отвечал фальцетом сеньора Венса. В интервью Робин отрицал скандальное заявление о его личной жизни и называл это «бредом».
Но в конце октября Робин появился на обложке «People» и в статье под названием «Морк рассвирепел? Успех пошатнул жизнь и брак, но теперь все в порядке». Сопровождалось все информацией о связи Робина с Мэдден, а также слухами о том, что Валери уехала от Робина и проводила в одиночку время в Италии, но Валери опровергла все эти слухи, назвав их «абсолютно ложными».
Робин приписывал все трения в браке в качестве побочных эффектов их акклиматизации к необычайно строгому сообществу Лос-Анджелеса. «Людям не спокойно, – говорил он. – Валери не нравилось здешнее общество, она просила забрать ее отсюда. Но сейчас жена уже привыкла». Робин же научился замедляться: «Это словно медленно выключать двигатель, – объяснял он. – Когда едешь на полной скорости, то он будет работать на холостых, но это временное явление».
Как бы Валери ни старалась выглядеть дипломатично, у нее не было никаких иллюзий относительно похождений Робина: он пил, употреблял наркотики, изменял ей. Но так же, как она считала делом чести хранить тайны мужа, Валери считала, что должна разрешить ему эти шалости в надежде, что таким образом он реализуется как артист и исполнитель, и когда протрезвеет, и перебесится, то поймет, что поступил неправильно, и вернется к ней.
«Я просто безумно любила этого человека, – рассказывала Валери много лет спустя. – И искренне хотела, чтобы он был счастлив. Это делало его счастливым, а я сильно отдалялась от него, и чем больше я отдалялась, тем большая пропасть возникала между нами. А что дальше? Было очень много желающих заполнить эту пропасть».
Сначала было захватывающе – как Робин получает признание, которое он заслужил. «Это было настоящее приключение», – рассказывала Валери. Но по мере того, как Робин становился все более известным, а Валери нет, она стала чувствовать, что чужая в этом обществе, и между ними пошел разлад. «Меня не уважали, – говорила она, – людям нужен был только он, сам по себе. Грустно, но так в Лос-Анджелесе случается. Некоторые люди обманывали его, и это не шло ему на пользу. Как не шло на пользу и нам как паре, а также его здоровью и таланту. Его портили женщины и наркотики. Вот в чем была проблема».
Валери не могла следить за Робином, когда он был далеко от нее. «Лос-Анджелес – огромный город, а в то время не было мобильных, – рассказывала она. – У нас было две машины. Два дома. А Робин совсем обезумел. И балдел от этого».
Изменения, происходившие в его жизни, не могли пройти мимо принесшего столько успеха сериала «Морк и Минди». Весной 1979 года менеджеры Робина добились увеличения его гонорара вдвое, по 30 000 долларов за эпизод, что за весь период существования шоу составило бы три миллиона долларов. Но когда показ сериала возобновили в сентябре, он уже не был той полноценной комедией, как в первом сезоне. Несколько ключевых актеров покинули шоу, в том числе Конрад Дженис и Элизабет Керр, сыгравшие отца и бабушку Минди, а также Джеффри Жаке, который сыграл десятилетнего друга Морка и «главного жевуна» Юджина. Их заменили новыми персонажами, такими как любопытный сосед (Том Постон) и напыщенный двоюродный брат Минди (Джим Стаал), а также вечно ругающиеся брат и сестра (Джей Томас и Джина Хект), которые управляли гастрономом в Нью-Йоркском стиле.
По давней телевизионной традиции руководство АВС решило, что у них есть хит и самый лучший способ его сохранить в этом статусе – это немного изменить, опираясь на советы фокус-групп, а также на свои собственные не доступные пониманию капризы. «На канале считали, что пожилые люди как мертвый груз – они не приносили шоу никакой пользы, – говорил Дэйл МакРэйвен. – Я считал это ужасной идеей. Нельзя избавиться от отца и бабушки, а они это сделали. Нам пришлось было с этим смириться, но они пошли на попятную и вернули некоторых, но было уже поздно, ущерб был непоправимый».
Хуже того, АВС переместил «Морк и Минди» с четверга на воскресенье, с целью побороться за аудиторию против сериала «У Арчи Банкера», нового шоу CBS, основанного на комедии «Все в семье». Но в персонаже, сыгранном Кэрроллом О’Коннором, который позже одержал победу над Робином при вручении премии «Эмми» за лучшую мужскую роль в комедийном сериале, осталось еще много жизни. «У Арчи Банкера» стало новым чемпионом в вечернем рейтинге, в то время как зрительная аудитория «Морк и Минди» стала падать.
Хотя эти изменения сильно удручали персонал шоу, на Робина они оказывали особое влияние. Доброта и целостность, которые зрители ассоциировали с Морком, были основополагающими в этой роли, среди невинных и бесхитростных персонажей сериала у Робина была роль самого невинного и бесхитростного из всех. Но когда у него появились новые партнеры, Робину пришлось поменять и свое поведение относительно них. Морк стал менее целомудренным, более поглощенным самим собой, открыто страстным и осознающим свою двойственную натуру.
Эти изменения заметила и Пэм Доубер, хотя она и понимала, что это в первую очередь ошибка руководства АВС и их необдуманного вмешательства. «Второй сезон был испорчен, – говорила она. – У него стал абсолютно другой смысл, поэтому и Робин стал вести себя в нем иначе». В конце концов АВС заметили, что некогда добродушный Морк приобрел резкие черты. Но на этом этапе сеть была настолько подвластна Робину, что они боялись сказать ему, что что-то идет не так, поэтому попросили Доубер поспособствовать им в этом. «Они все твердили: ”Поговори с Робином, он больше не тот наивный персонаж“, – рассказывала она. – Они сами его уничтожили, а теперь сходили с ума, потому что Робин стал немного иначе играть».
Робин тоже был сильно озадачен, так как теперь сценарии «Морк и Минди» были повернуты в какую-то сексуальную сферу – например, серия, где Морк стал членом группы поддержки футбольной команды «Денвер Бронкос», или двухсерийная сюжетная линия, где Морк встречает расу похотливых, одетых в бикини инопланетян, лидера которых сыграла Ракель Уэлч. В результате сериал стал похож на так называемое «сисечно-пиписечное шоу». Но Робин все еще не был серьезно разозлен и смиренно наблюдал за происходящим. «Во втором сезоне шоу изменилось и изменило нас. И это никому не пошло на пользу, – говорил он позже. – Думаю, наши постоянные зрители посмотрели на все это и сказали: ”Мой бог, что это такое?“ Но это не столько меня разозлило, сколько заставило задуматься, почему так».
Параллельно менеджеры Робина пытались вывести его за рамки телевизионной карьеры и
