Ознакомительная версия. Доступно 28 страниц из 186
Влияние Распутина стало практически неограниченным. Практически все Романовы потеряли политический вес. Великий князь Николай Николаевич, например, занимая должность верховного главнокомандующего, к 1915 году сосредоточил в своих руках большую власть. Но император, не без подстрекательств со стороны Распутина, отстранил Николая Николаевича от командования. Естественно, что этот честолюбивый и властный человек не мог так просто смириться с потерей такой должности.
Первой мерой, направленной против Распутина, была массированная атака в прессе. В большинстве газет появлялись статьи о сектантском прошлом и настоящем Распутина, взяточничестве, пьяных дебошах (в последнее время Григорий вернулся к вредным привычкам молодости), разврате. Осуждалось влияние, которое он оказывал на императора, недопустимость сосредоточения власти в руках безграмотного мужика. Также активно распространялись слухи об излишней близости «старца» к императрице. Слухи эти сильно огорчали Николая II. Император понимал, что они подрывают престиж всей династии. Общество Распутина уже давно начало его тяготить, но пойти против воли супруги он не мог. Обличительная кампания не помогла. Отказаться от общения с «Нашим другом» императрица и любящая мать смертельно больного ребенка не могла.
Тогда был составлен заговор, целью которого стало убийство Распутина. Коротко познакомимся с основными действующими лицами этого убийства:
Князь Феликс Феликсович Юсупов — муж племянницы Николая II, главный организатор убийства. После революции, находясь в эмиграции, много писал в своих мемуарах о Григории Распутине и его убийстве.
Владимир Митрофанович Пуришкевич — один из активнейших лидеров черносотенских организаций «Союза русского народа» и, позже, «Союза Михаила Архангела». Депутат Второй и Четвертой Государственных дум. В своем дневнике также много писал об убийстве Распутина.
Великий князь Дмитрий Павлович — кузен Николая II. Был помолвлен со старшей дочерью императора Ольгой. В случае смерти Алексея планировалось, что именно Дмитрий Павлович и Ольга унаследуют престол. Распутин был ярым противником этого союза и правдами и неправдами добился его расторжения.
Также к делу были привлечены поручик Сухотин и доктор Лазаверт.
Юсупов, заранее познакомившийся и подружившийся с Распутиным, пригласил его к себе. Встречу назначили в ночь с 16 на 17 декабря. По условию, поставленному Распутиным, Юсупов должен был заехать за ним и забрать его. Главной целью Распутина, по всей видимости, было познакомиться с женой Юсупова, племянницей императора и известной красавицей, поэтому князь не стал говорить своему будущему гостю, что его семейство находится в Крыму. По другим источникам, Юсупов пригласил Распутина как раз для знакомства с женой.
Вечером заговорщики собрались во дворце Юсупова. К 11 часам вечера они закончили все приготовления. В столовой на первом этаже поставили самовар, много сладостей (Распутин к тому времени отказался от идеи не есть сладкого и активно компенсировал длительное воздержание), поднос с вином и рюмками. Среди прочего на стол поставили блюдо с пирожными. Три шоколадных, три миндальных. Шоколадные начинили цианистым калием. Также планировалось перед самым прибытием гостя добавить яд в вино. Комнате придали такой вид, как будто в ней только что пила чай компания из нескольких человек.
Вместе с Лазавертом, переодетым в шофера, Юсупов отправился за Распутиным. В это время остальные участники предприятия отправились наверх и завели там граммофон. Нужно было создать впечатление, что наверху находятся гости.
Войдя в дом и услышав наверху музыку, Распутин спросил: «Что это — кутеж?» Юсупов ответил, что у жены гости, но они скоро уйдут, и предложил спуститься в столовую и выпить чаю. Сперва, к ужасу Юсупова, Распутин от чая и вина отказался. Они сидели и беседовали. Но затем Григорий чаю все-таки захотел. С чаем он начал есть сладкое. В том числе съел все отравленные пирожные. Затем Григорий согласился выпить вина (тоже с цианистым калием). Шло время, но яд не действовал. Распутин только пьянел, но никаких признаков отравления заметно не было. Он заставил князя сыграть ему на гитаре и спеть. Так продолжалось до полтретьего.
Между тем наверху заговорщики стали волноваться. Голоса становились громче. Юсупов сказал, что гости, наверное, расходятся, и пошел наверх. Он рассказал сообщникам, что яд не подействовал. Было решено застрелить Распутина. Князь взял револьвер и пошел в столовую. Там он еще некоторое время стоя беседовал с Григорием, видимо, не решаясь выстрелить. Вот как Юсупов описывал произошедшее дальше:
«Как не заметил он своими прозорливыми глазами, что за спиной у меня в руке зажат револьвер, который через мгновение будет направлен против него.
Думая об этом, я почему-то обернулся назад, и взгляд мой упал на хрустальное распятие; я встал и приблизился к нему.
— Чего ты там так долго стоишь? — спросил Распутин.
— Крест этот люблю; очень он красив, — ответил я.
— Да, хорошая вещь, должно быть, дорогая… А много ли ты за него заплатил?
Он подошел ко мне и, не дожидаясь ответа, продолжал:
— А по мне, так ящик-то занятнее будет. — Ион снова раскрыл шкаф с лабиринтом и стал его рассматривать.
— Григорий Ефимович, вы бы лучше на распятие посмотрели да помолились бы перед ним.
Распутин удивленно, почти испуганно посмотрел на меня. Я прочел в его взоре новое, незнакомое мне выражение: что-то кроткое и покорное светилось в нем. Он близко подошел ко мне, не отводя своих глаз от моих, и казалось, будто он увидел в них то, чего не ожидал. Я понял, что наступил последний момент.
«Господи, дай мне сил покончить с ним!» — подумал я и медленным движением вынул револьвер из-за спины. Распутин по-прежнему стоял передо мною не шелохнувшись, со склонившейся направо головой и глазами, устремленными на распятие.
«Куда выстрелить, — мелькнуло у меня в голове, — в висок или в сердце?»
Точно молния пробежала по всему моему телу. Я выстрелил.
Распутин заревел диким, звериным голосом и грузно повалился навзничь, на медвежью шкуру».
На звук выстрела сверху прибежали сообщники. Распутин лежал на спине. Некоторое время его лицо подергивалось, затем он затих.
На случай полицейской слежки Сухотин надел шубу Распутина и Лазаверт вместе с Дмитрием Павловичем повез его в сторону дома Распутина. Затем, поменяв машину Пуришкевича на автомобиль великого князя, они должны были вернуться для того, чтобы отвезти труп к реке и утопить в проруби. Пуришкевич и Юсупов поднялись в кабинет. Через некоторое время Юсупов, согласно его воспоминаниям, почувствовал смутную тревогу. Он спустился вниз, отпер дверь в столовую и подошел к телу. Дальше опять цитата из его мемуаров:
Ознакомительная версия. Доступно 28 страниц из 186
