Центральный Театр Красной Армии поставил мою пьесу �Артиллеристы�. Спектакль кончался отправкой артиллерийского полка к месту начавшихся боевых действий.
Подлинные же военные события развернулись, как известно, в июне 1941 года. Каждый из нас, работников театра и кино, на следующий же день, после того как узнал о начале войны, явился в свою профессиональную организацию. Лично я пришел в Союз писателей и получил назначение в газету, которая отправила меня на фронт военным корреспондентом.
Конечно, надо было зайти и в военкомат. Мы пришли туда с известным кинодокументалистом Дзигой Вертовым.
Сотрудник, взяв карточку Вертова, обрадовался и сказал:
��Такие большие специалисты для нашей кавалерии очень нужны!
��A-а� при чем тут я?�� спросил Вертов, который не умел ездить верхом.
Сотрудник ответил:
��Как при чем?�� И протянул кинематографисту его учетную карточку. Вертов посмотрел на написанное, улыбнулся и показал мне.
В графе �специальность� вместо �кинорежиссер� значилось: �конный режиссер�.
Застал я войну в самом разгаре и не в лучшую ее пору. Под неожиданным натиском внезапно напавшего противника наши армии с боями отступали. Шаг за шагом мы теряли территорию родной земли.
Это было очень тяжелое время, и каждый из нас � писателей � старался сделать все возможное, чтобы принести хоть малейшую пользу оборонявшейся Родине.
В первые же месяцы войны образовался штаб партизанского движения, ибо в тылу противника непокоренный советский народ уходил в леса. Мужчины, женщины, дети брались за оружие и в тылу противника вели борьбу, стремясь задержать его продвижение к Москве.
Возглавлял штаб партизанского движения Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко. Он, бывший секретарь ЦК партии Белоруссии, великолепно знал театр военных действий, ибо война проходила по родным, знакомым ему местам.
Пантелеймон Кондратьевич сразу наладил связь с теми народными силами, что действовали в тылу врага, и мне удалось дважды побывать в партизанских отрядах, которые формировались для переброски в тыл противника.
