и ранила около 30. В ответ на это все большевистские организации высказались за применение массового беспощадного террора. Воображаю, что там делалось. Говорят, что в Москве страшно свирепствует сап. Заболевших людей не лечат, а просто расстреливают, как лошадей, целыми партиями.
Читал о состоянии вооружения нашей армии в Крымскую кампанию. Действительно, жуткая картина. Союзники почти сплошь были вооружены нарезным оружием, позволявшим открывать огонь на 1200 шагов, а наши, за редким исключением, имели гладкоствольные ружья, которые били только на 300 шагов. При наступлении и отступлении наши, находясь под действенным и губительным огнем противника, не могли поражать его из-за ничтожной дальнобойности наших ружей. Этим и объясняется то, что почти в каждом бою наши несли потери в 2–3–4 раза больше, чем союзники. Подойдя шагов на 800 к нашим укреплениям, зуавы (они часто получали задачи обстреливать ружейным огнем исключительно нашу артиллерию) открывали огонь по нашим орудиям и основательно выбивали артиллерийскую прислугу, оставаясь сами без потерь, так как картечное действие наших снарядов распространялось только шагов на 300, а гранатами и бомбами им наносили мало потерь, так как они прикрывались складками местности. При таких условиях настроение войск не будет особенно веселым. Кроме этих неудобств, ружья сами по себе были весьма плохого качества и очень часто были совсем не годны для стрельбы: «стволы почти все с расстрелами имеют раковины, больше половины не дают огня, винты в замках стерлись и чуть держатся, замки не плотно прилажены на месте или их нет вовсе, много курков или не взводятся или опускаются сами собой…» — таковы все донесения о состоянии оружия в то время. Кроме того, имел место недостаток патронов, пороху и свинца для отливания пуль. Солдаты плохо одеты и снабжены. Если проследить за историей нашего последнего столетия и всеми нашими войнами и теми условиями, в которых вели их наши войска, то не особенно приходится удивляться наступившему в данное время развалу и большевизму. Почва для такой уродливой и безобразной революции была исторически подготовлена. За всё прошлое мы теперь платим дорогой ценой.
29.10.1919. Прочел относительно переговоров с галичанами. Соглашение как будто состоялось. Воевавшие до этого момента с нами 3 галицийских корпуса, теперь войдут в состав нашей армии. В связи с этим соглашением ставят ликвидацию в ближайшем будущем всего петлюровского фронта. Приезжал для каких-то переговоров и представитель петлюровских войск к генералу Шиллингу[137], но последний его не принял. Петлюровцы входят в соглашение с махновцами и большевиками. Между прочим, сегодня в газете сообщалось об очищении от махновцев Екатеринослава, о сдаче его до сего времени ничего не было известно. Солидно бродит этот проклятый «батько» по нашим городам. От офицеров 2-й артиллерийской бригады, которая почти вся стоит на юге, узнал, что борьба с зелеными еще не закончена, довольно часто у них бывают столкновения с этой «малой» компанией. В Дагестане и Терской области тоже продолжаются стычки с бродячими бандами дезертиров, горцев, ингушей и им подобных.
30.10.1919. Публика тут, в школе, занимается довольно солидно. Занятно, что на последнем испытании провалился капитан мирного времени, окончивший офицерскую артиллерийскую школу. Занятные бывают все-таки случаи. Руководители школы смотрят на нее как на зарождающуюся академию и, не обладая сами достаточным запасом знаний, довольно часто устраивают собрания, на которых многие вопросы подвергаются жарким дебатам и горячим спорам. Постоянный состав школы весьма основателен: чуть не на каждого обучающегося приходится по полтора школьных офицера. Очень немногие из них участвуют в преподавании, а остальные живут здесь так себе — только и занимаются выжидательной политикой, в смысле получения тепленьких местечек. Такую же позицию занимает и наш могилевец, полковник Некрашевич-Поклад[138]. Здесь он совсем без дела, в боях с большевиками не участвовал и не имеет на это никакого желания. С августа 1918 г. он был начальником резерва в Астраханской армии, потом командовал запасной батареей и затем попал в школу. При школе формируется тяжелый тракторный дивизион (8-дюймовые гаубицы), офицеров в нем около 80. Все получили английское обмундирование, подцукивают солдат и друг друга, заботятся о восстановлении своего старшинства и дальнейшем производстве. А между тем почти исключительно все они только какой-нибудь месяц благодаря нашему продвижению освобождены из-под власти советов; все иначе как на командные места не согласны, и нос основательно задирают. Многие из них от одного переезда на ялике через бухту в город «ездят к своим родственникам в Ригу». Воображаю, какие это вояки. Когда они сформируются и выедут, одному Богу известно. По-моему в эту войну как-то неудобно и быть при 8-дюймовых гаубицах. Таким орудиям не придется совсем и пострелять в этой исключительно полевой и маневренной войне. Такая артиллерия попадет только на тот участок фронта, где положение совсем прочно; а в таком месте ее пребывание, по-моему, излишне, если и без нее устойчиво. От двух легких пушек пользы больше, чем от такого дивизиона. В будущем для России такая артиллерия безусловно нужна, но сейчас ее назначение не представляю себе.
Под Киевом во время наступления красных целиком погибла 2-я батарея 2 отделения тяжелого дивизиона (6 гаубиц). Гвардейцы там потеряли 2 легких орудия. Что-то не везет нам последнее время с артиллерией. На днях красные в том же направлении захватили 3 орудия 7-й конной батареи. Там у них тоже работают, по словам офицеров с того фронта, латыши, китайцы и мадьярская конница. Интересно, что во мнениях о работе гвардии все офицеры сходятся. Воюют они неважно и часто подводят свои соседние участки. Это нисколько не помешало одному из гвардии полковников прочесть в Киеве, после его занятия в августе, публичную лекцию на тему: «Путь гвардии от Константинограда до Киева». Занятно. Интересно было бы прочесть про путь ее до Константинограда.
С глазом у меня снова история: на левом в четвертый раз ячмень.
31.10.1919. Из запоздавших сюда сообщений узнали, что наши оставили Чернигов. Красные в том районе пытались переправиться по льду через Десну, но успеха не имели. Очевидно, там приличные морозики, если Десна стала. Кто-то говорил, что в Киеве установился временно санный путь. Здесь же еще совсем тепло. В Орловском направлении наши оставили Щигры, теперь бои развиваются в 5 верстах севернее их. Щигры почти на одной линии с Курском. Здорово наши откатились в том направлении. От Курска до Орла наши двигались беспрерывно в течение 23 дней, с 7-го по 30-е, и почти за такое же время оставили весь этот кусочек. На нашем участке снова отдавали и опять взяли Дмитриев. С 29 сентября тянется у
