Япония твёрдо завоевала господство в воздухе. Но ценный урок о необходимости защищать корабли с помощью истребителей, который следовало твёрдо усвоить, казалось, померк в свете победных докладов. Складывалось впечатление, будто все поддались восторгу момента, а непрерывные сообщения о победах избавили людей от тени сомнений.
Поскольку моё здоровье несколько улучшилось, в течение декабря 1941 года я начал возвращаться к работе со свободным графиком. На заводе царила атмосфера деловой серьёзности, что выглядело вполне уместно, ведь именно здесь рабочие производили приносящие победу самолёты. Каждый сотрудник трудился с энтузиазмом, понимая, что самолёт, над которым он работает, примет активное участие в боевых действиях уже через несколько дней. Численность персонала на заводе возросла с начала войны, и теперь мы выпускали в среднем по два «Рэйсэна» в день.
Выигранные практически «в одни ворота» сражения с силами союзников, также служили темой для разговоров в нашем конструкторском бюро. В начале войны осторожные размышления привели нас к выводу, что расслабляться ещё слишком рано – мы предполагали, что наши победы, должно быть, стали результатом временного бездействия Тихоокеанского флота США, вызванного ударом по Перл-Харбору. Мы считали, что Япония смогла насладиться первыми победами лишь потому, что «без кота мышам раздолье».
Однако, поскольку успешные операции на Филиппинах, в Индокитае и Малайе развивались с молниеносной быстротой, оптимистичные настроения начали проникать даже в умы конструкторов. Я тоже начинал чувствовать, что мы, возможно, сумеем победить, ведь я тоже видел одну победу за другой. Я не ожидал, что Япония сможет воевать так хорошо, и рассчитывал на гораздо более сильное сопротивление со стороны Соединённых Штатов и Англии. Я по-прежнему считал, что затяжная война приведёт Японию к поражению, но если бы мы смогли завершить её достаточно быстро, то, по моему мнению, сумели бы удержать наши потери на минимальном уровне.
Вскоре после возвращения к делам мне пришлось взять дополнительный отпуск из-за сильных болей в спине и груди, которые стали результатом грубого осмотра у врача. На этот раз с согласия семьи я отдыхал в доме родственника в Камакуре * примерно с конца 1941 года до конца февраля 1942 года. Находясь в Камакуре, я чувствовал, что могу внимательно следить за боевыми действиями авиации, а также за производством и испытаниями самолётов, поскольку этот город находился близко как к Токио, так и к Йокосуке. Погода стояла теплее, чем в Нагое, и каждый день я делал одно и то же: гулял днём и крепко спал ночью – точно так же, как в ноябре во время отдыха в родных местах. Из-за войны я не мог не думать о работе, но старался отгонять эти мысли, говоря себе, что сначала должен выздороветь.
В этот период друг принёс мне экземпляр журнала «Тайё», в котором содержалась интересная статья. Журнал сообщал, что адмирал Санкити Такахаси, бывший главнокомандующий Объединённым флотом Японии, заявил: разработанные компанией «Мицубиси» истребители «Рэйсэн» стали причиной побед Японии, а истребитель «Тип 96», по его мнению, также превзошёл современные американские, британские и русские истребители. Он также считал, что наши авиационные технологии вполне сопоставимы с технологиями ведущих стран.
«Рэйсэны» побеждают со счётом 50:3
Пока я проводил свой отпуск в Камакуре, «Рэйсэны» продолжали побеждать. Со времён успешной – во многом благодаря умелым действиям наших истребителей – оккупации Филиппин, сухопутные силы и ВМС продвинулись дальше на юг и создали там базы. Морская авиация стала исключением. Двадцать четыре «Рэйсэна» из авиакорпуса в Тайнане выдвинулись на базу на острове Холо в архипелаге Сулу к юго-западу от Филиппин, совершив перелёт на расстояние 2200 километров. Это была сложная задача, беспрецедентная для одномоторного одноместного самолёта.
А японские войска продолжали сметать всё на своём пути. В январе 1942 года они высадились в Новой Британии и Новой Ирландии на Соломоновых островах, а в феврале оккупировали Борнео. 3 февраля над островом Ява произошёл крупный воздушный бой — первый за многие дни с момента вторжения на Филиппины. Около шестидесяти «Рэйсэнов», которые ради этой миссии пролетели 840 километров над океаном, вели бой почти со ста вражескими P-40, P-36 и «Брюстер» F2A «Баффало», сбив пятьдесят самолётов противника ценой потери всего трёх «Рэйсэнов». * Характеристики самолёта «Баффало» примерно соответствовали показателям P-40 и P-36, и он представлял собой лёгкого соперника для «Рэйсэна». *
Истребитель B-339C (упрощённая экспортная версия «Брюстер» F2A «Баффало») ВВС Голландской Ост-Индии, 1941 год.
К моменту завершения Яванской операции в начале марта наша морская авиация в южной части Тихого океана зафиксировал уничтожение 565 вражеских самолётов, из которых 471 уничтожили «Рэйсэны». * В Японии радио каждый день сообщало о победе за победой под волнующие звуки флотского марша. Премьер-министр Тодзё продолжал повторять своё привычное послание: «Мне доставляет огромное удовольствие сообщать, что наши императорские войска побеждают повсюду и в каждом бою».
Однако по мере того, как война разгоралась, снабжение товарами первой необходимости явно шло на спад. Когда в середине февраля я вернулся из офиса в Камакуре и начал возвращаться к делам, администрация уже отключила паровое отопления помещения конструкторского бюро, и даже качество нашей бумаги заметно ухудшилось. У себя в бюро мы просто использовали небольшую дровяную печь, но вот в сборочном цеху, где без умолку стучали клепальные молотки, тепла не было вообще, и рабочие собирали самолёты прямо на холодном бетонном полу.
Что касается работ по проектированию, то благодаря усилиям господина Такахаси рабочие чертежи «Райдэна» продвинулись почти до полного завершения. Завод должен был закончить постройку первого прототипа «Райдэна» к концу февраля, а лётные испытания руководство запланировало на март. Я оставил бóльшую часть работы по этому самолёту Такахаси и Сонэ, выступая для них скорей в качестве консультанта. Дело в том, что я готовился к предварительному этапу работ по проекту «Прототипа 17», * будущего «Рэппу», который должен был стать непосредственным преемником «Рэйсэна». Я планировал начать проектирование нового истребителя в середине апреля 1942 года.
«Это прямо как учебные полёты»
Достижения «Рэйсэна» в первой половине войны на Тихом океане стали, вероятно, самыми впечатляющими по сравнению с другими периодами. Я не могу перечислить здесь все успехи, но приведу следующий пример. Во время кампании в Индийском океане «Рэйсэны» вели бои против британских «Спитфайров» и «Харрикейнов». Самолёт «Харрикейн» выглядел слегка устаревшим, но «Спитфайр» являлся основным истребителем Великобритании. Конструкторы создавали его с таким же упором
