Солнца не было видно до 1 января. Когда оно выглянуло, Петерсен сообщил Люту, что они сбились с курса. Взятые координаты показали, что U-43 подошла слишком близко к южным берегам Ирландии. Кашнер бросил взгляд на компас и твёрдо заявил, что солнце оказалось не там, где положено. Лют заставил его запустить резервный компас, и оказалось, что U-43 отклонилась от курса на 60 градусов.
Пока лодка шла на север, погода продолжала ухудшаться. 8 января дождь перешёл в ливень с градом. К 12 января лодка уже еле двигалась против штормового ветра скоростью более 40 узлов и сильной волны. Во второй половине дня 11 января в 500 милях южнее Исландии Лют всплыл посреди конвоя, однако погода была такой, что об атаке нельзя было и помышлять.
«Я увидел, что Штралендорф показывает на что-то, вытянув руку, но не мог различить, на что именно. Когда лодка взлетела на гребень волны, я увидел судно бортом к нам. В то же время Клингер позади нас увидел эсминец. Оба корабля отчаянно боролись за жизнь, и мы ничего не могли сделать. Лодка просто не могла идти против волны. Когда через несколько минут эсминец нас заметил, он попытался повернуть, но стал лагом к волне и его едва не опрокинуло килем вверх. Тогда он плюнул на нас и снова повернул вразрез волне. Мы погрузились, решив не упускать нашу добычу. Через несколько часов мы всплыли и увидели ещё одно судно. И снова силы природы обратились против нас, заставив сохранить временное перемирие».
В 6.50 Лют начал преследовать шведское судно «Юнгарен», которое показывалось лишь временами, когда и оно, и лодка находились на гребнях волн. Люту приходилось постоянно протирать линзы бинокля, чтобы вообще что-то видеть в ходе атаки. Не ожидая ничего хорошего, в 8.02 он выпустил 2 торпеды. Однако обе попали в цель.[63]
Шведское судно разломилось надвое. Первой затонула носовая часть, за ней последовала корма. Она сначала перевернулась, а потом встала вертикально, перед тем как уйти под воду. Пока это происходило, Лют, стоя на мостике, сообщал в люк: «Нос затонул… теперь корма… Всё кончено».
Это был настоящий шторм, один из самых жестоких в том году. Позднее в своей книге Лют вспоминал призывы на помощь, которые ловил его радист. «Одно судно, которое уже едва держалось на воде, передало: «Наши шлюпки смыло – грузовые трюмы полны воды – начинаю терять надежду снова увидеть землю…» Это такая же пустая трепотня, которую издатели Люта вставили, чтобы описать его ощущения при потоплении «Виктора Росса». В действительности Люта никогда не волновали подобные обстоятельства.
Глава 8
«Удачи и доброй охоты»
Лодка была огромной. Когда 12 сентября 1942 года она покидала Киль, её массивный серый корпус и просторная палуба заставили Люта думать о своих четырёх старых лодках, как о карликах. Люди, собравшиеся на мостике, казались мелкими жучками. Несмотря на размеры лодки, её манёвры не были лишены изящества. Эскортные корабли суетились вокруг неё, словно рыбы-лоцманы вокруг исполинской акулы.[64]
Было раннее утро. Редкие облака не закрывали небо, и видимость была прекрасной. Люди на мостике и на верхней палубе, чисто выбритые, в новой отглаженной форме, выстроились ровными шеренгами. Внутри лодки слышны бодрые звуки песни «Сегодня мы вышли в открытое море», но порядка здесь меньше. Люди спотыкаются о мешки с картофелем и луком, груды колбас. Матросам внизу не до торжественного построения, у них полно работы. А потому они могут говорить, спорить и ругаться – кто как пожелает.
U-181 была совершенно новой лодкой, ещё не прошедшей испытания. Она вышла из Киля в свой первый боевой поход. На мостике стоял капитан-лейтенант Вольфганг Лют, 28 лет от роду, кавалер Рыцарского Креста, бывший командир U-43, U-138, U-9. Это был его пятнадцатый поход.
Лют оставил U-43 в январе. Через 3 месяца он получил приказ прибыть на верфь фирмы «Дешимаг» в Бремен, а вскоре после этого принял новую лодку U-181. В течение следующих 14 месяцев капитан и его лодка сумели прославиться. Это стало результатом духовного слияния между человеком и машиной – явление редкое, но всё-таки не уникальное в военной истории.
Без U-181 Лют, вероятно, закончил бы свою карьеру на дне Северной Атлантики, а его имя так и осталось бы горсткой бронзовых букв на стене мемориала подводникам в Мельтенорте. Он вполне мог застрять за столом зелёного сукна где-нибудь в Германии и Франции, а все его подвиги ограничились бы регистрацией входящих и исходящих бумаг. Без Люта U-181 вполне могла остаться безымянной грудой металла, как сотни других лодок. Её мог потопить противник или затопить своя же команда. И тогда на дне Бискайского залива добавилась бы ещё одна груда металлолома, заставляющая дёргаться стрелку компаса.
В декабре 1941 года Германия и Соединённые Штаты оказались в состоянии войны. Дениц сразу послал несколько лодок к восточным берегам Америки, и достигнутые ими успехи превзошли самые смелые ожидания. Казалось, снова вернулись «счастливые денёчки» – за 5 месяцев немцы потопили почти 500 судов, не встретив практически никакого сопротивления. Лют, который в это время принимал новую лодку, пропустил сбор урожая у берегов Соединённых Штатов, о чём впоследствии горько жалел.
Однако все однажды кончается, кончилась и лёгкая жизнь германских подводников. Американцы за полгода поумнели и резко усилили свою ПЛО. Потери подводных лодок начали расти, и у Деница не осталось иного выбора, как отвести свои лодки в среднюю часть Атлантики. Он пытался найти новые районы, где лодки смогут добиться ощутимых результатов. Для Деница океан был гигантской шахматной доской, на которой он и противник непрерывно передвигали свои фигуры. Оборона союзников могла ослабнуть в Карибском море, в Средиземном море или в районе Западных Подходов. Пытаясь найти новые варианты, Дениц всерьёз занялся рассмотрением перспектив действий на юге – в Южной Атлантике, у мыса Доброй Надежды[65] и даже в Индийском океане. Маршрут, идущий вокруг Африки, являлся одной из важнейших коммуникаций союзников, особенно в 1942 году, после того как в войну вступила Япония, а Великобритания начала наступление в Северной Африке. В августе Дениц приказал 4 большим лодкам серии IX направиться к мысу Доброй Надежды. Они получили название Gruppe Eisb?r.[66] В сентябре было решено отправить вслед им ещё 4 лодки.
Поэтому в сентябре 1942 года U-181 отправилась на юг. Её маршрут проходил через Западные Подходы, мимо Ирландии и Франции, мимо Гибралтара и Северной Африки. Лодке предстояло в течение 7 недель пройти 8000 миль до мыса Доброй Надежды, где германские подводные лодки ещё не показывались ни разу.
