II. «Какое сердцу воскресенье…»
Какое сердцу воскресенье,
Как шорох длителен и юн…
Земле – земное обновленье,
Пересказать не хватит струн.
А в высоте – всё выше, выше —
Кто щедрый дух рассыпал роз —
Такая огненная крыша
Над огнецветной бездной слез.
128. «Учися волей побеждать…»
Учися волей побеждать:
Где дан отпор – упорней снова,
И, как борец, беги сорвать
Трофей с противника лихого.
Знай, воля твердая побед
Не переносит укоризны,
Но как звезда прочертит след
Хвостом огня во встречной жизни.
Как хорошо забыть печаль,
Дышать затишьем молчаливо,
Как хорошо завидеть даль
Чрез сталь недвижного залива.
Там неумолчный зов воды,
Всё мимо, всё скользящей мимо,
Да диких ирисов гряды,
Пустынной влагою хранимы.
На трех китах земля стояла,
Гласила вера старины,
И мы, певцы, миров зерцало,
На трех китах стоять должны.
А ты, любовь, души забрало,
Ты, совершитель знойных снов, —
Ты всех начал моих начало,
Ты высший кит из трех китов.
131. «Не требуй песен от певца…»
На каждый день проси с поэта
Поэмы знойной в сотни строф.
Когда весной заря согрета,
Певец твой жертвовать готов.
Когда зарю весна погонит
На золотой ее восход,
И твой певец шутя обронит
Алмазный стих за песней вод.
132. «Чем молчаливей жизни осень…»
Чем молчаливей жизни осень
И чем томительней она,
Тем глубже говор смутный сосен
В нас будит душу ото сна.
И в дни померкшие и в ночи,
Под зов могил и тленья дух
Опять былое видят очи,
Опять родное чует слух.
133. «Как эти золотые горы…»
Как эти золотые горы
Немой красой облечены,
Как отступить бессильны взоры
От их зовущей вышины.
И в краткий вечер передзимний
Как рады вспомянуть они
Еще теплей, еще интимней
Те ранние, былые дни.
Люблю ноябрь, когда он ясен,
Когда он к радости зовет,
И так безоблачно прекрасен
Вверху лазурный небосвод.
Тогда надежда расцветает,
Тогда не кончен путь земной,
И греза душу обнимает,
И осень кажется весной.
Сменив все старые порядки,
У нас ноябрь весне сродни,
И так томительны и сладки
Его прощальные огни.
И как я рад, что на закате
Попал в весенние края,
И пью, не мысля об утрате,
По капле сладость ноября.
Когда, казалось, обманула
Меня и жизнь, и красота,
Мне что-то новое шепнула
Моя старинная мечта.
Какой-то новою печалью
Мне каждой речи звук дрожит,
И мир прозрачною вуалью
От слез непролитых обвит…
Как хороши аллеи эти
Под поредевшею листвой,
8 осеннем мягком полусвете,
Едва запутанном лозой.
Как будто в замираньи пряном,
Под вздох томительных гитан, —
По этим гаснувшим полянам
Скользит беззвучно Левитан.
Не поминай того, былого,
Над чем гробов сомкнулась тишь:
Уж что ушло, того ты снова
Не призовешь, не воскресишь.
Останься сумрачной и трезвой:
Ни ярких звезд, ни знойных роз, —
И каждый день, младенец резвый,
Встречай без думы и без грез.
139. «О, как лирически напела…»
О, как лирически напела
Сегодня скрипка мне твоя,
И сколько тонких струн задела,
В груди таившихся грустя.
Опять светло, опять душисто
Былая молодость встает,
И утро мая так росисто,
И ландыш трепетно цветет.
I. «Во мне слагается поэма…»
«Во мне слагается поэма»
Под шумный хор лесов и вод,
И всё, что в грудь стучалось немо,
Я чую, голос обретет.
Мечты взвиваются, как крылья,
От мавзолеев и гробниц,
И вся душа – одно усилье
Лететь на воле без границ.
II. «Хочется жить без конца»
«Хочется жить без конца».
Луг так безбрежно росист.
Так молодого лица
Очерк томительно чист.
Хочется жить без конца,
И почему и не жить,
Коль золотого венца
Месяц не хочет сложить.
Хочется жить и любить,
И не любить почему
В эту весеннюю ночь,
В эту лазурную тьму…
Уж грезы песня обронила,
Душа рассталася с мечтой,
И всё кругом опять уныло,
И мир кругом опять пустой.
А был рассвет, – горели очи,
Сверкали звездные огни,
И так лазурно длились ночи,
И так легко мелькали дни…
