своего выступления на церемонии закладки фундамента комплекса «Кафкалеспор» в Тузле на скандирование толпы «Vur de
vuralım, öl de ölelim!» («Если уж стрелять, так и постреляем, если умереть, так и умрем!») Эрдоган ответил игрой слов, связанной с созвучием фамилии генерального прокурора Вурала со словом «стрелять» и его имени Саваш со словом «война»: «Разве ваша фамилия Вурал, чтобы я сказал вам: “стреляйте и берите” (
VURun,
ALın)? Разве ваша фамилия Саваш, чтобы я сказал вам: “воюйте” (
SAVAŞın)?» После этого Вурал Саваш подал иск о возбуждении уголовного дела, заявив, что Тайип Эрдоган «отдал приказ о его расстреле».
Этот эпизод прекрасно демонстрирует остроумие и политическую ловкость Тайипа Эрдогана, проявленные в его спонтанном и ироничном ответе на скандирование толпы. Вместо того чтобы вступать в прямой конфликт или отвечать агрессивно, он использовал игру слов, чтобы перевернуть ситуацию в свою пользу и подчеркнуть абсурдность обвинений. Это не просто каламбур, а стратегический прием, который одновременно снижает напряжение и показывает уверенность Эрдогана как оратора. Его ответ прозвучал мудро и остроумно, демонстрируя, что он не только хорошо владеет языком, но и умеет быстро реагировать на провокации, переводя агрессию в юмор и философскую игру. Такой ход позволяет не только защититься от обвинений, но и укрепить свой имидж сильного, умного и харизматичного лидера, способного сохранять контроль над ситуацией даже в самые напряженные моменты.
Посетив Сиирт годы спустя, Эрдоган сказал: «Сиирт занимает особое место в моей политической жизни. Он дважды был поворотным пунктом для меня. 6 декабря 1997 года я прочитал на этой площади стихотворение, которое было включено в книги, одобренные Министерством национального образования, и оказался в тюрьме. Помните ли вы это стихотворение? Можем ли мы прочитать его снова? Давайте посмотрим, к чему пришла Турция. Давайте еще раз посмотрим, что такое свобода. Во-вторых, в Сиирте началось еще одно дело: вы отправили в парламент вашего брата, набравшего 85,8 % голосов, а в 1997 году его хотели полностью отстранить. Спустя годы все снова началось с этого города»[89].
В интервью с Реджепом Тайипом Эрдоганом, проведенном в 2012 году журналистом Мехметом Али Бирандом в программе «32-й день», прозвучал вопрос, что дало Эрдогану и как повлияло на него тюремное заключение. Эрдоган ответил, что этот период дал ему возможность в определенном смысле подвести итоги и сделать выводы: «В тюрьме я постоянно поддерживал связь с людьми через письма. Я читал все письма и отвечал на них до поздней ночи. Даже сейчас, когда я посещаю некоторые города Анатолии, люди приносят мне эти письма и показывают их. Насколько я помню, я получил около 7500 писем и ответил на все из них… Когда Партия добродетели была закрыта, мы решили, что необходимы перемены, потому что наши исследования общественного мнения, особенно проведение опроса, в котором участвовали 42 000 человек, дали нам очень важное понимание, каких именно перемен ждет общество. Мы мечтали о Турции, борющейся с коррупцией, бедностью и запретами, и мы начали двигаться в этом направлении. 14 августа 2001 года мы основали Партию справедливости и развития. И если сегодня Турция стала второй страной в мире после Китая по темпам экономического роста, то причина в этом. Если бы коррупция продолжалась, мы бы сегодня не достигли этой точки»[90]
Это интервью позволяет лучше понять мировоззрение и политическую стратегию Эрдогана как лидера нации, демонстрирует его глубокую связь с народом, постоянное стремление к самосовершенствованию и политическую дальновидность, а также его стратегические приоритеты на ранних этапах формирования Партии справедливости и развития.
От идеи к действию: создание партии справедливости и развития
«Народ создал Партию справедливости и развития, а мы лишь закрепили вывеску».
Мехмет Али Шахин спикер Великого национального собрания Турции
Каждый успех, достигнутый Эрдоганом в его политической карьере, становился ценным вкладом в копилку его опыта и стимулом для дальнейшей политической борьбы. Успех, которого он добился на посту мэра Стамбула, побуждал его продемонстрировать свои способности уже на общенациональном уровне, что в конечном итоге стало отправной точкой для создания новой партии – Партии справедливости и развития (Adalet ve Kalkınma Partisi, AK Parti). Находясь в тюрьме, Эрдоган начал глубоко изучать новейшую политическую историю Турции, так что можно было сказать, что подготовка к созданию будущей партии уже началась. Сам Эрдоган вспоминает об этом периоде: «Конечно, я проделал определенную работу над интеллектуальной инфраструктурой, которую мы собирались создать в будущем. В ходе этих исследований у меня появилась возможность изучить программы и уставы различных политических партий как в нашей стране, так и за рубежом».
Для того чтобы создать нечто новое, требовались радикальные изменения в идеологии и политике, а самое главное – нужно было привлечь избирателей за пределами традиционного электората Партии благоденствия и Партии добродетели. После освобождения из тюрьмы Эрдоган начал открыто критиковать движение, возглавляемое Эрбаканом, и постепенно отступил от своей прежней строгой происламистской линии. Начав осваивать «более широкую социальную базу» избирателей, Эрдоган стал более толерантным, проевропейским и демократичным политиком, а также сменил ближайшее окружение. Наряду с молодыми политиками-исламистами и активистами из провинции, он пригласил в качестве советников ряд специалистов, не имевших отношения к исламизму и движению «Национальный взгляд».
Если проследить развитие политических идей, возникших в последние годы существования Османской империи и актуальных по сей день, можно увидеть, что основные политические партии Турции опираются на общее наследие. Бурная модернизация, в ходе которой многие традиционные институты оказались под вопросом, а также крупные территориальные потери в результате военных поражений в Первой мировой войне привели к широким дискуссиям о будущем империи. Альтернативные идеи и движения, развивавшиеся на этом историческом фоне, проложили путь в турецкой политике. Для понимания современных вопросов необходимо рассматривать политическую жизнь и политических акторов Турции в связке с ее историческим наследием.
Философские течения исламизма, османизма и тюркизма, возникшие с претензией на спасение государства, до сих пор оказывают влияние на политические партии в историческом и интеллектуальном контексте, хотя и не воплотились непосредственно в рамках какой-либо одной политической структуры. В этих общих рамках идея исламизма сохранила влияние до настоящего времени. Одним из важнейших проявлений этого наследия стало движение «Национальный взгляд», оформившееся в середине XX века.
Политическое движение «Национальный взгляд» выдвинулось на первый план в политическом процессе как субъект, косвенно связанный с исламизмом, который существенно повлиял на различные общественно-политические течения и продолжает оказывать влияние до настоящего времени. Оно стало выражением попыток исламизма обрести политическую форму в условиях многопартийной системы. Движение «Национальный взгляд», начиная с духовных основ, заложенных в Гюмюшханеви-текке в 1948 году, прошло долгий путь институционализации, создав несколько политических партий. Как
