попасть туда, надо переехать через главную Северную бухту. Море было бурное, катера не ходили, лодок тоже почти не было. Только некоторые лодочники рисковали сегодня выехать и за этот перевоз с риском брали по 10 руб. вместо обычных 1 руб. 30 коп. Мы очень быстро, за 10 минут, благодаря сильному ветру пролетели с парусом версту с лишним по морю, отделяющую Северную сторону от города. Нашу лодку-ялик основательно подбрасывало волнами и 2 раза даже захлестнуло водой. Один раз так нырнули, что у меня захватило даже дух. Хотя в море я раньше не бывал, но шторм 21-го числа, качка и ныряние в волнах на меня впечатления особенного не произвели, по крайней мере, во время всех этих историй я нисколько не волновался и ни малейшего страха не испытывал. После всех переплетов на фронте представление об опасности как-то совершенно изменилось.
Этот переезд был последним в моем весьма длинном путешествии из батареи в школу. Ехал в общей сложности 14 дней, и обошлось мне это удовольствие около 1000 рублей. К началу занятий я, конечно, опоздал. Новая группа начнется около 1 ноября, а пока временно я попал в кончающую 7-ю группу. Курс теперь продлен до 6 недель. Довольно невесело сидеть здесь столько времени. Устроился я в офицерском общежитии, помещаемом в казематах Михайловской батареи. Исторические казармы 1846 года, игравшие роль в Севастопольскую компанию 1854–1855 годов, но жить в них совсем не интересно и погано. Сыро и полное впечатление конюшни, в особенности, когда вечером посередине коридора повесят ряд тусклых фонарей. За эту дорогу набрался столько «симпатичных» паразитов, что не мог спокойно сидеть на одном месте, выносить их присутствие дольше не было никакой возможности, переодеться же не мог, потому что попасть в город из-за шторма за вещами не удалось. При беглом осмотре в общежитии этих «крошек» оказалось достаточно.
Начало занятий в артиллерийской школе
24.10.1919. Просидел впервые после громадного промежутка времени подряд 6 часов в классе на так называемой лекции. Нужно оказать, что сами преподаватели и руководители основательно «плавают» во время объяснений самых простых вещей. С большим удовольствием посидел бы и послушал настоящую лекцию хорошего профессора, слушать же эти школьные объяснения далеко не интересно, с трудом удерживаешься от того, чтобы не уснуть тут же на скамье. С едой здесь совсем скверно: обеды и ужины отчаянные и, кроме того, в весьма микроскопических порциях. Был бы более сыт, если бы давали такой борщ как у нас в батарее один раз в сутки. Так есть, как мы питались на фронте, здесь не представляется возможным, даже имея колоссальные деньги. Такое разнообразие и обилие блюд тут не достать за 300–400 руб. в день да еще со сладким, куда там, а
